Дубль - Елена Артье

- Заткнись! Ишь, как заговорила... Больно смелая стала. И колечко это у тебя... Так может это он и есть, а? Что покраснела? 

- Валера, не надо! Ну зачем тебе это? Ведь ты теперь на свободе...

Но он словно не слышал Ксюшу, его лицо всё больше искажалось в страшную гримасу.

- Ну и как он? Старый трахальщик удовлетворяет тебя, а? 

- Удовлетворяет Валера, представляешь?! - неожиданно смело ответила Ксюша. - Он самый лучший мужчина на свете и ты ему в подмётки не годишься...

- Ах ты ж сука! Ну я тебе сейчас напомню… Орать подо мной будешь! Вот только вряд-ли от удовольствия…

Николаев кинулся вперёд, а я пружиной влетел в окно, разбивая каким-то бревном стекло и на секунду опережая Андрея. Отметил краем глаза как в дверях появились пацаны спецназа.

- Руки на голову! Всем лежать и не двигаться!

Я смотрел только на Ксюшу, скорчившуюся в углу продавленной металлической кровати и прикованную к спинке наручниками. Лохматая, растрепанная, но такая родная! И в этот момент осознал, насколько сильно её полюбил. До слезливого комка в горле, перехватывающего дыхание. До бешено колотящегося сердца, готового выпрыгнуть ей навстречу.

 Увидев меня она округлила глаза и заплакала:

- Глеб, Глебушка...

Я подхватил её на руки и впечатал в себя, желая остаться так вечно.

- Я здесь, моя девочка.

- Я так боялась! Как ты здесь так быстро оказался?

- Ты же не думала, что я тебя одну оставлю?!

- Ох, Глеб… 

Она тряслась у меня в руках, выплескивая из себя накопившиеся эмоции. Страшно подумать, что было бы, если б я не приставил к ней Андрея. Пока бы мы обнаружили пропажу Николаев такое бы натворил...

Я смотрел на корчившегося на полу несостоявшегося насильника, который матерился и звал адвоката. Ну нет мразь, на этот раз это так просто не пройдёт. В первый раз я лишь подтолкнул нужные органы к нему, на этот раз он задел меня лично. И я лично займусь им. Теперь условным сроком он не обойдется.

Николаева увели в другую комнату, где его ждал связанный подельник. Ксюша перестала судорожно дрожать и лишь всхлипывала, уткнувшись мне в грудь. Я открыл наручники ключами, которые мне подал Андрей и аккуратно поцеловал ссадины на запястье. Посмотрел в заплаканное лицо Ксюши, аккуратно убирая от лица пряди взъерошенных волос...

- Б...! 

Губа разбита, на скуле налилась синим цветом гематома. Одежда местами порвана…

- Глеб, пожалуйста, не стоит. - пробормотала Ксюша, заглядывая мне в глаза.

- Что? Что он с тобой сделал?!

- Ничего страшного. Вы приехали вовремя. У тебя такое выражение лица сейчас, что я сама начинаю тебя бояться... Он не стоит того, правда... Я так тебя люблю, Глеб!

Её признание горячей волной пробежалось до сердца, согревая заледеневшую кровь. Я вновь аккуратно прижал её к себе и поднял на руки.

- Пойдём, моя хорошая. Будет непросто, но нам нужно зафиксировать побои и написать заявление. Сможешь?

- Хорошо, - выдохнула Ксюша и доверчиво прижалась к моему плечу. Ну как можно было на неё поднять руку? И как он мог делать это раньше? 

Следователь отработал быстро и скоро я уже отнес Ксюшу в машину. 

- Глеб, скажи мне, это правда? 

- О чём? 

- Что это ты способствовал задержанию Валеры зимой? Это Вика тебя попросила?

Так и знал, что рано или поздно она это узнает. 

- Ну и что из этого?

Ксюша погладила меня по щеке и прошептала: 

- Ничего, просто это ещё один пункт в перечне того, за что я тебе должна. 

- Ну что ты такое говоришь?! Ни за что ты мне не должна. Этот урод оказался там, где ему самое место. 

- Это вы поэтому с Викой… 

- Так, а вот это уже лишнее. Мы, кажется, уже решили не возвращаться к моим отношениям с твоей сестрой. - ответил я несколько резко. Не то место и время чтобы исповедоваться. - Подожди меня минутку, я кое-что забыл.

- Что? - беспокойно спросила Ксюша, пытаясь поймать мой взгляд. 

- Сумочку твою забыл.

- Хорошо, - кивнула она и откинулась на спинку сиденья, закрывая глаза. - Только не долго.

- Я быстро, - легко поцеловал её в уголок губ и вернулся в дом, где предъявил пару претензий к бывшему мужу моей жены. С оттяжкой, оставляя следы как напоминание, что на всякую силу найдется ещё большая сила. Следователь, присутствующий при нашем разговоре, так и написал: "Оказал сопротивление при задержании в результате чего пришлось применить силу".

Когда я вернулся в машину, Ксюша уже спала. Я аккуратно обнял её и вдохнул любимый аромат её тела, оскверненный сейчас запахом крови. Кто бы мог подумать, что отпустив в родной город я поставлю её под удар. Никогда она больше не приедет сюда одна. Всё, её место только рядом со мной и нашими дочерьми.

На следующий день, несмотря на внешний вид Ксюши, мы вынуждены были вернуться домой, потому что меня ждали дела, а оставлять её одну мне не хотелось. Галина Николаевна летела вместе с нами.

Вся семья была в шоке, когда мы вкратце рассказали о случившемся.

- Я думала такое только в кино бывает, - прокомментировала ситуацию Полина, обнимая Ксюшу. - Ну ничего, до свадьбы заживёт.

* * *

И оно зажило. Прошло несколько недель и вот - наступил день, когда мы, наконец, отметим создание нашей семьи вместе с родственниками и друзьями. Я бы и вовсе не отмечал, мне итак было хорошо. Но это было важно для Ксюши, да и Полина с Никитой настояли на празднике.

Нарядно одетая тёща со своим кавалером следили внизу за  девочками в красивых платьицах (я и не знал что для младенцев шьют такую прелесть), в то время как Ксюша одевалась на верху.

- Пойду посмотрю, как она.

- Сходи, а то скоро выезжать в ресторан.

Я поднялся в нашу спальню и завис, разглядывая Ксюшу, в не застёгнутом "том самом" свадебном платье стоящую перед зеркалом и сражающуюся с непослушными локонами.

- Прическа не получается, - простонала она,