Недотрога - Амелия Грей

Глаза, в которые смотрел сейчас Дэниел, казались ему самыми прекрасными на свете. Он не смог удержаться, и вот уже его губы тронула легкая улыбка, а во взгляде заискрилось восхищение.

Изабелла была прелестна!

Именно сейчас, когда ему стоило большого труда убедить себя, что он уже избавился от всепоглощающей, сводящей с ума страсти к этой очаровательной интриганке, она сумела заставить его желать ее с еще большей силой. Жар, который разливался в его теле, не позволял ему усомниться в том, насколько велика его жажда обладать ею. Одного взгляда в ее необычайно живые, прекрасные глаза хватило для того, чтобы Дэниел понял – он пропал!

Но разве допустимо было позволять себе испытывать подобные чувства здесь и сейчас, когда почти весь высший свет собрался в этом доме на бал? Да еще и кузен, которого Дэниел никогда терпеть не мог, стоит и ухмыляется прямо напротив него.

Постаравшись справиться с возбуждением, Дэниел отвернулся от Изабеллы. Он прокашлялся, чтобы привлечь внимание собеседников, которые что-то увлеченно обсуждали.

Дэниел подождал, когда они наконец повернутся в его сторону, и сказал:

– Прошу покорнейше простить меня, джентльмены, я нахожу, что ваш разговор совершенно неуместен в присутствии дамы. Мисс Уинслоу не в силах долее слушать вас. Я хотел бы откланяться и проводить ее к столу с освежающими напитками.

Брэдфорд бросил на него издевательски насмешливый взгляд. Но Дэниел был не настолько чувствителен к переменам его настроения и привык не обращать внимания на гримасы кузена, однако его слова заставили его застыть на месте.

– О чем это ты? Что за чушь ты несешь, Дэнни! Мы всего лишь обсуждали устройство сада, который разбили в Букингемском дворце.

Вот черт! Дэниел мысленно выругался. Ну надо же так влипнуть!

– Да, я знаю, – произнес Дэниел, судорожно стараясь потянуть время, чтобы придумать, что бы такое ответить Брэдфорду, и найти способ достойно выйти из дурацкого положения.

– Видите ли, мистер Тернбери, – быстро проговорила Изабелла, – я одна из тех чудачек, которые крайне редко встречаются среди дам. Поверьте мне на слово, но я терпеть не могу никаких садов! Я, можно сказать, питаю стойкое отвращение ко всякого рода цветам, кустарникам и деревьям. И так уж вышло, что об этой моей слабости лорду Коулбруку стало известно.

– Да! – согласился Дэниел. Он был поражен тем, как быстро Изабелла пришла ему на помощь и как ловко придумала весьма оригинальный выход из положения.

– Я не предполагал, что некоторые леди не любят цветы. – В голосе Брэдфорда слышалось явное недоверие.

– Ах, ну что вы! – Изабелла очаровательно улыбнулась ему. – Это неудивительно. Такое очень часто случается среди тех, кто рос в окружении садов, которыми изобилуют загородные английские поместья. Увы, этот недуг поразил и меня. А все, должно быть, из-за того, что почти все хозяева страстно стремятся сделать свой сад лучше и больше, чем у соседа.

Желая поскорее сменить тему и не позволить Брэдфорду копнуть глубже, Дэниел сказал:

– А теперь, если вы, джентльмены, простите нас, мы все же откланяемся.

– Постойте, мисс Уинслоу, – остановил Изабеллу Брэдфорд. – Просто хочу напомнить вам, что буду ждать с нетерпением нашего танца.

Изабелла с очаровательной улыбкой попрощалась с ним легким кивком головы и произнесла:

– Конечно, мистер Тернбери. И я буду ждать этого с нетерпением.

Дэниел поверить не мог в то, что он способен так бурно реагировать на улыбки, которыми обменивались Брэдфорд и Изабелла. Что ему за дело до того? Но чертовка была так мила с его кузеном, так сладко ему улыбалась, едва ли не кокетничала с ним! Тот факт, что Брэдфорд заинтересовался Изабеллой, Дэниела нисколько, не удивил. Изабелла держится весьма уверенно в себе, да к тому же она остра на язычок. Ее классическая изысканная красота привлекала к ней внимание многих мужчин. Господи, да о чем он только думает!

Ладно, к чему лгать самому себе: все в ней восхитительно!

Дэниел мог предположить, что она находит Брэдфорда достаточно интересным и учтивым джентльменом, иначе почему она принимает его приглашение на танец?

Как только Дэниел с Изабеллой отошли на достаточное расстояние, не позволяющее их бывшим собеседникам слышать их, Дэниел, покачав в изумлении головой, проговорил:

– Так, значит, у вас стойкое отвращение к цветам? Что за бредовая идея! И как только такое вам в голову пришло?

– Я сказала первое, о чем подумала, лорд Коулбрук, и это помогло вам выйти из глупого положения, в которое вы поставили себя сказанной не к месту репликой.

Дэниел пробурчал сквозь зубы, что безмерно благодарен ей за это.

Они направлялись через толпу в бальном зале в комнату, где были установлены столы с угощениями. Уединиться для того, чтобы поговорить без посторонних наблюдателей в доме, переполненном людьми, обоим представлялось практически невозможным. Им не раз приходилось останавливаться для того, чтобы поприветствовать знакомых и тех, кто жаждал быть представленным лорду Коулбруку.