Навсегда в твоем сердце - Эллисон Чейз

Престон пробормотал извинения и вместе с Лоубри побежал к зданию, откуда выглядывал Йетс. Айви выбрала направление движения произвольно.

— Где экипаж?

— За воротами, — ответил Саймон, указав в противоположную сторону.

Айви нехотя изменила курс.

— Нед, подожди.

Чувствуя себя не в своей тарелке и страстно желая, чтобы отношения с Саймоном не запутались еще сильнее, Айви продолжала идти.

— Нед!

Перед ступеньками, ведущими в часовню Святого Джона, Айви остановилась и обернулась:

— Значит, снова Нед?

— Конечно, Нед.

Бросив быстрый взгляд по сторонам, Саймон понизил голос. Вокруг было много студентов и преподавателей. Одни куда-то спешили, другие сидели с открытыми книгами на тенистых скамейках. На Айви и Саймона никто, казалось, не обращал внимания.

— Ты же знаешь, что, когда мы не одни, ты должна оставаться Недом.

В ее глазах загорелся упрямый огонек.

— Какая разница, если ты решил отослать меня из Харроувуда?

— Я не принимал такого решения.

Айви отвела глаза.

— Тогда что ты намерен делать, кроме как срывать свой гнев на ни в чем не повинных студентах?

— Мне жаль, что так случилось. — Саймон положил руку ей на плечо. — Но этот громила мог сломать тебе шею или…

— Или что?

Ответ застрял у маркиза в глотке, поскольку перед мысленным взором стали проноситься, сменяя друг друга, картины искалеченной, несчастной Айви. Он же лучше, чем кто-либо другой, знал, какая она хрупкая и уязвимая. Его рука бессильно упала с ее плеча. Он вмешался в пусть довольно грубую, но все же дружескую забаву, в которых сам множество раз участвовал в юности. Но он знал, Как много опасностей таит в себе жизнь, и неспособность защитить Айви от этих опасностей сводила его с ума.

Айви молча смотрела на него. Что бы она ни увидела, что бы ни поняла в эти минуты, это смягчило выражение ее лица.

— Ничего страшного, сказала она. — Я не пострадала, Престон тоже.

Спустя несколько минут экипаж остановился у офиса Бена.

— Я забыл там цилиндр, — сказал Саймон. — Подожди здесь.

Айви упрямо пошла за ним.

— Я с тобой.

— В этом нет смысла. Я вернусь через минуту.

Но Айви оставалась непреклонной.

— Любой шанс оказаться в академической среде — это для меня подарок, о котором я буду вспоминать всю оставшуюся жизнь.

Эти слова вызвали острую боль в сердце Саймона. Всю оставшуюся жизнь она проведет где-то еще — без него. Будет ли это облегчением? Выполнив свою миссию и навсегда покинув Харроувуд, она перестанет быть его тревогой и заботой. Ему не придется беспокоиться о ее счастье и благополучии… Великий Боже, ведь он даже не будет знать, жива она или мертва!

Да, конечно, он будет чувствовать неимоверное облегчение — а что еще можно чувствовать, не приобретя такую обузу? Но почему тогда так больно?

Бен еще не вернулся со встречи с попечителями, дверь его кабинета была закрыта, но не заперта. Войдя, Саймон подхватил свой цилиндр с того же самого места, куда бросил его, — с дивана, едва не смяв поля. Все правильно, незачем так хватать легкую шляпу. Ослабив хватку, он направился к двери, но остановился, увидев, что Айви внимательно рассматривает книги на полке. Ее лицо светилось искренним интересом.

Саймон остановился у двери.

— Пойдем. Ты же знаешь, что в моей библиотеке есть те же самые книги и ты их можешь читать в любое время.

— Да, но мне никогда не приходилось видеть, какой текстовой материал имеет в своем кабинете декан отделения натурфилософии. — Она продолжила свое исследование. — Так, а это что?

Добравшись до угла, где полка упиралась в стену, она взяла лежащий сверху на книгах сложенный листок бумаги.

— Похоже, я не единственная женщина, допущенная в эти священные стены.

Саймон подошел ближе. На листке были видны зазубрины и монограмма, которую он сразу не заметил.

Айви положила листок на стол и разгладила. Наморщив нос, она провела пальцем по буквам. Ее брови удивленно выгнулись.

— Саймон, ты только посмотри! Это же инициалы твоей сестры!