Секреты модельной общаги - Фил Оу

В первые дни мы все очень сознательно относились к новым обязанностям: выгуливали Тома Форда, меняли ему водичку в миске и исправно за ним ухаживали. Кайли даже соорудила что-то вроде расписания и выставила его на холодильник. Там было подробно расписано, кто, когда и что делает. Но время от времени мои соседки начали нарушать график из-за нехватки времени: то нужно было собраться перед выходом в «Шатер», то подготовиться к съемкам на телевидении. Должна признаться, даже я пропустила одну или две прогулки в тот период. Том Форд, однако, по этому поводу не очень печалился. Он был такой маленький, что мог затеряться даже в нашей квартире — очень часто он исчезал, и мы находили его в груде нижнего белья, заброшенного под кровать. Мы гордились своим псом — из него получался настоящий дамский угодник.

С приближением Недели моды мы ожидали по крайней мере одну новую соседку. Агентство обязательно должно было прислать кого-то на время показов в Нью-Йорк, чтобы проверить способности новенькой. И мы не ошиблись. Дней за десять до начала показов я вернулась домой, пройдясь по галереям Челси, и увидела незнакомую девушку. Развалившись на диване, она смотрела телевизор. Совсем юное существо, пышущее здоровьем, с усеянным веснушками свежим личиком. Ой-ой. Еще одна Дженетт, подумала я. Ее сумки стояли неразобранными в гостиной.

— Привет, я Кристиана, — представилась она, вставая. — Кажется, ваша собачка где-то нагадила. Правда, я не проверяла, но запашок есть.

Том Форд слонялся тут же с виноватым видом, и я сразу нашла, где он набезобразничал.

— Плохой Том Форд! — прикрикнула я на пса, и он стыдливо прижал ушки к голове. — Не гадить!

Тут до меня дошло, что я говорю совсем как Светлана, когда обращаюсь к нашему псу. Да и сердиться на него нельзя было. Это не его вина, что… сейчас проверю расписание… Светлана не вывела его утром на прогулку. Я подобрала какашку бумажным полотенцем и спустила в унитаз.

— Его зовут Том Форд? — переспросила Кристиана. — Клё-о-ово!

— Ты уже осмотрелась? В общем, смотреть здесь особенно нечего, кроме спальни, — сказала я.

— Я заглянула туда, но там похрапывала какая-то девушка, поэтому я решила не тревожить ее, — сказала новенькая. — Даже не верится, что у нас здесь двухъярусные кровати, совсем как в общаге! Можно подумать, мы уже в колледже!

Уже в колледже?

— Сколько тебе лет? — спросила я.

Девушка приехала одна. Я слышала о старшеклассницах, приезжающих с родителями, но пока не видела ни одной, кто приехал бы без сопровождения взрослых родственников.

— Пошел семнадцатый. Мамочка боялась отпускать меня в Нью-Йорк, ей все мерещились террористы и все такое прочее, но я сумела ее убедить, что со мной будет все в порядке, — ответила она. — В Нью-Йорке не очень страшно, просто он гораздо больше Джэксон-Хоул.

— Джэксон-Хоул?

— Ну да, в штате Вайоминг. Я оттуда.

— Это, кхм, вроде рядом с Ютой? — спросила я.

В голове у меня пронеслись опасения, что веет второй частью истории Дженетт.

— Угу, но там одни мормоны живут, — заявила эта шестнадцатилетняя девчонка. — Вайоминг гораздо круче.

— А-а.

— Вот именно, — сказала она. — Ну что, можно мне войти в спальню или та девушка отвинтит мне голову?

— Мы обе войдем. Все равно скоро шесть, — сказала я, открывая дверь в другую комнату.

Кристиана подхватила сумки и направилась за мной. У меня потихоньку начало складываться о ней впечатление — в свои шестнадцать она была уже нахальной и нескромной и вела себя так, словно у нее был огромный опыт. То, как она покачивалась при ходьбе, немного напомнило мне Дженетт. Казалось, она прекрасно понимает, как выгодно подать свою высокую фигуру, и соблазнительно вертела узенькими бедрами, даже затаскивая сумки в тесную спальню.

Светлана лежала, спрятав голову под подушку, и со стоном произносила какие-то русские слова.

— Пошли прочь! — сказала она.

Видимо, у нее еще не прошло головокружение от порции кокаина с биллиардный шар, которую они вчера разделили с Еленой и несколькими парнями из третьесортного актерского агентства. Том Форд, увязавшийся за нами, вскочил на кровать и зарылся под подушку, чтобы лизнуть Светлану в лицо.

— Светлана, на улице уже стемнело, — сказала я.

В ответ она лишь застонала и перевернулась на другой бок. Я указала новенькой на нижнюю койку.

— Полагаю, ты можешь устроиться здесь. Под Люцией. Она из Словакии.

— Угу, — рассеянно буркнула Кристиана и, плюхнувшись на матрас, попрыгала, проверяя его упругость.

Матрас заскрипел. Она сморщила маленький носик и немного сдвинулась, вновь несколько раз подпрыгнув. На этот раз скрипу было меньше. Взглянув на меня, она улыбнулась не такой уж невинной для шестнадцати лет улыбкой.

— Итак, где здесь знакомятся с клевыми парнями?

В тот вечер наша новая соседка вернулась позже всех. Мы взяли ее с собой на вечеринку с бесплатным баром, которую устраивала какая-то мелкая фирма в закрытом клубе, о чем, разумеется, узнала Светлана. Прежде чем мы загрузились в такси, старшеклассница по очереди оглядела нас с серьезным видом.

— Если кто-нибудь спросит, мне восемнадцать, договорились? — сказала она.

Вскоре я узнала, что «кто-нибудь» означало «мужчины».

К концу вечеринки мы все здорово вымотались, а потому ушли, оставив Кристиану на попечение манекенщика лет двадцати пяти, снимавшегося в прошлом году для журнала «Американский орел». Думаю, она даже узнала его по витринам торговых центров и решила, что это круто, когда модель знакомится с моделью, но совсем не для совместной фотосессии.

Я лежала без сна на кровати и боролась с головокружением, когда в спальню вплыла Кристиана. Со своим манекенщиком.

Свет из гостиной на секунду осветил нашу комнату.

— Быстро закрой дверь! — сказала она.

Вновь воцарилась кромешная тьма.

Я слышала, как они оба тяжело дышат, на ощупь пробираясь к пустой кровати, потом — хруст, треск, шелест. Видимо, они в спешке срывали с себя одежду.

— Мм… — простонала Кристиана между поцелуями.

Комната кружилась вокруг меня, а я лежала на спине и сосредоточенно пыталась побороть тошноту. На нижнем ярусе подо мной похрапывала Светлана и ни о чем не подозревала, как и Том Форд, намаявшийся за долгий вечер, проведенный с нами. Женатик Люции в тот вечер в последнюю минуту отменил с ней свидание — скорее всего, чтобы провести его с собственной женой, — а алкоголь, выпитый в клубе, только усилил ее депрессию. Последние двадцать минут она тихонько хлюпала носом у себя на верхней койке.

Нижняя кровать заскрипела, когда на нее улеглись Кристиана и ее спутник, оба в чем мать родила. Они устроились, и понеслось!

— Ой, осторожно! — возопила Кристиана.