Настоящая мама для двойняшек - Арина Стен

Мобильный зазвонил, когда я собиралась выйти из комнаты. Подпрыгнула от неожиданности, хоть и ждала звонка с нетерпением. Дрожащей рукой провела по экрану, отвечая на звонок.

— Ал… алло, — запнулась. Черт. Нечаева… Точнее, Строганова, соберись уже. Не маленькая девочка, чай.

— Оксана Андреевна? — услышала в трубке приятный голос пятидесятилетней женщины, специалиста своего дела (если верить Алине, конечно).

— Да. Слушаю.

Изо-всех сил сжала ручку двери, за которую держалась, чтобы не упасть. Голова чуть кружилась от волнения.

— Пришли результаты ваших анализов.

— И что в них? — быстро спросила, пока не растеряла остатки храбрости.

— Я записала вас на прием, на завтра, — вместо ответа сказала она.

— А-а-а… — протянула, не решаясь спросить.

— Но пока хочу вам сказать, что все не так плохо, как вы мне описали, — с улыбкой в голосе предвосхитила мой вопрос, который я так и не смогла сформулировать, доктор.

— То есть…

— То есть нам предстоит тяжелая работа, но шанс забеременеть естественным путем у вас есть.

— Спасибо, — выдохнула в трубку, опускаясь на пол, ноги совсем перестали держать.

— Не за что, — рассмеялась гинеколог. — Я ничего еще не сделала. Жду вас завтра в два?

— Я буду. Обязательно. Еще раз спасибо. До завтра.

Повесив трубку, прижала телефон к груди. Не замечая, как по лицу текут слезы, подняла взгляд вверх, посылая молитву всем богам, которых смогла вспомнить.

Услышав топот двух пар ножек по первому этажу, сопровождавшийся криком Олеси и смехом Кирилла, взяла себя в руки. Нельзя, чтобы дети видели меня в таком состоянии. Беспокоиться начнут, Максиму скажут. А этого мне точно не надо.

Даже услышав обнадеживающие слова доктора, решила все-таки ему ничего пока не говорить. Строганов и так считал, что мы не беременеем лишь из-за того, что редко любовью занимаемся, надо чаще, а не потому, что мне что-то когда-то сказали. Вот буду знать точно, тогда и поговорим.

* * *

— Опять мимо, — пробормотала, выкидывая тест в мусорку.

Разочарованно посмотрела на себя в зеркало. Максим, которому я-таки рассказала про результаты обследования, твердил, что мне надо отпустить ситуацию. Перестать считать дни, мерить температуру. Он был прав, но получив зеленый свет от врача, я никак не могла успокоиться. Каждый месяц с надеждой ждала, что месячные не придут, в первый же день задержки, если она была, мчалась в аптеку за тестом на беременность. И каждый раз разочаровывалась.

— Хватит, — решительно заявила сама себе. — Нет, так нет. Прекрати себя изводить, Строганова. У тебя двое прекрасных детей, любимый муж. Что тебе еще надо?

Проведя разъяснительную беседу со своим отражением, решительно вышла из туалета. Помыла руки. Спустилась к своей семье, все члены которой вальяжно развалились на диване, даже Пушистик, смотря какой-то мультфильм.

— Папа, ты противный, — заявила неожиданно Леся, отсаживаясь от отца на другой конец дивана. Что он ей сделал?

Максим громко рассмеялся, запрокинув голову.

— А мама у нас какая? — спросил, заметив меня в дверях гостиной.

— Настоящая, — ответили хором дети.

Улыбнувшись, нырнула под теплый бок мужа, наслаждаясь крепкими объятиями.

— Любимая, — выдохнул, целуя в висок.

Удовлетворенно вздохнула, незаметно проведя рукой по животу. И правда, хватит тревожиться. Нервничать. У меня есть семья. Есть мои любимые детки. Есть Максим. Больше ничего не надо. Бог даст — увеличим наше количество.

«А если так никогда и не получится?» — тут же проснулись противные таракашки.

А если не получится, то есть еще ЭКО. Или еще что-нибудь придумаем. Или ничего не будем делать.

Максим, без устали повторявший, что у нас — самая полноценная и счастливая семья на свете, смог-таки меня в этом убедить. Я хотела еще детей, но перспектива никогда ими не обзавестись уже не казалась мне такой страшной. И все благодаря мужчине, подарившему мне сказку.