Запятнанная репутация - Луиза Аллен

«Я люблю его и позволила себе вообразить, что смогу выйти за него замуж. Эш, любовь, дети. Вместе до конца жизни».

«Тогда, — науськивал соблазн, — не говори ему правду. Представляешь, что с ним будет, если он узнает?»

«Но разве отношения в браке не должны основываться на честности и открытости», — рассуждала Филлида, пытаясь справиться с завязками на юбке и брюках, надеясь прийти к какому-нибудь выводу прежде, чем выйдет из-за ширмы. Если бы она его не любила, все было бы гораздо легче, можно было всего-навсего никогда не говорить о прошлом. Но она любила его и чувствовала, что обязана все рассказать. Если он отреагирует плохо, а какой мужчина отреагирует иначе, она навсегда его потеряет.

«Но я не должна выходить замуж в любом случае, — напомнила она себе горькую правду. — Брак — это мечта, счастливое будущее с Эшем тоже. Наши дети никогда не родятся». — Филлида облокотилась на стену, зажав рукой рот, чтобы остановить непонятно откуда взявшиеся рыдания.

«О, Эш, любимый». Ей не стоило говорить о детях, не стоило давать надежду. Теперь, решив уйти, если даже он ее не любит, она ранит его чувства, а не только гордость.

— С тобой все в порядке? — спросил Эш спокойно.

— Да. — Филлиде кое-как удалось добавить светлую нотку в тон. — Должна признаться, я сейчас как в тумане.

Эш усмехнулся. У нее голова шла кругом от его ласк. Вероятно, поэтому было так трудно рассуждать логически и закончить этот фарс. Когда-нибудь они снова займутся любовью. Это неизбежно, как восход солнца.

— Который час? — Филлида заставила себя выйти из-за ширмы. Ей было трудно смотреть ему в глаза, хоть она и чувствовала себя в безопасности рядом с ним. «Это все угрызения совести».

— Три. Пора домой. Вот твой жакет. — Он остановился и дотронулся пальцем до правой груди. — Что это? Родимое пятно? Я хотел спросить, когда ты сняла жакет, но отвлекся.

— Да. — Филлида покосилась на коричневое пятно размером с клубнику, которое Эш поглаживал пальцем. — К счастью, оно сбоку и, если правильно подобрать платье, его совсем не видно.

— Но почему ты его прячешь? — Эш помог ей надеть жакет. — Оно имеет форму сердца и выглядит просто очаровательно.

— Это дефект.

— Чепуха. Оно невероятно притягательно смотрится на твоей белой коже. Пообещай мне, что больше не будешь его скрывать. — Эш наклонился и поцеловал родимое пятно, сдвинул полы жакета и стал застегивать крохотные пуговицы.

— Хорошо. — С вечерними платьями не будет никаких проблем, и если ему так нравится родимое пятно, она сделает так, чтобы его было видно. Всего только и нужно, что убрать часть кружев на вырезе. Осталось всего несколько дней, прежде чем всему этому придет конец. В платьях, которые она носит днем, высокие воротники, и грудь совсем не видно.

— Эш, прекрати, или мы никогда отсюда не выйдем! — Он засмеялся и перестал щекотать ее между петлями пуговиц.

— Тогда пойдем. Пока ты снова меня не соблазнила.

На следующий день, когда пришел Грегори, Филлида сидела в гостиной рядом с Сарой и занималась шитьем. Леди Элдонстоун настояла на том, чтобы она отдохнула после утренней суеты с отправкой ящиков для аукциона. Филлида не стала терять времени даром и решила убрать лишние кружева с вечерних платьев, скрывающие родимое пятно.

Филлида понимала, что в ее поступках отсутствует логика, она предпринимает действия, которые только разожгут в Эше страсть и еще сильнее осложнят ее коварные планы бросить его. Филлиде казалось, что в ней живут две девушки, честная, хладнокровно планирующая разрыв с женихом ради его же блага, и безрассудная влюбленная девчонка, забывающая обо всем в его объятиях.

Сара позвонила, чтобы принесли напитки, Грегори сел рядом с сестрой, вытянув длинные ноги в узких брюках и блестящих ботфортах.

— Ты выглядишь как настоящий лондонский джентльмен, — поддела Филлида. — Чистый, опрятный, респектабельный молодой человек. И новая прическа очень тебе идет!

Грегори добродушно улыбнулся:

— Харриет она тоже нравится. Кстати, я пришел сюда именно из-за нее. Боюсь, нас с тобой пригласили на семейный ужин завтра вечером.

— Боишься? Я думала, ты в хороших отношениях с семьей Харриет.

— В хороших, но к ним приехал дядя, о котором все и думать забыли. Брат мистера Миллингтона и, очевидно, паршивая овца. Он благополучно жил на Ямайке и работал кем-то вроде агента по продажам земельных участков, и, как мне кажется, все надеялись, что он там и останется. Как бы то ни было, нас пригласили разрядить обстановку. Кроме нас, там еще будут кузины и двоюродная бабка.

— Будет очень неудобно, если он решит остаться, не так ли? Или быть может, он изменился? — спросила Сара. — Изволите угоститься стаканчиком шерри или мадеры, лорд Фрэншем?

— Благодарю. С удовольствием. Миллингтон, судя по всему, хотел выставить его за дверь, но его супруга хочет дать ему второй шанс. Отсюда и званый ужин, — объяснил Грегори и потянулся за графином, в то время как Сара наливала чай.

— Я спрошу у леди Элдонстоун, нет ли у нее планов на вечер, — произнесла Филлида. Ситуация складывалась не совсем удобная, но если ее присутствие поможет Миллингтонам, она готова пойти на это.

— На завтрашний вечер ничего не планируется, — сказала Сара. — Я знаю, поскольку папа собирается на лекцию в Королевском научном обществе, а мама сказала, что неплохо было бы посидеть дома после всех этих развлечений.

Филлида отпросилась у хозяйки дома и, когда ушел Грегори, снова принялась спарывать кружева со своего темно-зеленого вечернего платья. Оно прекрасно подойдет для ужина у Миллингтонов. Возможно, слегка формальное, но порой формальность выручает в затруднительных ситуациях в обществе.

Эш оказался менее снисходительным к планам Филлиды, нежели маркиза.

— Я надеялся, что смогу провести с тобой вечер на Джермин-стрит, — прошептал он ей на ухо.

— Я бы с удовольствием, — также тихо ответила она под звуки скучной фортепьянной сонаты. Леди Элдонстоун настояла на том, чтобы в этот вечер они посетили музыкальный салон. — Я буду скучать по тебе.

В семь часов вечера следующего дня Филлида вышла из кареты Элдонстоунов, остановившейся напротив дома Миллингтонов.

Она мысленно расправила плечи, готовясь к напряженному ужину, и пожалела, что рядом нет Эша. Грегори будет развлекать Харриет, а ей предстоит поддерживать светские разговоры ни о чем с остальными родственниками, негодующими по поводу возвращения мистера Филиппа Уилмота.

— О, подождите, мадам, этот плащ не до конца застегнут. — Горничная, которую приставила к ней леди Элдонстоун, стояла в дверях кареты, когда из тени выскочила темная фигура.

— Эй, убирайся, ты!

Человек навалился на Филлиду, прижав к карете. «Совсем обнаглевший грабитель, решивший напасть возле дома прямо на Мэйфер-стрит?» Слишком удивленная, чтобы испугаться, Филлида схватила крепче свою сумочку, готовясь оказать сопротивление. Плащ слетел с плеч на землю.