Джудит - Джейн Фэйзер

— Я вижу, вы любительница поиграть с огнем, Джудит… могу вас называть Джудит?

— Конечно. Но это не игра с огнем. Просто я хочу отстоять свое право иметь тех приятелей, которые мне нравятся. Если Керрингтон против этого, я должна его перехитрить. — Джудит кокетливо надула губки и стрельнула на него глазками. — Я вас шокирую, Бернард? Тем, что веду себя не как добродетельная жена?

Он долго не отводил взгляда, взгляда хищника.

— Напротив, недобродетельные жены — это даже очень и очень в моем вкусе. Я весьма уважаю в женщине характер. И если могу помочь вам утвердиться в своей независимости, то буду рад оказанной чести.

Несколько мгновений Джудит позволила себе тоже не отводить взгляда. Затем улыбнулась многозначительной, обещающей улыбкой.

— Итак, мы договорились? — Она протянула Грейсмеру руку, он тут же поймал ее и крепко сжал.

— Мы договорились.

— Но разумеется, мы будем держать все это в секрете.

— Разумеется, — вкрадчиво подтвердил он. — Мой рот на замке. На публике мы будем соблюдать конспирацию, а нашу дружбу сохранять для таких моментов, как этот.

— Именно так, милорд. — Джудит изобразила что-то вроде кокетливого хохотка, который вызвал у Бернара самодовольную, снисходительную улыбочку.

— Какая симпатичная девочка, эта мисс Мортон, — заметила Джудит после недолгого молчания.

— Очень, — согласился Грейсмер. — Жаль только, что состояние здоровья ее матушки не

позволяет ей выйти в свет, как она того заслуживает.

— Но вроде бы леди Баррет ее опекает.

— Да-да, Агнес… она так добра. Харриет должна быть ей благодарна.

— Насколько я поняла, за ней большое приданое. К тому же она единственная наследница.

— В самом деле? Я этого не знал.

»Спасибо вам большое, лорд Грейсмер. Вот вы и проговорились. А больше мне пока ничего от вас и не нужно», — подумала Джудит.

Вскоре она высадила графа у ворот дома Апсли и повернула домой. Но, поняв, что раньше Маркуса ей туда не добраться, Джудит серьезно задумалась. К счастью, ей встретился Себастьян.

— Дорогой, ты должен проводить меня домой.

— Хорошо. — Брат воспринял ату декларацию со своим обычным добродушием, — Есть причины?

— Мне надо прибыть домой с сопровождающим. А кроме того, я должна тебе кое-что сказать.

— Керрингтон не позволяет тебе выезжать без конюха. — Это было утверждение, не вопрос.

— Как ты догадался? — засмеялась Джудит.

— Потому что так и должно быть. Это тебе наплевать на все приличия.

— Господи! С каких это пор ты стал нетерпимым в вопросах этикета?

— С чего это ты взяла?

— Могу поспорить, это влияние Харриет.

— Даже если это и так, что из того?

— Ну не лезь в бутылку, прошу тебя. Я считаю ее очень милой, и если ты полюбишь Харриет, значит, и я буду любить. Да, кстати…

— Я слушаю.

— Я серьезно подозреваю, что Грейсмер ухаживает за Харриет, вернее, даже не за ней, а за ее приданым.

Себастьян долго молчал. Когда он заговорил, его голос был почти безразличным:

— Почему ты так решила?

Джудит рассказала о встрече с Грейсмером.

— Он ведь одну такую уже соблазнил… увел прямо из-под носа жениха. Возможно, Грейсмер решил проделать этот трюк еще раз, — заключила она. — И в том, что Агнес Баррет развивает такую активность в организации первого сезона Харриет, я вижу только одну причину: она хочет свести ее со своим другом, то есть любовником. Приданое Мортонов устроит их обоих.

— Будь он проклят, этот негодяй! — воскликнул Себастьян с неожиданной горячностью. — Куда ни повернешься, везде он. — Ты должен его побить в главном, — тихо проговорила Джудит, — Если ты разгромишь Грейсмера в карты, это разрушит все остальные его планы.

Себастьян не ответил, только крепко стиснул зубы.

— Харриет его на дух не переносит.

— Она тебе сказала? — удивился брат.

— Да. Хотя она, конечно, не знает причины ухаживаний Бернара. Возможно, если не будет его поощрять, он отвяжется.

— Если бы так, — жестко произнес Себастьян. Джудит ничего не ответила, зная, что Себастьян скоро успокоится. Они поехали сразу в конюшни. Маркус стоял посреди двора и разговаривал со старшим конюхом. Увидев жену, сразу сказал:

— Джудит, нам необходимо обсудить вопрос, как следует понимать слово «немедленно». И вообще, у нас большой список слов, которые мы понимаем по-разному, — произнес он уже ласково.

Джудит прикинула, насколько он рассержен, и решила, что не очень.

— Но, как видишь, я явилась с сопровождающим, Маркус был доволен.

— Расскажите, Себастьян, как вашей сестре удается так манипулировать вами? Она что, вас запугивает?

— Ну, она всегда действует по-разному, — ответил Себастьян. — Но чаще всего мне ее давления удается избегать. А как насчет вас?

— Мне, к сожалению, почти не удается. Я прошу вас, научите меня, как достичь этого мирными средствами.

— Ну, это очень просто. Только для этого нужно много времени. Это как прорубать скалу.

— Я смотрю, это уже входит у вас в привычку, говорить обо мне, как будто меня здесь нет, — обиженно заявила Джудит.

— Ты сама виновата, рысь. Это ведь наше единственное оружие, чтобы хоть как-то противостоять твоим уловкам. — Маркус взял ее за талию и спустил на землю. — Вы зайдете, Себастьян? Или она перехватила вас по дороге, когда вы шли по своим делам?

— Последнее, — отозвался Себастьян. — Я должен был встретиться в парке с приятелями. Но скорее всего они меня уже не дождались, поэтому я, пожалуй, отправлюсь домой. Если я вам не нужен, то позвольте откланяться.

— У нас с вами есть одно незаконченное дело, — произнес Маркус уже не так добродушно. — В последние пять дней мне все никак не удавалось вас поймать. Сегодня вечером вы где будете?

— У Уайта, — без колебаний ответил Себастьян.

Грейсмер сказал, что сегодня будет играть у Уайта в фараон.

Маркус кожей почувствовал, как между братом и сестрой возникло напряжение, такое густое, что его можно было потрогать руками. Он и раньше замечал, как между Давеппортами вдруг вспыхивала какая-то странная связь. Вроде бы произносились совершенно обычные слова, а они, казалось, слышали совсем другие.

— Тогда я найду вас там, — сказал Маркус.

— Я заинтригована, — вмешалась Джудит. — Что это за незаконченное дело?

— Сударыня, это вас не касается.

— Это почему же? — В ее глазах загорелись золотые огоньки. Себастьян усмехнулся и покинул их, зашагав через двор.