Грешник - Эмма Скотт

Никакой другой причины быть не должно.

Увлекшись этими мыслями, я сошла с тротуара.

Слишком поздно я увидела вспышку света фар на залитой дождем улице.

Слишком поздно услышала гудок и визг шин, которые не могли вовремя затормозить на скользком асфальте.

Я испустила свой последний вздох:

– Кассиэль…

Что-то тяжелое сбило меня с ног, и я поднялась в воздух. Лодыжек коснулся ветер от промчавшегося мимо автомобиля, пока меня затягивало в омут черных глаз. Я очутилась в кольце сильных рук – и крыльев. Кас перевернулся в воздухе и упал на спину, прижимая меня к себе и принимая основную силу удара. Затем перекатился, укладывая меня спиной на асфальт и заслоняя своим огромным телом от дождя. От всего мира.

Я уставилась на его лицо – бескровно-белое, с черными провалами вместо глаз. Но исходящий от них ледяной ужас растопила любовь в моем сердце. Она росла до тех пор, пока не стало казаться, будто сердце вот-вот разорвется.

«Потому что он мой, а я его. Навсегда».

Я очертила пальцами линию его подбородка, стерла дождевую воду, стекающую ручейками по резким контурам скул, с его полных губ.

– Ли’или, – произнес он глухим голосом.

Я обхватила лицо Каса обеими ладонями. Смотрела долго. Его глаза затягивали, и я не могла отвести взгляд. Пока нет.

– Скажи это, – прошептала я, проваливаясь в темноту.

– Моя жена…

21

В квартире было темно, а за окном бушевало ненастье. Я села на кровати, дрожа в мокрой одежде. Кассиэль стоял у окна, собранный и неподвижный. Статуя на страже, погруженная в темноту. В каждой напряженной линии его тела читались непоколебимость и тревога.

Сверкнула молния, осветив его гладкие черные крылья.

– Кассиэль, – тихо позвала я.

Он вздрогнул, и его крылья слегка приподнялись.

– Астарот все больше наглеет. Я не позволю ему тебе навредить, Люси. – Он фыркнул. – Больше, чем уже успел.

– Он вселился в Гая, – сказала я, слезая с кровати. – Чтобы предложить мне поехать на Шри-Ланку. Зачем ему это?

Кассиэль стиснул зубы.

– Чтобы ты слепо брела по улице под ливнем, одинокая и безутешная. Чтобы заманить тебя теми же дьявольскими обещаниями, которые он давал мне. – Демон перевел на меня свой черный взгляд. – Он ждал тебя на Другой Стороне, Люси, готовый подхватить, как только ты упадешь.

– Ты тоже сыграл свою роль в том, чтобы я чувствовала себя одиноко, – заметила я, придвигаясь ближе. – То, что ты сказал на свадьбе…

Он вздрогнул, как от удара хлыстом, и его голос сорвался.

– Боги, прости меня, Люси. У меня сердце разрывалось оттого, что я причинил тебе боль. Астарот хочет заполучить тебя любым доступным ему способом. Я был в ужасе оттого, что ты можешь заключить необратимую сделку. Ради меня.

У меня вырвался тихий вскрик, когда Кассиэль с внезапной яростью резко развернулся ко мне. Его крылья переливались на свету иссиня-черным, а глаза излучали холод. Он схватил меня за плечи, впиваясь пальцами в кожу.

– Ты не должна его слушать, Люси. Ты ничего не можешь изменить. И никакая сделка здесь не поможет. Тебе меня не спасти. Понимаешь? Ты не можешь спасти меня.

Непреодолимое притяжение его темного взгляда делало меня слабой. Я приоткрыла губы, но, кроме тихого всхлипа, не смогла издать ни звука. Выругавшись, Кассиэль отпустил меня и отвернулся, с усилием скрестив руки на груди. Он будто хотел удержаться от прикосновений ко мне.

– Значит, это все? – спросила я, обхватывая себя руками. – Через несколько часов все просто… закончится?

От разочарования глаза обожгло слезами. Больше чем от разочарования. Я теряла его. Минуты утекали, как вода, и приближающаяся разлука была подобна черной пропасти. И я проваливалась в нее.

– А как насчет всей этой идеи с Гаем? – Требовательно спросила я. – Еще одна ложь? Если так тебя нельзя спасти, тогда к чему было это выдумывать?

– Ради тебя, Люси. Твоего счастья. Это не было ложью. Я жажду твоего счастья больше, чем своего следующего вздоха. Но твоя доброта послужила препятствием. Единственный способ помочь тебе – это позволить думать, что ты помогаешь мне.

– Значит, ты попытался сплавить меня другому мужчине? Я не хочу любить никого другого. Я не могу.

– Но ты должна.

– Почему? Потому что ты навсегда возвращаешься к Астароту?

Он не ответил, лишь стиснул зубы.

– Ты должен был рассказать мне правду. Позволить мне самой решать.

– Возможно, – признал он. – Все это с самого начала было лицемерием. Я любил тебя слишком долго и слишком сильно, чтобы отказаться. Но я пытался. Ради твоего и моего блага пытался.

Я снова оказалась на грани слез. Как долго мне пришлось ждать, чтобы услышать от мужчины слова любви?

«Не от какого-нибудь мужчины. А именно от этого. Я ждала его, моего мужа».

– Я тебя не отдам, – яростно прошипела я. – Теперь, когда ты наконец-то вернулся ко мне…

Он покачал головой.

– Я безнадежен, Люси. Ты должна меня отпустить. Я обязан заставить тебя забыть. Стереть весь этот ужас…

– Не смей! – вскричала я. – Мне надоело забывать. Ты лишил меня права голоса в моей собственной жизни.

– Ради твоей защиты, – парировал он. – Чтобы оставить тебе нечто большее, чем пустые мечты. Нечто реальное.

– Гая? Если и есть что-то реальное, так это мои чувства к тебе, Кассиэль. Я люблю…

– Не произноси этого слова. Ты не можешь меня любить. Не так. Не тогда, когда даже смотреть мне в глаза опасно…

– Ты не мой телохранитель! – закричала я, и за окном прогрохотал раскат грома. Я развернула Каса лицом к себе. Его мускулистые руки были напряженно скрещены на груди, а ладони сжаты в кулаки. – Ты знаешь, что произошло сегодня днем на той улице? Я не звала на помощь. Не вызывала тебя. Мне оставалось жить считаные секунды, а то и меньше, но я произнесла твое имя, потому что ты завладел всеми моими мыслями. – Я потянула его за руки, заставляя своего упрямого мужчину подпустить меня ближе. Он продолжал смотреть поверх моей головы, пока я прижималась к твердой стене его груди. – Мои чувства к тебе настоящие, Кассиэль, и единственное, что меня пугает, это снова потерять тебя.

– Люси…

– Меня не нужно спасать. Мне нужен ты.

Моя ладонь казалась такой маленькой на его вздымающемся бицепсе. Кассиэль нависал надо мной, высокий и внушительный. Темный зверь, пахнущий старой кожей, нагретым металлом, кровью и пеплом.