Если твой босс... монстр! - Алиса Ардова

После сегодняшнего происшествия в кабинете, после того, как мне стало плохо и лорд директор подхватил меня, обнимая, прижал к себе, в наших отношениях что-то изменилось. Если честно, я пока не понимала, к чему все это приведет. Просто хотелось подойти, встать рядом, снова почувствовать тепло чужих рук, его дыхание близко-близко…

Я не заметила, как оказалась у окна.

— Спасибо, что дали возможность позвонить.

— Дома все в порядке? — голос Марвелла прозвучал неожиданно низко и хрипло.

— Д-да, — мое бормотание, впрочем, было ничуть не лучше.

Телефон перекочевал в ладонь мужчины, пальцы снова соприкоснулись и замерли. Ни один из нас не торопился отодвигаться — мы так и стояли, не шевелясь, неотрывно глядя друг на друга.

— Я распорядился, чтобы охрану твоей матери усилили. Служба безопасности уже занимается этим.

Благодарно кивнула. Спрашивать, зачем, не имело смысла — оба понимали, для чего и по какой причине все делается.

— Как тебе удалось обнаружить сверток?

И вроде вопрос совсем не романтичный, деловой, но как же он его произнес — звуки и слова словно обволакивали, обнимали, ласково скользили по коже, вызывая ответную дрожь.

— Просто увидела, — я заставила себя небрежно пожать плечами.

Мы замолчали, но не отстранились, даже наоборот — показалось, что Кирстен чуть наклонился, подаваясь вперед.

Сердце отбивало бешеный ритм. Вихрь непонятных эмоций сладко кружил голову, пламенем разливался по венам. И почему-то было трудно дышать.

— Сильный дар. Даже подумать страшно, как сложится дальше, — выдохнул наконец лорд директор.

— Вот чуют мои страницы до самого ентого… корешка, что-то сейчас случится, — неожиданно влезла Мура. Самый подходящий момент выбрала, что и говорить.

Он меня поцелует…

Нет, это я не Муре отвечала, даже не думала о чем-то таком и не ждала. Оно само представилось — внезапно и очень ярко. Правда-правда.

— Очнись, блаженная… Про дар он толкует, а не про глупости разные. И ведь не знает начальник-то наш, что силушка уже при тебе давно. Тигр, конечно, на тебя запал, но в существование гримуара может и не поверить, а показываться ему я все еще опасаюсь… Эй, ты там живая, или как? Я бы в тебя пальцем потыкала, кабы они у меня имелись. Очнись, говорю!

В интонациях книги наметилась паника, которая отчасти передалась и мне, заставляя опомниться.

Да и как тут не прийти в себя с такой болтливой компаньонкой? Она же, как совесть, просыпается в самый неподходящий момент. Нет, с Мурой придется серьезно поговорить. Верные спутники и мудрые советники мне, разумеется, нужны, а вот непрошенные наблюдатели и свидетели, которые с тобой и на свидание не постесняются пойти, иногда очень мешают.

Я быстро, хоть и не без сожаления, убрала руку, отступила на пару шагов и уперлась спиной в шкаф с древними книгами и какими-то непонятными штуковинами. Наверное, тоже древними. А вот дальше произошло то, чего никто не ожидал… Крое Муры, разумеется. Моя мудрая книга, со своими предсказаниями, как в воду смотрела.

Что-то позади меня звякнуло, зазвенело, набирая громкость, а затем и вовсе зловеще завыло, наполняя душу неясным, но очень скверным предчувствием.

Я отшатнулась, резко оборачиваясь, и уставилась на шкаф, вернее на небольшой прибор за стеклянной дверцей, напоминавший будильник на львиных лапах с крыльями. На циферблате вместо цифр были руны и всего одна стрелка — она дрожала, светилась, призывно и ярко, будто новенький мощный карманный фонарик. При этом «будильник» умудрялся еще и самым возмутительным образом верещать. Истошно, пронзительно.

— Ой, попали-и-и… — сдавленно пискнула Мура.

— О чем ты? — Я ничего не понимала. Не знала, куда мы попали, и абсолютно не представляла степени этого самого попадания. — Что это вообще такое?

— Что это? — вторя моим словам, прогремел Марвелл.

Янтарные глаза сузились, потемнели, а взгляд, еще совсем недавно теплый и удивительно мягкий, мгновенно заледенел. Лорд директор вдруг стал чужим, отстраненным, а злость… Я не могла понять, на что он злится.

— Мур, что происходит? — почти взмолилась, потому что такой босс меня откровенно пугал.

— Долго объяснять, Евушка, но будь моя воля, я бы сейчас отсюда драпала изо всех сил. Только ведь нигде от него, лиходея, не спрячешься, — обреченно констатировала книга.

Да, нигде не спрячешься и точно не убежишь — в этом гримуар не ошибся. Настиг меня Марвелл сразу, схватил за плечи и прошипел, глядя прямо в глаза:

— Кто-о-о?

Страшно было… не передать. Меня даже в жар бросило от ужаса и непонимания.

— Кто это с тобой сделал, Ева? — изволил пояснить тигрейшество и для профилактики тряхнул меня, как грушу со спелыми плодами. Несильно, правда.

Дуня Воронцова предпочла бы грохнуться сейчас в спасительный обморок, а вот Ева Эш… Ее ситуация… гм… забавляла?

— Руки уберите, лорд Марвелл, — твердо произнесла она. Да-да, именно она — недавно проснувшаяся во мне ведьма.

Кирстен напрягся. На лице промелькнуло замешательство, недоверие… Затем он коротко выдохнул и будто закрылся. Но ладони все же убрал.

— Так что вас интересует? — все тем же тоном поинтересовалась ведьма.

— Этот прибор… — Марвелл указал на странные часы с лапами, — способен определить любую магическую силу, а также степень раскрытия дара. Если дар раскрыт наполовину, значит, маг или, в твоем случае, ведьма инициированы. И я имею право знать, кто провел инициацию, Ева! Я, бездна побери, имею право это знать, как твой…

Лорд директор осекся, сжал кулаки, словно пытаясь совладать с собой, и закончил уже спокойнее:

— Как твой непосредственный начальник.

Начальник? Вот как? Что ж… каков вопрос — таков и ответ.

— Никто, Кирил Сергеевич, — хищно улыбнулась ведьма. И я была с ней сейчас полностью солидарна. — Все это как-то совершенно случайно произошло.

Вы когда-нибудь видели багровеющего от ярости тигра? Нет? Вам очень повезло.

— Случайно?.. — несмотря на раздувающиеся ноздри, вопрос прозвучал тихо. Оглушающе тихо.

— Совершенно случайно, — подтвердила ведьма. — Раз, и готово.

Утробный рык добавил пикантности ситуации. Да, босс явно пребывал в бешенстве, но упорно продолжал раскручивать неприятный для него разговор.

— Р-р-раз, и готово? — со смесью наигранного спокойствия и плохо скрываемого раздражения переспросил он, почти сорвавшись на первом звуке. — Я много читал о ведьмах. Попадались довольно откровенные мемуары, но, чтобы вот так, одним словом, выражали всю значимость обретения силы, впервые слышу.

— А краткость — родственница таланта. У нас, на Земле об этом все знают.