Маркиз должен жениться - Сабрина Джеффрис

Дело было не в том, что она любила Натана. Если любовь и была, то за прошедшие месяцы она развеялась, а после ночи с Оливером…

Нет, пострадала ее гордость и уверенность в своей способности разбираться в людях. Мария ни на минуту не усомнилась в честности Натана, а он предал ее. Черт возьми, Оливер оказался прав!

— Я мог бы сообщить Хайатту о смерти вашего отца, — продолжал мистер Пинтер за спиной у Марии, — но вы не дали мне таких полномочий. Я подумал, что вы решите сами исполнить эту миссию.

— Разумеется. — В груди Марии клокотал гнев. Она развернулась лицом к сыщику. — Как далеко отсюда этот Саутгемптон?

— Он на южном побережье. При хорошей погоде и в крепком экипаже туда можно добраться за двенадцать часов, возможно, быстрее.

У Марии не было средств на путешествие. Она тяжело вздохнула.

— Если позволите, мисс Баттерфилд, — прервал ее мрачные мысли мистер Пинтер, — я могу отвезти вас туда. Моя карета ждет и уже готова к дальней дороге.

Мария едва не открыла от удивления рот. Пинтер слабо улыбнулся.

— Я ожидал, что вы захотите продолжить расследование.

— Да, конечно… но… может пройти немало времени, прежде чем я смогу оплатить ваши услуги. А такая поездка обойдется в приличную сумму.

— Не думайте об этом. Я навел справки и знаю, что вам можно доверять. Придет время, и вы оплатите все счета.

Марии хотелось его расцеловать.

— Значит, надо ехать. Я скажу Фредди и соберу вещи.

— Отлично. Я проверю, все ли готово для вас двоих. Мария направилась было к дверям, но потом вернулась и крепко пожала сыщику руку.

— Благодарю вас, мистер Пинтер. Я высоко ценю вашу помощь.

— Не стоит, — улыбнувшись, ответил тот. — Мне не нравится, когда негодяи вроде Хайатта обманывают доверие молодых леди. Его надо разоблачить, и я с удовольствием помогу вам.

Мария бросилась к себе, но не успела даже подняться по лестнице, как ее остановила Минерва. — Селия говорит, что у вас есть новости.

— Мистер Пинтер нашел моего жениха. Мы сейчас же отправляемся на южное побережье. Нам надо встретиться. — Ей не хотелось объяснять Минерве, как горько она ошиблась в Натане, не хотелось и сообщать точное место назначения, чтобы оно не стало известно Оливеру.

— А как же мой брат?

Мария на ходу попыталась состроить безразличную мину.

— А он здесь при чем?

Минерва, не отставая ни на шаг от Марии, сказала:

— Он ведь отправился за специальным разрешением на брак, и я решила…

— Вы решили неверно. — Ей не хотелось обсуждать эту тему — слишком сильна была боль. — Между нами нет взаимопонимания. То, что произошло вчера на балу, просто фарс.

— Но ведь вы знаете, что он вас любит. Вы не можете уехать, не сказав ему ни слова.

— Могу, — твердо сказала Мария. Если она дождется возвращения Оливера, он сумеет ее переубедить. Может, он и не готов поклясться ей в верности, но он не готов ни уступить ее другому, ни позволить ей вернуться в Америку.

Наверное, ею руководит трусость, но Мария понимала, что не сможет противостоять его воле.

Вдруг Минерва схватила ее за руку.

— Мария, вы несправедливы.

— Несправедлива? — Она вырвала руку. — Да как вы можете говорить о справедливости! Сначала ради вас пятерых меня втягивают в странную игру. Я соглашаюсь, чтобы найти своего жениха. А потом он, человек, за которого я собиралась замуж, которому я доверяла…

Слезы брызнули у нее из глаз. Мария спохватилась, что сказала лишнее. С трудом взяв себя в руки, она продолжила:

— Ладно, это не важно. Я должна это сделать и не могу допустить, чтобы вмешался Оливер.

— Вы вернетесь?

— Мне незачем возвращаться. Ваша бабушка явно не собирается отступать. План Оливера не сработал. А я не могу… не должна… — Долгая ночь и дурные новости наконец сделали свое дело — Мария залилась слезами.

Минерва была потрясена.

— Дорогая моя, — запричитала она, — мне нет дела ни до какого дурацкого плана! Я забочусь о вас, дорогая. Что случилось?

Мария вытерла слезы.

— Ничего такого, что можно было бы изменить.

— Неужели Оливер допустил что-то непозволительное? — вдруг нахмурилась Минерва. — Если да, то я…

— Нет-нет, ничего такого, — солгала Мария. — Мне надо ехать. Дело срочное. Не удерживайте меня! Пожалуйста…

Минерва кивнула:

— Хорошо. Тогда я вам помогу.

— Как?

— Ну, во-первых, я умею очень быстро паковать сундуки.

— Благодарю вас, — вздохнула Мария. — Но лучше помогите Фредди. Он всегда копается и забывает массу вещей.

— Договорились, — сказала Минерва, и Мария облегченно вздохнула — если бы сестра Оливера оставалась рядом, Мария бы не выдержала и все ей рассказала. Возникла бы страшная путаница.

К счастью, Бетти еще убирала покои Марии. Горничная изо всех сил старалась выведать, куда уезжает ее госпожа, но Мария хранила молчание. Вдвоем они быстро уложили один сундук и взялись за второй, когда в дверь постучали. Мария решила, что это Минерва, и распахнула дверь.

На пороге стояла миссис Пламтри.