Путь Моргана - Колин Маккалоу

«Что за чепуха! — думал Ричард, слушая допрос и вспоминая, как в злополучный день ходил за пивом в ближайшую таверну. — Если бы нам с Уилли позволили говорить, мы легко доказали бы, что в то время, о котором упоминают свидетели, нас не было дома. Каждый день из Бристоля в Бат отправляется только один дилижанс, в полдень — следовательно, в то время мне полагалось быть уже в Бате, о чем говорит даже сам Сили. Но все свидетели в один голос заявляют, что я был в Клифтоне!»

Пока миссис Джойс давала показания, выяснилось, что она подслушала разговор Ричарда и Аннемари, будто бы замышлявших заманить Сили к себе. Ричард лишь усмехнулся: злодей, задумавший преступление, вряд ли стал бы обсуждать его возле тонкой, как бумага, перегородки! Но само упоминание слова «сговор» насторожило и судей, и присяжных.

Миссис Мэри Мередит подтвердила, что видела двух подсудимых и незнакомую женщину возле Джейкобз-Уэлл, когда вечером, около восьми часов, возвращалась домой. Она вспомнила, как все трое говорили о часах и о том, что Сили придется обратиться в суд, чтобы получить их обратно. Поразительно! В восемь часов вечера в конце сентября никто не сумел бы различить лица на расстоянии ярда, о чем и напомнил мистер Хайд миссис Мередит, повергнув ее в замешательство.

Слабый луч надежды пробился сквозь мрачное отчаяние Ричарда: несмотря на все старания обвинителей, присяжные так и не приняли решения, не зная, что же все-таки произошло — умышленный грабеж или взрыв ярости обманутого мужа.

Кузен Джеймс-аптекарь и кузен Джеймс-священник были вызваны в качестве свидетелей, дающих показания о репутации Ричарда. Хотя обвинитель возражал, указывая на родственные связи между свидетелями и подсудимым, несомненно, два таких образца честности произвели глубокое впечатление на присяжных. Беда была в том, что рассмотрение дела по вине защитника затянулось на целый час и присяжные устали переминаться с ноги на ногу. Никому, в том числе и присяжным, не хотелось рассматривать запутанное дело в конце рабочего дня.

Мистер Джеймс Хайд вызвал в качестве свидетеля, дающего показания о репутации обвиняемых, Роберта Джонса.

Ричард вздрогнул. Роберту Джонсу предстоит давать показания в его пользу? Этому подхалиму, прихвостню Уильяма Торна, который сообщил последнему о том, что Уилли побывал в акцизном управлении?

— Знакомы ли вы с подсудимыми, мистер Джонс? — спросил мистер Хайд.

— Да, с обоими.

— И вы считаете их порядочными, законопослушными людьми, мистер Джонс?

— Да, весьма.

— Случалось ли им прежде нарушать закон?

— Нет, никогда.

— Располагаете ли вы сведениями — помимо обычных сплетен — о том, что произошло возле Джейкобз-Уэлл тридцатого сентября прошлого года?

— Располагаю, сэр.

— Какими именно?

— Чего?

— Что вам известно, мистер Джонс?

— Ну, прежде всего миссис Джойс — никакая не миссис. Она просто шлюха, сожительница мистера Джойса.

— Речь идет не о миссис Джойс. Будьте любезны высказываться по существу дела.

— Я говорил и с ней, и с мистером Дейнджерфилдом. Мистер Дейнджерфилд повел меня к себе и показал щель, сквозь которую подглядывал, сказав при этом, что почти ничего не слышал, а видел и того меньше. А миссис Джойс призналась, что ничего не видела и не слышала.

Обвинитель нахмурился; мистер Тревильян сидел с таким видом, словно происходящее недоступно его пониманию.

Обвинитель приступил к перекрестному допросу.

— Когда состоялся разговор с миссис Джойс и мистером Дейнджерфилдом, мистер Джонс? Будьте предельно точны.

— Чего?

— Выражайтесь яснее.

— А, понял. В тот же день, когда я зашел проведать Уилли… то есть подсудимого Инселла. Услышав от него о том, что случилось, я решил расспросить соседей. Миссис Джойс, которая вовсе не миссис, сказала, что ничего не видела и не слышала. Мистер Дейнджерфилд показал мне щель, но когда я заглянул в нее, то ничего не разглядел.

Вновь вызвали миссис Джойс, и она заявила, что не отказывается от своих показаний, но она не из тех, кто не прочь посплетничать!

Мистер Дейнджерфилд повторил: он ничего не слышал, только кое-что видел.

— Вызовите мистера Джеймса Хайда! — громко предложил обвинитель. Адвокат Ричарда вздрогнул и растерянно огляделся. — Нет, не вас, мой ученый коллега. Мистер Джеймс Хайд — слуга матери мистера Тревильяна.

Тезка адвоката был невысоким рыжеватым мужчиной лет сорока; он держался скромно, но с едва заметным упрямством, свойственным старшим слугам. Он сообщил, что мистер Дейнджерфилд зашел к нему первого октября и известил о следующем: Роберт Джонс за пять гиней готов доказать, что Морган с женой сговорились ограбить мистера Тревильяна.

В толпе присяжных послышался ропот, сэр Джеймс Эйр строго выпрямился.

— Это был сговор, мистер Хайд?

— Да, сэр, сговор.

— В нем участвовал и мистер Инселл?

— О нем мистер Дейнджерфилд не упоминал. Он назвал только мистера и миссис Морган.

Вновь вызванный мистер Дейнджерфилд признался, что заходил в дом мистера Мориса Тревильяна проведать своего друга мистера Джеймса Хайда и рассказал ему о предложении Роберта Джонса.

При повторном допросе мистер Роберт Джонс подтвердил показания других свидетелей. Он знал, что мистер Дейнджерфилд дружит со слугой Тревильянов, а поскольку он нуждался в деньгах, то…

— А как насчет сговора между Морганом и его женой с целью ограбления мистера Тревильяна? Он существовал? — допытывался обвинитель.

— Само собой, — бодро согласился Роберт Джонс. — Но клянусь вам, Уилли тут ни при чем.

— Если вы солгали, вас привлекут к суду, мистер Джонс.

— Это чистая правда, сэр!

— Откуда вы узнали про сговор?

— От миссис Морган.

Присяжные и судьи вновь заволновались.

— Когда?

— Да вскоре после полудня в тот же день, когда все случилось, — тогда я впервые зашел проведать Уилли. Однако я его не встретил, а столкнулся с миссис Морган. Она сказала, что ждет мистера Тревильяна, но что он должен прийти позднее, после того как Морган уедет в Бат. Она просто сияла от радости, рассказывая, как Морган застанет у нее мистера Тревильяна и устроит скандал — из тех, что устраивают мужья, обнаружив, что у них выросли рога. По ее словам, они с мужем решили вытянуть из этого болвана не меньше пятисот фунтов — ведь он сущий простофиля.

Сэр Джеймс Эйр перевел взгляд на скамью подсудимых.

— Морган, что вы скажете о вашем сговоре с женой?

— Никакого сговора не было, ваша честь. Я невиновен, — решительно ответил Ричард. — Сговора не было.

Углы губ судьи опустились.