Мое новогоднее чудо - Ника Крылатая

– Я знаю, – Диана, наконец, посмотрела на Романовскую. – Если бы могла, давно сама бы обратилась в опеку и в суд.

– А поскольку самой не выиграть, вы решили подцепить моего сына? – со светской улыбкой уточнила Валерия Максимовна.

– Мама, – резко произнес Влад, – такой тон в отношении Дианы не уместен.

– Да? – она перевела острый взгляд на сына. – Пока у меня нет оснований для другого отношения.

– Лера, – вмешался в разговор Владимир Алексеевич, – ты перегибаешь палку.

– Знаешь ли, дорогой, не тебе предлагали заплатить десять тысяч долларов, чтобы сын не стал жертвой золотоискательницы. А давайте я вам помогу с опекой и дам, ну, допустим, миллион рублей, и вы отстанете от моего сына, – Романовская снова перевела взгляд на девушку.

– Диана, не соглашайся, навскидку я стою раз в десять дороже, – хохотнул Влад. – Мам, хватит устраивать проверки. Ты сейчас мою любимую девушку до слез доведешь.

– Что? – одновременно произнесли Валерия Максимовна и Диана.

– Ну ты, сын, даешь, – теперь уже усмехнулся Владимир Алексеевич. – Диана, и вот с ними я живу страшно сказать сколько лет, – он тепло улыбнулся гостье, а потом вдруг неожиданно резко сказал: – Так, закончили тут спектакли устраивать. Запугали совсем человека. Но, Слав, – он перевел взгляд на сына, – про “в десять раз” ты прибедняешься, конечно.

– Мам, я очень прошу, прекрати свои проверки, – твердо произнес Влад.

– Хорошо, тогда перейдем сразу к делу, – согласилась она. Взяла тост и потянулась за маслом. – Вы понимаете, что законных оснований для лишения родительских прав нет? – Валерия Максимовна продолжала намазывать маслом тост, казалось бы, совсем перестав обращать внимание на сына и его… подругу. – В вашем случае даже при моей поддержке сделать это будет очень тяжело.

– Соня давно сама готова написать отказную, – Диана смотрела в свою тарелку, не в силах поднять взгляд на Валерию Максимовну. Было очень стыдно за сестру и неприятно за себя. Но эта фурия обещала помочь. – Но она хочет всю сумму за мамину квартиру, – ее голос дрогнул, но Диана все же продолжила: – И ей плевать, где мы будем жить. И отдадут ли мне тогда Арину.

Ей предложили и чай, и кофе, но кусок в горло не лез. Такой великосветский завтрак в серпентарии. Ужас.

– А это не проблема, – спокойно произнес Влад, отпивая кофе. – Вы можете хоть завтра переехать ко мне. У меня есть свободная комната, которая как раз может быть детской.

И продолжил пить кофе, игнорируя яростный взгляд мамы, выгнутую бровь отца и открывшую от удивления рот Диану.

– Что? Мне кажется, это отличный выход. Тем более сейчас совместное проживание перед свадьбой является нормой.

– Ты же несерьезно, правда? – воскликнула Валерия Максимовна.

– Почему? – Влад твердо смотрел на маму. Умеет одним взглядом уничтожить человека, вот только у детей давно иммунитет. – Мам, я бы с удовольствием тебе дал привыкнуть к мысли, что у меня есть девушка, вот только ситуация у нас чрезвычайная. А мне, знаешь ли, хочется видеть свою любимую улыбающейся, а не задерганной из-за поведения сестры.

– То есть ты решил твердо? – прищурилась Валерия Максимовна. Влад кивнул. – Хорошо. Надеюсь, она тебя не разочарует.

– Может, хватить говорить обо мне так, будто меня здесь нет? – не выдержала Дианка. Нервы сдали. Сил нет уже терпеть это издевательство. – Я вот лично вам что сделала? – обратилась она к Валерии Максимовне. – Я денег просила? Или разоряю вашего сына на дорогие подарки? Бегаю за ним? Живу как умею, работаю. У вас Соня только денег попросила, а мне всю жизнь испортила. Мать до инсульта довела, а потом и до смерти. От меня парень ушел, не выдержал, потому что я то за мамой лежачей ухаживала, то за Соней, у которой ни копейки, зато ребенок. Нормально, да, заявить сестре, что ой, не успела сделать аборт, ладно, в детском доме оставлю, если тебе тоже пофиг. Я три года боюсь, что Аринка окажется в детдоме, и хорошо, если в нашем. У Соньки хватит ума упылить с ребенком в другой город и оставить ее там. Единственное, что ее удерживает – деньги за мамину квартиру. А мне руками разводят – законных оснований нет. А если найдет, можем вам ребенка не отдать, там суд будет решать.

Вскочив из-за стола, Дианка рванула к выходу. Она в этом цирке участвовать не собирается.

– Спасибо, мам, – Влад резко кинул ложечку на стол и побежал за девушкой. С нее станется натворить глупостей. Диану перехватил на полпути к выходу, крепко взяв за руку, потянул в одну из комнат на первом этаже. Закрыл дверь на защелку, чтобы никто не мешал. Сел на небольшой диванчик, и усадил Дианку себе на колени.

– Прости, я не думал, что мама будет так резка, – Влад виновато улыбнулся. Стер большим пальцем одинокую слезинку, покатившуюся по щеке Дианы. – Знал бы, остались бы дома.

– Ты тоже хорош, – всхлипнула она, – наговорил ерунды про девушку и про свадьбу. Зачем?

– Каюсь, поспешил. Нужно было сначала тебе об этом наедине сказать, – Влад покрепче прижал ее к себе. – Но говорил я совершенно серьезно.

– Нет, – пробурчала Диана, уткнувшись ему в шею.

– Почему?

– Так не бывает.

– А у нас будет. Думаешь, нельзя влюбиться за месяц?

– Можно, – ответ снова прозвучал глухо. Диана продолжала обнимать его за шею, кажется, снова вытирая нос о его свитер.

– Замечательно. С этим разобрались. Теперь ты успокоишься, и мы вернемся за стол, – Дианка в его объятиях дернулась, и попыталась слезть с колен. – Тише. Все нормально. Вот увидишь, мама даже извинится. Она умеет признавать ошибки.

– Я не пойду, – упрямо проговорила Диана. – Я хочу уехать домой.

– Поедем. Закончим разговор с моими родителями, и уедем. К сожалению, статус моей официальной девушки несет в себе очень много минусов.

– Почему? – Диана даже выпрямилась, и так резко, что чуть не съехала с колен. Влад успел удержать.

– Про полгорода желающих я тогда совсем не шутил, – пояснил Влад совершенно серьезно. Он не стал рассказывать про похищение Златы, тогда Диана точно сбежит. Сейчас нужно уговорить ее вернуться за стол. – Пойдем, нужно договориться по делу Арины. Обо всем остальном поговорим позже.

Второй раз Дианку в гостиную Влад буквально впихнул. По виду родителей было понятно, что они успели поспорить. Владимир Алексеевич строго смотрел на супругу, а Валерия Максимовна, поджав губы, буквально испепеляла взглядом чашку с недопитым кофе.

– Лерочка, – многозначительно произнес имя жены Владимир Алексеевич.

– Да, немного погорячилась, – произнесла она. Подняв взгляд на прячущуюся за спиной Влада девушку, сказала: – Приношу свои извинения, была неправа. Садитесь за стол, нам нужно многое обсудить.