(не) мой единственный - Ольга Которова

— Спасибо.

Парень все так же молча кивнул мне, докурил свою сигарету и ушел, оставляя меня одного. Бесшумно в мою сторону двигался автомобиль с водителем. Докурив свою сигарету, я выбросил окурок в урну и быстрым шагом направился в сторону машины.

— Куда едем, Ярослав Сергеевич?

— Домой.

Я откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза. Только сейчас почувствовал усталость. И такую сильную, что невозможно было пошевелить и пальцем. Не заметил, как я доехал до дома. Кажется, на это время я выпал из реальности, проваливаясь куда-то внутрь себя. Придя домой, я принял душ и лег отдыхать.

Утром встал позднее обычного. После завтрака первым делом поехал в больницу к Яне, но по дороге пришлось задержаться в цветочном магазине. Мне необходимо с ней многое обговорить. И я не мог прийти к ней с пустыми руками. Только вот стоило мне подняться на нужный этаж больницы, как на посту молоденькая медсестра меня остановила, сказав, что Яна недавно уехала домой. И волна неконтролируемой злости снова накатила на меня. Вообще, меня раздражало, когда все шло не так, как мне хотелось бы. Позвонив секретарю, я отменил все встречи на сегодня и поехал к Яне.

Глава 29

Яна

Квартира встретила меня тишиной. Только сейчас, прислушиваясь к себе, я поняла, что соскучилась по одиночеству. И как бы не было хорошо и весело с родителями, одной мне иногда тоже нужно быть. Захлопнув за собой дверь и заперев ее, я прошла вместе с чемоданом в комнату. Чуть позже разберу все вещи, а сейчас мне просто хочется принять горячий душ, выпить чай и приниматься за поиски работы. На днях нужно будет встать на учет, а то я до сих пор этого не сделала.

А еще что-то мне подсказывало, что скоро явится Костров. Мой побег из больницы не останется незамеченным. Ярославу вообще не нравится, когда его не слушают, а в связи с последними обстоятельствами ко мне он явится не в радужном настроении.

Отбросив все мысли, я, как и хотела, пошла в душ. Долго стояла под теплыми струями воды, смывая с себя вчерашнее происшествие. Затем завернулась в махровый халат и пошла на кухню. Налила в чайник воды и только поставила его на платформу и включила, как по квартире разнеслась трель дверного звонка. Не нужно было быть экстрасенсом, чтобы угадать, кто пришел. Я подошла к входной двери и, приподнимаясь на носочках, посмотрела, кто стоит за дверью и увидела хмурое выражение лица Ярослава. Перед глазами пронеслись картинки, и в ушах зазвенел его раскатистый голос, который сообщал мне, что я буду жить с ним. Очень не хотелось куда-то уезжать из своей квартиры. Мозг тут же воспроизвел картину, как Костров закидывает меня на плечо, уносит в свой дом и запирает меня там. Дернув плечами, прогоняя ненужные мысли, я повернула ручку замка, от тут же щелкнул, и дверь распахнулась.

Мы с Костровым несколько секунд стояли и просто смотрели друг на друга, пока он не заговорил.

— Можно войти?

Я молча кивнула, и Ярослав, открывая дверь шире, вошел в мою квартиру и протянул букет цветов.

— Это тебе.

— Спасибо. Чай будешь?

— Буду.

— Тогда снимай обувь и проходи на кухню.

Больше не говоря ему ни слова, я прошла мимо него, завернув на кухню. Слышала, как за спиной хлопнула дверь и щелкнул замок. Я подошла к ящикам и достала из одного из них вазу, в которую поставила цветы.

Ярослав молча прошел на кухню и сел за стол. В это время уже вскипел чайник. Поставив на стол две кружки, я положила в них пакетики с чаем и залила кипятком, пододвигая одну из кружек Ярославу.

— Я пришел поговорить.

— Говори.

Он помолчал, а потом заговорил.

— Ян, прости меня за вчерашнее. Ты знаешь, что я иногда бываю не в себе, особенно, когда меня разозлить. Я и понятия не имел, что такое может произойти, — он снова замолчал. Его темно-карие глаза смотрели на меня не моргая.

— Хорошо, я прощаю. Что-то еще?

— Да. Вернись ко мне.

От этих слов я саркастически хмыкнула. Хотелось рассмеяться, но сейчас бы это было неуместно. Нет, правда, его поведение было до ужаса смешным.

— Нет, Костров. После того предательства я не вернусь к тебе ни под каким предлогом. Мне лучше с моим ребенком…

Он перебил меня.

— С нашим ребенком. И о каком предательстве ты говоришь?

— Ты это серьезно? — я внимательно посмотрела на него и поняла, что он даже и не догадывается, как сильно меня обидел. — Я стерпела то, что ты выгнал меня, но то, что ты не поверил, что это твой ребенок — это уже чересчур.

— А как мне нужно было поверить? Я несколько лет жил с мыслью, что я бесплоден. Думаешь, это так легко? После измены жены и принятия того, что у меня никогда не будет собственных детей, я отчаялся. А когда и ты мне сказала, что беременна, у меня крышу снесло. Я решил, что и ты тоже мне изменяла. Что я тогда должен был сказать? М-м-м?

— Ты не должен был меня выгонять, это во-первых. А во-вторых, можно было просто поговорить, без всяких оскорблений. Да и как я могла тебе изменить, когда за мной повсюду ходили твои охранники? Ты об этом не подумал?

— Подумал, только уже потом. Когда сложил два и два. Ян, я каждый день корю себя за слова, что сказал тогда, но их уже не вернешь. Я бы все отдал, чтобы ты вернулась ко мне.

— Нет, Ярослав. И даже не потому, что мне до сих обидно за все слова, которые ты мне сказал. Просто мы никогда не сможем быть нормальной семьей. Я вижу, как ты меня любишь, и вижу боль в твоих глазах от понимания того, что я не вернусь. Мне иногда кажется, что мы с тобой какие-то бракованные. — Я усмехнулась. — Тогда, пять лет назад, я безумно тебя любила и одновременно мучилась от боли, которую ты причинял. Тебя практически не было со мной рядом. Ты был со всеми, только не со мной. Ты запретил мне иметь подруг и практически лишил родственников, повторяя постоянно, что я твоя и больше ничья. Я знала о твоих изменах и ничего не могла сделать, а потом сбежала. Потому что не