Потому, что ты – монстр! - Кристина Юрьевна Юраш

У меня было такое настроение, особенно, подкрепляемое моей догадкой, что хотелось петь и радоваться. Обычно такое настроение меня не посещало даже в канун больших праздников.

Я решила прогуляться. И посмотреть заброшенный сад. А может просто слегка остудить пылающие щеки.

– Я прогуляюсь, – предупредила я Макса, направляясь в сторону холла, где висел мой теплый плащ.

Дверь скрипнула, а я вдохнула полной грудью свежий морозный воздух.

– Красота-то какая! – заметила я, видя клочья тумана, все еще висящие на ветках скрюченных деревьев.

Неужели и правда?

Любовь истинного чудовища снимает проклятие? Тогда, можно предположить, что девушек притаскивали сюда не для Адама, а для себя. Но, видимо, что-то не срасталось. Мне было жаль бедняжек. Но, может, это и к лучшему. Максимилиан надеялся, что после предательства сына у него появится смысл жизни? Интересная теория.

Значит, он меня любит! О, боже! Как приятно любить и быть любимой! Я еще раз полюбовалась на браслет, который украшал мне руку. Подарок, видимо, фамильный.

Мысль о том, что проклятие скоро спадет, и все будет хорошо, заставила меня подпрыгнуть на месте. Невероятное чувство! Просто невероятное!

– Да, я согласна стать миссис Орсвиль, – скромно прошептала я, закусив губу. Конечно, согласна!

И плевать мне на гостиные и кружечки с оттопыренными пальчиками. Если нужно, я научусь. Главное, быть с ним. Просто быть рядом. Я прижала руки к щекам, понимая, что … ой! А что это? Подойдя к ветке, которую я помню сухой, я увидела … сочные почки.

Неужели? Дерево оживает! Я бросилась раскапывать снег. Да! Под снегом я увидела стручок зеленой травинки.

Она робко проклюнулась, словно разведывая обстановку.

– Еще немножечко, – взмолилась я, бегая от дерева к дереву и проверяя. Не смотря на то, что была зима, деревья выглядели живыми. Я даже сломала веточку, чтобы проверить! Да!!! О! А в этой части сада я никогда не была! Здесь были непролазные заросли! А сейчас их нет.

Да и сад стал выглядеть намного презентабельней и ухоженней.

Я смело шагнула в неведомый до этого момента уголок, ожидая увидеть что-то приятное, но увидела … могилу.

Скромная могила немного поумерила мой пыл. Интересно, чья она? Может, бывшей жены? Или… Кого-то из слуг? А может, какого-нибудь предка не донесли до фамильного склепа?

Или наоборот.

Выселили по настоянию мертвых родственников, приходящих во сне с претензией? Я шагнула ближе, глядя на обычный серый камень, поверх которого лежал сухой цветок.

– Моему другу, – прочитала я, немного успокаиваясь, что не жене. А то мало ли! – За верную службу… Я же говорила, что кому-то из слуг!

Глава 51

– Жаль, беднягу, – подумала я, поджав губы. Тут столько слуг пало смертью храбрых. Одна служанка на чердаке чего стоит!

И уже собиралась уходить, как вдруг любопытство взяло верх. И я вернулась. Присев рядом, я стала счищать снег, который замел могилу.

– Максвеллу Орсвилю, – прочитала я, не веря своим глазам. – Лучшему дворецкому!

Максвеллу Орсвилю?

В этот момент я чуть не упала. Но удержалась за могильную плиту. Мельком взглянув на дом, я выдохнула. Максвеллу Орсвилю. Получается, что он… призрак? Или … зомби?

Я бросилась в дом, чтобы поговорить с Максом. Тот хлопотал на кухне, а я выдохнула. Ну даже если призрак? И что с того? Разве это что-то меняет?

– Макс, – спросила я, глядя на вполне живого дворецкого. Надо бы как-нибудь издалека начать. – Ты как себя чувствуешь?

– О, юная мадемуазель проявляет беспокойство? – растрогался Макс. – Или я настолько плохо выгляжу?

Вот как бы осторожно спросить его? Не хочется ли ему мозгов? Или сквозняком не сдувает?

– Вы что-то хотели? – спросил Макс, натирая столовые приборы.

– Эм… – я даже не знала, как начать этот щепетильный разговор. – Я видела твою могилу!

Макс повернулся ко мне, продолжая полировать чайную ложечку с фамильным гербом.

– А … – удивился дворецкий. – Это могила моего отца. Его тоже звали Максвелл Орсвиль!

– Фух! – выдохнула я, оседая на стул. Как я могла не догадаться! Что-то я на такое даже не подумала!

– Скажите честно, юная мадемуазель, – спросил Макс, кладя ложечку обратно. – Если бы я и правда, был мертв, то, как бы вы на это отреагировали?

– Эм… – растерялась я от таких вопросов. – Наверное, очень грустно… Вы – мой единственный друг. Иногда мне кажется, что вы – идеальный мужчина.

Макс вздохнул и улыбнулся.

– Я тоже об этом думал, – усмехнулся он. – Поэтому и не женился!

Он усмехнулся чему-то своему, пока я обдумывала его слова.

– Ладно, я пойду в свою комнату! – отозвалась я, направляясь в сторону своей комнаты. Любопытство требовало, чтобы я заглянула к комнате Адама.

Не спокойно мне, когда эта парочка собирается вместе.

С одной стороны, я хотела порадовать их, что ни о какой любви Адама речи быть не может. А с другой, понимала, что это – бессмысленно.

И я решила направиться в свою комнату.

Открыв дверь, я увидела Адама, сидящего на моей кровати.

Он … он… он был почти человеком.

Кое-где проплешинами оставался мех.

Адам с удивлением рассматривал свои руки, а потом бросил взгляд на меня.

– Я хочу с тобой поговорить, – произнесло чудовище, снова глядя на свои руки. На тыльной стороне ладоней все еще виднелись островки бурого меха. Но в целом он выглядел так же красиво, как и на балу.

– О чем же? – удивилась я, подмечая, что после вчерашнего, проклятие спадает очень быстро. И мне от этого становилось так тепло. Я люблю. И любима. Я не просто гадаю на чувства. Я вижу, как любовь творит чудеса.

Мех сыпался с Адама прямо на мою кровать.

– Ты почти сняла проклятие, – начал Адам, поглядывая на меня.

– Видимо, да, – усмехнулась я, стараясь держаться от него подальше. Вид у чудовища был нервный. И слегка дерганный.

– Скажи мне, как ты это делаешь? – спросил Адам, глядя на меня. – Я же не люблю тебя!

– О, наконец-то! Вместо соплей и пафоса я слышу правду! – согласилась я, все еще опасливо глядя на чудовище. Он почесал руку. А шерсть посыпалась на пол.

Такое чувство, словно на моей подушке собаку брили!

Внезапно Адам встал, демонстрируя мне костюм, покрытый шерстью. Он стряхнул ее, подходя ко мне.

– Я не знаю, как ты это делаешь, – процедил он, прижимая меня к двери и сужая глаза. – Но я тебе не позволю его снять!

– Погоди! – возмутилась я, пытаясь вырваться. – Вы просили меня снять проклятие? Просили! Вы притащили меня для этого в