Последняя принцесса Белых Песков - Мэри Соммер

Фред фыркнула.

– Вас двоих оставить наедине?

– Нет. – Джек тряхнул головой. – Зачем мне лук? Громоздкий, тяжёлый, тут и стрел нет…

– А вот и есть! – Фред бросила ему колчан. Внутри было три стрелы с истрепавшимся оперением, но вполне острыми наконечниками.

– Это последние, – сказала Эри. – Я такие в древних свитках видела.

Давно заученным движением Джек перебросил лук с колчаном через плечо. Только сейчас он обратил внимание на Кларка – тот остался на входе, но рука его уже тянулась к стойке с копьями.

– Не стоит, Ковальски, – остановил его Джек. – У нас достаточно оружия.

– Но…

– Нет.

– Но ведь у Пенни…

– Всё равно нет. Ты скорее сам покалечишься, чем сможешь этим воспользоваться.

Кларк зыркнул на него со смесью злости и обиды. Но злости было больше.

– Вы кем меня считаете? – выпалил он.

По меньшей мере лгуном, а дальше будет видно.

Вслух Джек ничего не сказал. Обменявшись кивками, они отправились дальше. Пришлось преодолеть ещё несколько залов (обвалившийся пол в одном из них почти разбавил побег дополнительным приключением), проползти на четвереньках по галерее, где пол и потолок неуютно сблизились. За это время Джек успел придумать примету: если в городе свадьба, пора уходить. И неважно, чья это свадьба – друзей, незнакомцев или его собственная, – в первую брачную ночь может случиться всё что угодно (но совсем не то, чего бы хотелось).

Джек вспомнил их первую встречу с Эри. Тогда она притворилась служанкой и заявила, что не бывает на подземных этажах. Чёрта с два! Принцесса не раздумывала, в какую сторону свернуть и какой из коридоров выбрать – она без запинок шагала вперёд. Похоже, побег планировался в любом случае – с любым другим мужем или вообще без мужа. Роль переменной в уравнении была не слишком лестной, зато… хотя нет, груз ответственности легче не становился.

Путешествие закончилось в похожем на кухню помещении, у зарешеченного окна на уровне макушки Джека. Снаружи оно, наоборот, располагалось у самого фундамента торцевой стены и скрывалось в зарослях дикой лаванды: ветки проросли внутрь сквозь прутья и передавали свой аромат при малейшем касании.

Решётка выскочила с первого рывка. Джек подсадил Фред, потом настоял, чтобы за ней лез Кларк. После того как погас факел, у них с Эри было три секунды в темноте, чтобы обменяться «ну как ты» и «хорошо».

Выбравшись на свежий воздух, Джек осознал, как душно было там, внизу. Да и в принципе в стенах дворца. Теперь он окончательно убедился, что его жена не собирается тосковать по дому или даже просто оглядываться назад. От Эри исходили волны нетерпения и решимости, которые угрожали сбить с ног каждого замешкавшегося. А вот Кларк никуда не торопился. Замыкая процессию, Джек буквально дышал ему в затылок, подгонял и подбадривал всеми известными ментальными способами.

По безлюдным улицам беглецы обошли рыночную площадь и направились к северным воротам. Сестра Гленда – Джек так и не узнал её имени – обещала, что этой ночью их охранять не будут. Издали стражей видно не было. На всякий случай Джек вышел вперёд и повёл своих спутников вдоль зданий, плотно прижимаясь к стенам.

Что дальше? Снаружи, за третьим холмом, их будет ждать проводник с лошадьми.

Давно Джек не следовал планам, которые за него составляла судьба. Оказалось, это вызывает зависимость: однажды удачно нырнул в бездонное озеро, и каждый следующий прыжок веры даётся всё легче.

Они с Фред вытащили перекладину. Петли затянули жалобную песню – створки железных ворот поползли в стороны. В ночной тишине скрип казался оглушительным, пока его не поглотил другой, звонкий и гораздо более пугающий звук: трель колокольчика.

Все обернулись. Кларк отдёрнул руку от верёвки и сделал два шага назад.

– Вам лучше поторопиться, – заметил он. Голос не дрожал, кадык не дёргался.

– Нам? – переспросил Джек.

Через несколько улиц отсюда первому колокольчику ответил другой – Кларк дёрнулся, но замер на полушаге.

– Я останусь. Здесь я нужнее.

Трель подхватили медные сородичи по всему городу. Подобно искрам они вспыхивали отовсюду и сливались в единое эхо. Затылком Джек чувствовал нетерпение Эрисфеи.

– Кто тебе это внушил? Морн? Допустим, пары недель хватило, чтобы повредить твой мозг, Ковальски, но что с твоим сердцем? Почему ты не выбираешь свою девушку?

– Я выбираю не быть неудачником.

Копыта не стучат по песку, а погружаются в него с мягким хрустом. Джек слышал его всё отчётливее. Но если бы копыта стучали, его сердце обошло бы их как в громкости, так и в скорости. На миг он обернулся: с другой стороны к воротам мчался всадник, а вместе с ним – ещё две лошади.

– В таком случае, Ковальски, – Джек с трудом собрал всё внимание на Кларке, – перестань дурить!

– Я выбираю стать великим.

Сжатые кулаки отправились в карманы. Джек попытался рассмотреть в глазах Кларка былое свечение, но его сожрала тень нависших над ним невидимых крыльев.

– Ни один по-настоящему великий человек не ставил перед собой именно эту цель.

– Много вы понимаете, мистер Сандерс. Вы хоть знаете, кто я?

– Кто ты? Ну кто ты?

– Простите, что вмешиваюсь, – вставила Эри, – но правда, кто он?

– Твой брат, – ответила ей Фред.

Земля дрогнула от удара в гонг. Джек уже слышал такой же в Лорне. Тревога. Улицы наполнились пятнами.

– Уходите. – Кларк отступил ещё на шаг.

Если оставить его, Морн, возможно, даст им уйти. Или хотя бы станет преследовать с меньшим рвением. Джек думал об этом и давил эту мысль, думал и снова давил. И никто не собирался помогать ему принять решение.

Пятна слились в непрерывный гул. Ещё десять секунд – и они отсюда не выйдут. Ну что ж…

– Эри, – рявкнул Джек, – в седло и даже не оборачивайся! Ковальски, прости.

Одним рывком он преодолел расстояние между ними и с размаха опустил кулак в челюсть Кларка. В пальцах хрустнуло. Кларк пошатнулся. Вместе с Фред Джек поддержал его под руки и потащил к воротам. Как раз подоспевший всадник схватил бесчувственное тело за шкирку, перекинул через своё седло и поскакал в обратном направлении. Джек забрался на оставшуюся лошадь, Фред вскочила за ним.

Эхо тревожного гонга ещё не смолкло, а беглецы стремительно удалялись от городских ворот. Может, в суматохе Джеку показалось, как Фред крепче сжала его пояс и прошептала в ухо «спасибо».

Не за что. Когда они остановятся, кое-кого с болтающейся головой будет изрядно тошнить.

Никто не оглядывался, не прислушивался к звукам погони. Зачем? Четверть мили впереди скакала