Черный рыцарь - Конни Мейсон

Пока она размышляла, Дрейк закончил мыться и вышел на берег.

— Я разведу костер, чтобы ты могла высушить волосы.

— Неужели тебе не холодно? — спросила Рейвен, когда он обернул вокруг нее свое одеяло.

— Нет, я привык к холоду.

За считанные минуты Дрейк набрал хвороста для костра, и вскоре на полянке заполыхал веселый огонь. Рейвен вытащила из кармана гребень и подсела поближе к огню. Она расправила волосы и неторопливо провела гребнем по длинным каштановым прядям.

Дрейк сел позади нее и притянул к себе. Потом он забрал у нее гребень и медленно стал расчесывать спутавшиеся локоны.

— У тебя прекрасные волосы, — прошептал он. — Словно тончайший шелк.

— У тебя хорошо получается, — заметила Рейвен.

— И не только это, — многозначительно сказал Дрейк. Его голос завораживал звучавшими в нем чувственными, хриплыми нотками, возбуждал. Дрейк откинул ее волосы на одну сторону и поцеловал в шею. Рейвен уже дрожала от предвкушения, а он нетерпеливо сдернул с нее одеяло и стал осыпать горячими поцелуями спину, опустившись до самых ягодиц, а потом его губы и язык проделали обратный путь вверх.

— Твоя кожа гладкая, словно атлас, и на вкус просто восхитительна. — Дрейк обхватил Рейвен, прижав к груди.

Руки заскользили от сосков ниже и вот уже накрыли ее пульсирующее лоно. Рейвен чувствовала, как его возбужденная плоть прижимается к ее ягодицам, и попыталась повернуться. Но Дрейк не дал ей сделать этого; крепко удерживая одной рукой, второй он раздвинул ее ноги. Когда умелые мужские пальцы коснулись ее возбужденной плоти, Рейвен обмякла и застонала.

— Мне нравится, когда ты стонешь от возбуждения, — прошептал Дрейк в ее волосы. — Я хочу сначала доставить тебе наслаждение руками, потом губами. И когда ты закричишь от восторга, я хочу вонзиться в твое лоно и увлечь нас обоих в рай.

Жаркая лава устремилась из ее лона при этих словах, омыв его пальцы влагой. Рейвен стонала, когда одна eго рука возбуждала ее плоть, а другая ласкала грудь. Сердце колотилось, кровь стучала в ушах. Его умелые, знающие руки довели ее до экстаза. Она вскрикнула и обмякла в его руках.

Дрейк дал ей отдохнуть несколько минут, а потом уложил на одеяло. Рейвен смотрела на него, и в ее зеленых глазах полыхала страсть. Она не представляла, что станет дальше делать с ней Дрейк, но не хотела, чтобы он останавливался. Он, казалось, не торопился, вытянувшись рядом и посвящая долгие, нежные минуты ее губам, лаская их языком, целуя их.

— Я мечтал о том, чтобы любить тебя вот так, когда томился в темнице, — прошептал Дрейк у ее губ. — Я боялся, что мне уже никогда не держать тебя в объятиях. Мне казалось, что темница станет моей могилой.

— Я верила, что ты не умрешь, — ответила Рейвен. — Ты не из тех, кто сдается. Я молилась, чтобы ты остался жив, и Господь услышат мою молитву.

Дрейк задумчиво молчал, потом, спустя несколько долгих мгновений, сказал:

— Я не имею на тебя прав, милая моя. Но если бы я мог… — Он осекся, но недосказанные им слова словно повисли между ними.

Рейвен прижала палец к его губам:

— Прошу тебя, не надо признаний. Это было бы неправильно. Достаточно уже того, что мы сейчас вместе. Наша судьба в руках Господа.

Рейвен не знала, как накажет ее Господь, но слишком хорошо помнила, что ни Бог, ни церковь не поощряли прелюбодеяния.

— Да, — согласился Дрейк. — Сейчас мы вместе. — Его мрачный тон подсказал Рейвен, что он не хочет мириться с неизбежным. Но ему придется понять, что однажды они расстанутся.

Дрейк поцеловал ее в губы, потом заскользил вниз, туда, где горячо пульсировало ее желание. Его глаза потемнели, и Рейвен вскрикнула, когда он припал губами к ее лону.

Она застонала, сжав руками голову Дрейка, пока его язык и губы творили с ней нечто невообразимое. В какое-то мгновение она вдруг подумала о том, сможет ли доставить ему такое же наслаждение и позволит ли он. Решив, что попытаться стоит, она толкнула его на спину и села на него верхом. Дрейк, казалось, удивился, но возражать не стал.

— Теперь моя очередь, — хрипло прошептала Рейвен.

Она неторопливо изучала его тело, целуя, покусывая, лаская, сводя с ума. Потом, посмотрев Дрейку в глаза, обхватила рукой его плоть и прижалась к ней губами.

Хриплый возглас вырвался из горла Дрейка, и, не успев понять, как это произошло, Рейвен уже оказалась под ним, а он глубоко вонзился в ее лоно. Ее ноги тут же обхватили его талию, а он все вонзался и вонзался в нее. Рейвен отвечала толчком на каждый толчок, забыв о холоде. Он обжигал ее своей страстью, а ее переполняла любовь к Черному рыцарю. Она услышала, как Дрейк выкрикнул ее имя, присоединившись к ней на пути к блаженству, и они вместе устремились туда, где обитают влюбленные.

* * *

Замок Черк

— Она исчезла! — закричала Ларк во всю силу своих легких.

Все в зале уставились на нее, словно она тронулась умом.

— Кто исчез, женщина? — взревел Уолдо, вставая со скамьи, когда Ларк вбежала в зал с вытаращенными от страха глазами. — Неужели мне нельзя спокойно поесть?

— Она исчезла! Ну, вы знаете. Леди Рейвен!

Уолдо схватил Ларк за плечи и как следует встряхнул.

— Успокойся. Ты, конечно, ошибаешься. Рейвен никак не может исчезнуть из своей спальни. Иди наверх и посмотри еще раз.

— Ее нет, я же говорю вам! — упорствовала Ларк, нервно заламывая руки, — Я все обыскала. Спальня пуста.

Уолдо оттолкнул Ларк и. буквально взлетел вверх по лестнице. Стражник по-прежнему стоял у двери, встревоженно и озадаченно глядя на них. Уолдо распахнул дверь и ворвался в спальню. На первый взгляд она казалось пустой, но он, конечно же, знал, что этого просто быть не может. Опустившись на колени, он посмотрел под кровать; ее там не было. Он кинулся к большому сундуку у стены, грубо выбрасывая из него одежду, не заботясь о том, что может испортить нежные шелка. Он посмотрел за занавесями, новее безрезультатно.

— Рейвен не могла испариться! — закричал он, и гнев его был страшен. Лицо потемнело от ярости, и Ларк попятилась. — Позови стражу, — приказал ей Уолдо.

Ларк повернулась и бросилась прочь. Стражник, стоявший у дверей, вошел в комнату, дрожа с головы до ног. Отвратительный нрав Уолдо был знаком каждому, и его люди старались не давать ему повода для ярости.

Уолдо гневно посмотрел на стражника:

— Блейк из Йорка, что ты можешь сказать на все это? — Я оставался на посту всю ночь, милорд. Если леди Рейвен нет в ее спальне, значит, она ушла другим путем. Она не могла выйти через эту дверь.

— Ну да, она вылетела в окно, — саркастически заметил Уолдо. — Ты один из самых преданных мне людей. Как это могло случиться?

— Я не предавал вас, — сказал Блейк, — Леди Рейвен не выходила через эту дверь.