Тайная жизнь Лизы - Крис Манби

– Да.

– Смешное.

– Возможно.

Повисла пауза. Обычно в таком случае я говорю что-нибудь простое и веселое, но тогда я хотела успеть накрасить ногти. Ричард первым нарушил молчание.

– Э-э… Лиз, а ты… э-э… не подумала о том, что я тебе сказал в воскресенье?

– О чем это?

– Ну, чтобы снять квартиру? Вместе.

Господи, только не это, мысленно охнула я. Я совершенно забыла. Я почувствовала, как мое сердце упало в пятки.

– Да я тут закрутилась, – выпалила я. – Приходится все делать самой. Харриет уехала на неделю, а собаку оставила мне.

Геркулес, как будто дождавшись нужной реплики, вышел и обнюхал посетителя. Ричард наклонился и погладил его по голове.

– Симпатичный, – сказал он.

– Точно как шило в одном месте.

– Может, выгуляем его? Заодно и поболтаем?

– Он не очень любит гулять. Он жутко пугливый.

– Ладно, – кивнул Ричард. – Послушай, наверно, мы увидимся, когда уедет твой друг. Мне просто сегодня захотелось сказать тебе «привет». И сказать, что…

– Что?

– Просто, что ты отлично выглядишь, и вообще. Ты всегда хорошо выглядишь…

Я смущенно коснулась своих волос, затем чмокнула Ричарда в щеку и проводила его до улицы.

– Мне надо рано вставать завтра, чтобы открыть офис, – соврала я.

– И еще одно… – начал он снова.

– Что? – спросила я, обнаружив, что с трудом сдерживаюсь, чтобы не быть резкой.

– Я ведь ничего не подарил тебе на день рождения, но хотел бы пока что подарить тебе это. Пока мы не пошли в магазин.

Он передал мне конверт.

– Но ты уже предложил мне свою кредитную карточку, – сказала я.

– Да, но это я сделал сам.

Я открыла конверт и достала оттуда сложенный пополам в виде открытки лист тонкой бумаги. На первой странице был карандашный набросок. Это была я. Я сразу же себя узнала по позе. Ричард нарисовал меня с фотографии, которую он сделал во время нашей с ним поездки в Брайтон. Я тогда еще была слишком взволнована самим фактом того, что у меня есть постоянный друг, чтобы набраться наглости и пытаться изменить его. Например, сделать так, скажем, чтобы он немного разбогател.

– Спасибо. Очень хорошо получилось, – сказала я.

Это была правда.

– Тебя легко рисовать, – сказал Ричард. – Мне хочется нарисовать тебя как-нибудь с натуры.

– Да, – рассеянно ответила я, засовывая открытку назад в конверт и кладя конверт на стойку для цветов, где он потом довольно долго лежал.

Ричард уже вышел на улицу и стоял на тротуаре.

– Увидимся, – снова сказал он. – Когда уедет твой приятель.

– Да. Пока. Послушай, я закрою дверь, а то если мы будем так стоять, то тепло уйдет из дома.

Ричард кивнул. Я закрыла дверь, чтобы сохранить тепло, хотя на улице был один из самых жарких дней в году. Я поднялась к себе в комнату и спряталась за занавесками. Я смотрела, как Ричард шел по улице, пиная камни и фонарные столбы, пока не скрылся из глаз. Потом я села перед зеркалом и снова долго и внимательно смотрела в него.

Но я смотрела не потому, что была отвратительна себе за холодность, с которой обошлась с другом, позволив ему уйти, словно побитой собаке, – я думала над тем, что он сказал.

Действительно ли я так хорошо выглядела? Я не могла опомниться. Конечно, мои волосы лежали аккуратнее, поскольку Гвидо сделал с ними чудо, и кожа моя неожиданно стала казаться намного чище. Может быть, весь фокус в ирригации кишечника? Я стала становиться в позы, словно четырнадцатилетняя девочка, мечтающая о карьере супермодели. Я постаралась представить, какое произведу впечатление на Брайана после долгой разлуки.

Должен ли он сразу увидеть меня в лучшем виде? Должна ли я при встрече с ним хмуриться, как восходящая звезда, или улыбаться, как дурочка? Не покажется ли физиономия широченной, если я буду широко улыбаться? Щеки при этом не вылезут за уши? Я снова надула губы, решив, что слишком широкая улыбка делает меня похожей на хомяка-маразматика.

– Привет, Брайан, – прошептала я, стараясь говорить как можно соблазнительней. – Давно не виделись. Как прошел полет?

Опять вопросы. Нужна ли мне блестящая помада, которая сделает мои губы более полными, но придаст зубам желтоватый оттенок? Или лучше сделать губы темно-красными, тогда линия рта будет более жесткой, но зубы будут казаться жемчужно-белыми?

Я примерила одежду, которую взяла у Мэри для предстоящей авантюры.

– Я на редкость хороша, – произнесла я, читая текст по бумажке, которую по совету Мэри наклеила на зеркало, чтобы, рассматривая точки на лице, всегда напоминать себе о своей бесценности. – Я самая замечательная, уникальная и красивая во всем этом чертовом мире.

Ну или что-то вроде того.

Внезапно Ричард, обиженный мной, стал так же далек, как выход на пенсию. И я поняла, что могу получить все, что захочу.

– Брайан Корен, – прошептала я лисе в зеркале, – встречай свою судьбу.