Не смей - Дарья Данина

- Да. – Отвечает, наконец, и выхватывая пульт у друга. – Много работы, много ответственности… стресс, переработки… но, в целом, мне нравится.

Выключает телевизор и прячет пульт под подушку.

- Хорошие врачи много получают? – Антон заинтересованно уставился на Соболева.

- Не так много, как ты думаешь.

Кирилл хмыкает, сдерживая смех. Лицо Горького нужно было видеть. Кажется, он разочарован.

- На какие деньги ты тогда живёшь? – С подозрением косясь на собеседника.

- Я не бедствую, Тоха! – Толкает его в бок и поднимается с дивана. Кажется, ещё пара бутылок пива лишними не будут.

- Это я вижу! – Доносится ему в спину. – Поэтому и спрашиваю!

Кирилл оставляет вопрос друга без ответа и приносит ему ещё одну бутылку хмельного напитка.

- Почему Варя к нам не присоединяется?

С тех пор, как он приехал в гости к Горькому, девушка удалилась к себе в комнату, и ни разу оттуда не выходила. Это немного странно, и Кирилл чувствует себя неловко из-за этого.

- У неё там видеоконференция. – Антон брезгливо морщится своим мыслям и делает глоток.

- Что за конференция? – Не понял.

- Ну, по той херне, что я тебе рассказывал. Проект. С тем говнюком.

К бабке не ходи, Горький до сих пор бесится. Стёсанных кулаков ему мало. Его бы воля, он закатал бы того тощего одногруппника в асфальт.

- Ааа… – Тянет Кирилл, пряча лисью улыбку. – С тем, об которого ты тогда почесал руки?

- Угу. – Антон сводит брови, и несколько секунд молчит. Что-то обмозговывает.

Вечно себе на уме. Кириллу иногда кажется, что у Тохи вообще в башке свой космос. Понятный лишь ему одному. И, быть может, Варе.

- Где остальные? – Смотрит нетерпеливо на часы, и достаёт сигареты. Антон, словно опомнившись, поднимается следом за другом.

- Сейчас наберу…

Они давно не собирались вот так. Все вместе. Дружным квартетом. Когда это было в последний раз? Кажется, что он уже и не помнит. Все постоянно в своих проблемах.

И, возможно, если бы Кирилл не отвёз сегодня Камиллу к деду, то сейчас он был бы вовсе не здесь. А с ней. Погружался бы в податливое тело, целовал бы мягкие губы, сжимал бы упругие ягодицы…

Блять. Словно заклинило. Он и забыл уже, что такое начало отношений.

Можно ли с уверенностью сказать, что теперь между ними ОТНОШЕНИЯ? Те самые, о которых он грезил в последнее время?

Уже давно стемнело, но она ему так и не перезвонила. Он набирал её пару часов назад, потом ещё. Но девушка сказала, что сейчас не может говорить, и перезвонит ему позже. Неприятное чувство селилось где-то в груди, и поднималось к мозговым клеткам, топило их сомнениями и нехорошим предчувствием.

Пока парни во всю делились последними новостями, Кирилл то и дело крутил в пальцах телефон. Проверял его каждые пять минут. Но экран оставался пустым.

- Я сейчас твой телефон выкину нахер с балкона. – Горькому надоело несколько часов наблюдать за тем, как Кирилл не может найти себе места. – Что случилось?

- Да, ничего. – Брюнет прячет трубку в карман, и как-то нервно дёргает уголком губ.

- Бля, позвони ты уже! – Авдеев толкает Соболева ногой в бедро и удовлетворённо улыбается. – Извёлся весь! Это ведь та брюнеточка, которую я видел?

Жук… был в полуобморочном состоянии, но Карчевскую запомнил.

- Кирилл, у тебя появилась девушка?

Варя взволнованно поёрзала на диване. Это было что-то новенькое. Кирилл влюбился?

- Признавайся, Соболев! – Захар смеётся и кладёт другу на плечо свою руку. – Вы замутили?

- Мутят воду в реке, Харыч. – Огрызается брюнет, и скидывает с себя груз.

Все дружно смеются, а у Кирилла всё внутри переворачивается.

- Я сейчас. – Поднимается на ноги, и выходит из гостиной, направляясь на балкон.

Набирает знакомый номер, но кроме длинных гудков ни хрена не слышит. Чертыхается и набирает заново. И так раз пять.

- Ну что?

Гарик к нему присоединяется, тихо прикрывая за собой балконную дверь. Прикуривает сигарету, и протягивает второю брюнету. Как-то сочувственно на него смотрит, и Соболева подташнивает от этого взгляда. Жалко…

- Трубку не берёт. – Цедит сквозь зубы, и крутит в пальцах тёмную сигарету.

- Есть о чём беспокоиться? – Его проницательный взгляд выворачивает душу наизнанку, поэтому Кирилл отводит глаза, устремляя их на ночной город.

- Всё сложно, Гарик.

- На сколько?

Блондин открывает большое окно, и порывистый ветер мгновенно пробирается за шиворот обоих парней. Кир вздрагивает, и отходит в сторону, прячась от холода.

- Там бывший… – Не находя нужных слов, чтобы описать всё то, что он испытывает по отношению к этому имбецилу. – Короче, мутный он какой-то. Гнилью за милю несёт.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Думаешь, есть о чём беспокоиться?

- Уверен. Я нутром чую. Не так он прост. Сидит, сучёныш, словно выжидает чего-то. Ещё и она трубку не берёт…

- Позвони с моего. – Горький тащит из заднего кармана свой телефон и протягивает его Соболеву.

- Думаешь, прокатит? – Прищуривая глаза от едкого сигаретного дыма.

- Попытка – не пытка. – Гарик впихивает трубку в руку Кирилла, и тушит сигарету в пепельнице. Выпускает сизую струю дыма, завершая маленьким колечком, и выходит с балкона.

Кирилл ещё пару минут крутит айфон в пальцах, и выкуривает пару сигарет. Потом набирает её номер, и ставит на громкую связь. Снова бесконечная череда гудков, которые буквально сводят с ума! Если она сейчас не поднимет трубку, он пошлёт всё на хуй, и поедет к ней. Похер, что разбудит стариков. Он ёбнется, если не убедится, что с ней всё в порядке.

Брюнет сбрасывает, и звонит снова.

Гудок, второй…

- Да?

Блять…

Сердце ухнуло вниз. А потом вверх. В глотке запульсировало.

- Камилла?

- Кирилл? – Ему показалось, или она не рада?

- Почему ты мне не отвечаешь? – Радуясь, и одновременно злясь на неё.