Ашер Блэк - Паркер С. Хантингтон

Когда я подхожу к охраннику, одному из парней Романо, он ухмыляется и говорит:

— Дай угадаю. Модель? Актриса?

— Невеста.

Я протискиваюсь мимо него, не обращая внимания на его расширенные глаза. Я чувствую, что он идет за мной, и ускоряю шаг, пока практически не взбегаю по лестнице.

Когда он видит меня, глаза Ашера расширяются.

— Люси? О! Что случилось? Была еще одна перестрелка…

— Да что с тобой такое? — требую я.

Его глаза становятся настороженными и переходят на охранника, который следил за мной. Я нетерпеливо жду, отбивая правой ногой грубый ритм по полу, пока он качает головой в сторону парня, который беззвучно удаляется обратно по лестнице.

Когда глаза Ашера возвращаются ко мне, он осторожно спрашивает:

— Я? Что я сделал?

— Моя лаборатория, Ашер. — Я скрещиваю руки и пытаюсь напустить на лицо свирепое выражение.

Надеюсь, это пугает, потому что пастельно-розовая блузка на мне не очень-то кричит: БОЙСЯ МЕНЯ. Хотя он должен бояться, потому что я сейчас в полном бешенстве. Я практически чувствую, как мои клетки гудят от ярости.

Я стараюсь не кричать, но все равно кричу.

— Моя гребаная лаборатория!

— О. — Его лицо расслабляется. — Не за что.

— Не за что? Ты что, блядь, издеваешься? И это ты говоришь мне после того, как вмешиваешься в мои оценки?

— Чт… — Челюсть Ашера слегка отпадает. — Ты злишься из-за этого?

— Конечно, я злюсь, — хотя мой гнев быстро рассеивается. Я просто устала, а с этим приходит и вновь обретенная уязвимость. Уилтон — единственная ценность в моей жизни, которая полностью принадлежит мне, и она уже запятнана.

— Люди смотрят на меня, когда я захожу в класс, и я знаю, что они злятся из-за такого особого отношения ко мне. Они ничего не говорят, потому что ты — это ты, но я знаю, что они об этом думают. Я даже не виню их. Я не могу их винить. Особое отношение ко мне несправедливо для них. Это факт.

— Хуже всего то, что я даже не могу отказаться от твоей помощи, потому что без нее я просто случайная девушка, которая пропустила десятки занятий и заслуживает отчисления, не говоря уже о лишении стипендии.

— Но это? Эта лабораторная? Я не просила тебя помогать мне с этим. Я могла бы принять удар по своему среднему баллу. Я заслужила это.

Глаза Ашера смягчаются.

— Мне жаль. Я просто подумал… Это моя вина, что ты проспала и завалила лабораторную, вот я и исправил это.

Он все еще думает, что мне всю ночь снились кошмары о стрельбе, а не о двух Стивах.

Я его не поправляю.

— Это моя жизнь, Ашер! Моя. Ничего нельзя "исправить", особенно с твоей помощью. — Я вздыхаю, заставляя себя выпустить остатки гнева, ведь его сердце было в правильном месте. — Послушай, я знаю, что ты считал, что поступаешь правильно, но я буду благодарна, если с этого момента ты не будешь вмешиваться в мою жизнь больше, чем это необходимо.

— А в каких аспектах мне нужно вмешиваться?

— Нет ничего, во что тебе "нужно" вмешиваться.

— Мы помолвлены, Люси. Есть аспекты нашей жизни, которые переплетаются между собой.

— Сначала посоветуйся со мной.

Он смотрит на меня, его глаза изучают мое лицо, а затем тело. Я стараюсь контролировать реакцию своего тела на его взгляд.

Ашер жестко кивает.

— Хорошо.

— Отлично.

— Отлично.

Я закатываю глаза.

— Я не буду делать это с тобой, Ашер.

На его лице появляется мальчишеская ухмылка.

— Отлично.

Я не утруждаю себя ответом. Я поворачиваюсь и ухожу.

Но мое сердце колотится, потому что, несмотря на то, что мне не нужна его помощь, он решил сделать для меня что-то приятное.

И, черт возьми, если это не заставляет меня любить его еще больше.

ГЛАВА 22

Успех — это ещё не точка,

неудача — это ещё не конец:

единственное, что имеет значение, —

это мужество продолжать борьбу.

Уинстон Черчилль

У меня челюсть отпадает при виде стоящей перед нами пары. Мы с Ашером находимся в его пентхаусе, окруженные его командой охраны. Все двадцать шесть человек. Перед нами мужчина и женщина, которые выглядят точно так же, как мы с Ашером. Конечно, есть некоторые заметные различия, но издалека никто не сможет нас отличить.

Я изучаю своего двойника-женщину. Она похожа на меня, но не совсем. В то время как моя грудь полнее и я немного выше, она гораздо бледнее меня. У нее также отсутствует много волос, а глаза тусклые и впалые.

Двойник Ашера того же роста, что и он, но глаза у него карие, волосы светлые, а уши также не совсем правильные. Кроме того, на нем толстые очки для чтения, и он скачет по комнате, словно выбитый из колеи. Однако, когда я разглядела его зрачки, они выглядели вполне нормальными.

Когда их проводят к команде стилистов, я оттаскиваю Ашера в сторону.

— Они понимают, о чем ты их просишь?

Я стараюсь не краснеть, пока Ашер изучает мое лицо. Мы чуть не погибли вместе, и он использовал свое тело, чтобы защитить меня. Мне все равно, что на нем был пуленепробиваемый костюм. Это все равно было невероятно смело, и я ни за что на свете не подумала бы, что кто-то сделает это ради меня.

После этого все мои сомнения по поводу Ашера испарились. Вместо них появилось уважение. Я уважаю Ашера за то, каким мужчиной он для меня является. Уважать мужчину, которого я нахожу привлекательным, — опасная территория.

Если я не буду осторожна, то могу начать стирать границы в этих отношениях. Я уже сейчас гораздо больше внимания уделяю его телу, чем когда-либо, и пытаюсь придумать веские причины, чтобы не преследовать мужчину, который готов рискнуть своей жизнью ради моей. Не помогает и то, что я знаю, каково это — быть поцелованной им.

Ашер вздыхает.

— Они знают о риске. Дэмиен — адреналиновый наркоман. Он получает удовольствие от этого дерьма. У Кэролайн рак. Она умирает. Она ничего не может с этим поделать, но два миллиона долларов, которые я ей заплачу, помогут семье, которую она оставит.

Мои глаза расширились.

Два миллиона долларов?!

Неужели столько стоит жизнь человека?

Сколько стоит его жизнь или моя?

Или эта цифра где-то посередине?

Я киваю Ашеру. Я не могу осуждать его за это. Как всегда, он прав. Кэролайн и Дэмиен знают, что делают. Он не обманывает их или