Огонь души - Барбара Вуд

Селена открыла глаза и посмотрела на потолок. Она повернула голову и увидела, что циновка Вульфа пуста. Она подумала, что он опять пошел в город, чтобы найти проводника, который мог бы показать им дорогу в Персеполис.

Селена попыталась встать, и ее лицо исказилось от боли. Первые минуты после пробуждения всегда были ужасны. Она заставляла себя вставать, — если бы она этого не делала, боль утихла бы. Именно об этом она впервые поспорила с Вульфом. Причалив к этому персидскому берегу, он сразу отыскал постоялый двор и отнес туда Селену. Ей ни в коем случае нельзя было выходить, считал он, потому что ее рана на ноге еще не затянулась. Ей необходим был покой. Селена же, которая не могла смириться с жизнью в клетке, возражала, утверждая, что ноге необходимо движение. Так они какое-то время продолжали препираться, пока, наконец, Вульф не победил. Он собственными глазами видел, как близка была к смерти Селена. Теперь он обращался с ней так, будто она могла разбиться, как хрупкая ваза. Селена помылась, оделась и съела завтрак, который ей приготовил Вульф. Потом она вышла на балкон, где у нее сушились рассыпанные на солнце цветки иссопа. На одно мгновение она остановилась и помассировала бедро. Вульф прав, она еще не совсем здорова.

«Я была одной ногой в могиле, но сумела вырваться, — думала она. — Что это была за сила, что вернула меня?»

Она отогнала от себя эти мысли и решила разложить травы для своей аптечки. Она очень осторожно отделила цветки и побеги от листьев. Синие цветки и нежные побеги, заваренные кипятком, давали благотворный грудной чай на зиму. Из маленьких благоухающих листьев добывали эфирные масла и ароматические вещества, которые на рынке можно было бы обменять на другие товары. В этот самый момент Вульф предлагал прозрачный огненный камень из ее ящика проводнику с вьючным ослом. Кроме ее снадобий и инструментов, это было единственным ценным предметом из всего, что у них осталось.

У нее, конечно, еще было око Гора, которое четыре зимы назад Андреас надел ей на шею и которое она постоянно носила под одеждой. Она была готова продать и цепочку, но только в самом крайнем случае.

До сих пор Вульфу удавалось совершать удачные сделки, сначала с жителями болота в дельте Евфрата: он работал на них, за это они ухаживали за Селеной, пока она не набралась сил. Потом, когда она уже могла ковылять с костылем и настояла на отъезде, так как все еще боялась преследования вавилонских солдат, Вульф предложил капитану какого-то корабля, страдавшему, как и все моряки, воспалением десен и цингой, специальную мазь, за это капитан взял их с собой в Персию. А здесь, в портовом городе на западном побережье Персии, Вульфу удалось выторговать пропитание и жилье, и теперь он искал проводника в Персеполис, город в горах, где они, как уверял их капитан, смогут найти безопасный путь домой.

Селена подняла лицо к жаркому солнцу. Как странно, думала она, что это же самое солнце дарит свой свет и тем людям, которые ей кажутся такими чужими и непонятными, как будто они прибыли с другой планеты. Какая ирония судьбы в том, что, несмотря на их отчаянные усилия попасть на запад, они продвигались все дальше и дальше на восток. Четыре месяца назад они бежали из Вавилона, и течение Евфрата отнесло их на юго-восток до самого Персидского залива. Оттуда они отправились в Персию. А теперь им снова нужно было на восток.

— Персеполис — огромный и могущественный город, — рассказывал капитан, — там возможно все. В Персеполисе вы сможете заработать денег и обеспечить себе безопасный путь домой.

Поэтому теперь им нужно было попасть в Персеполис, на северо-восток, через опасные горы этой незнакомой страны персов. А расстояние до Антиохии станет еще больше.

Селена, наслаждаясь солнечным теплом, отдалась своим мыслям. Капитан корабля, который был совершенно счастлив оттого, что мазь ему действительно сразу помогла, предложил им в благодарность за это любую помощь. Тогда-то и воспользовалась Селена последним клочком папируса, чтобы написать письмо Андреасу. Капитан обещал на обратном пути по Евфрату передать его капитану какого-нибудь торгового судна или караванщику, идущему в Антиохию. Шанс, что Андреас получит письмо, был очень мал, но Селена все же надеялась.

«Андреас не должен меня забыть. Я должна дать ему знать, что жива. Чтобы он ждал меня».

Услышав звук открывающейся двери, Селена обернулась. Вульф вошел в комнату. Снова и снова она задавала себе вопрос: не он ли вытащил ее из могилы, не его ли призыв услышала она?

Она была так близка к тому, чтобы расстаться с этой жизнью, — один вздох, один удар сердца отделял ее от перехода в мир иной, но какая-то непостижимая сила вернула ее, и болезненное, стремительное улучшение сопровождалось навязчивыми видениями.

В этих видениях она наконец совершенно ясно узнала смысл своей жизни.

Теперь я все понимаю, думала она, вставая поприветствовать Вульфа. Теперь я знаю: то, что я оказалась в Персии, не случайность, а судьба.

Четыре года подряд, занимаясь целительством, Селена пыталась соединить учение матери и Андреаса в единое целое. Но в своих лихорадочных снах на реке Селена увидела гораздо более обширную картину. Ей еще так много следовало изучить, мир так огромен и многообразен. Селена вдруг поняла смысл своих скитаний, она вдруг поняла, что ее предназначение в том, чтобы со всех уголков земли собрать все знания и умения и научиться делить это сокровище со всем миром.

Селена пришла в себя на реке, увидела, в каком направлении несла их река — все еще на восток, — и поняла, что это не случайность. Теперь она знала, что боги определяют ее путь.

Это подготовка к великой работе, которая ждет меня. К моменту воссоединения с Андреасом я буду богата знаниями, полученными со всего мира. И вместе мы приложим эти знания там, где это необходимо.

И теперь Селена знала, что пребывание в Персии — очередной шаг на ее пути к совершенству, шаг, который она должна была сделать, прежде чем боги сочтут ее готовой и позволят ей отправиться домой.

— Как ты чувствуешь себя сегодня? — спросил Вульф.

— С каждым днем все лучше и лучше. А как твои дела? Тебе повезло сегодня?

Вульф колебался. Как ответить на этот вопрос? Он надеялся начать путь на запад до того, как выпадет снег, а это значило, что ему нужно было как можно скорее отправиться в дорогу. Ему придется оставить Селену. Этим утром он нашел проводника, человека с тремя ослами, который был готов проводить их до Персеполиса. А там…