От тебя бегу к тебе - Роберт Брындза

- Значит, сэндвичи с беконом подойдут? Вам необходимо чем-нибудь наполнить свои животики перед тем, как вы тронетесь в обратный путь, в Лондон, -сказала мама.

- Замечательно! Спасибо, миссис Лав, - поблагодарил ее Райан.

- Зовите меня просто Энни, как все друзья Натали! Завтрак будет готов через двадцать минут, - сказала мамуля и устремилась к лестнице, закрыв за собой дверь.

С минуту мы молча глядели друг на друга, а потом дружно расхохотались.

- Доброе утро! - ухмыльнулся Райан. - Здесь есть стул?

- Ага, есть один возле туалетного столика, - сказала я.

Райан вылез из постели, все еще голый, и пошел к туалетному столику. Взяв стул, он перенес его к двери и закрепил под ручкой.

- Что ты делаешь? - спросила я.

Райан вернулся назад.

- По-моему, я знаю, как нам убить двадцать минут до завтрака, - сказал он, увлекая меня на кровать.

- А если придет мама? - спросила я.

- Я гарантирую, что ты кончишь раньше, чем она придет, - ответил он, наклонившись, чтобы поцеловать меня.

У нас был действительно отличный завтрак. Все сидели за кухонным столом, болтали и уплетали вкусные сэндвичи с беконом. Райан сидел рядом со мной, прижав свою ногу к моей ноге. Бабушка наблюдала за нами с понимающей улыбкой.

Мы с неохотой собрались уезжать после половины восьмого, нагруженные несколькими киш лоренами и «Павловыми». Мама и папа вышли к машине проводить нас.

- Как вы думаете, мы вас еще увидим, Райан? - спросила мамуля.

- Мне бы очень хотелось побывать у вас гостях еще раз, миссис Лав, -ответил Райан, садясь в машину. - А почему бы вам не приехать в Лондон на премьеру «Макбета»? Вы хотели бы ее посмотреть?

Мама посмотрела на папу.

- Мы могли бы провести пару дней в столице, правда, Мартин?

- Конечно, - согласился папа. - А кормить животных мы могли бы поручить Микки и Дейву.

- Вы действительно готовы приехать в Лондон, чтобы посмотреть наш спектакль? - спросила я, слегка ошеломленная. Мама и папа одновременно кивнули. - Я куплю вам билеты, - пообещала я. - Я люблю вас!

- Мы тоже тебя любим, - сказала мама, расцеловав меня на прощанье.

Я села в машину, а она обратилась к бабуле, уже сидевшей на заднем сиденье в печальной задумчивости. - А ты теперь куда, мама? Куда ветер тебя понесет?

Бабушка пробормотала в ответ что-то неопределенное и махнула маме с папой рукой.

Когда мы выехали на автостраду, бабуля заснула на заднем сиденье.

- Я могла бы показать тебе столько всего интересного в Лондоне по возвращении, - возбужденно сказала я. - Я постоянно хожу смотреть пьесы в других театрах. Ты бы мог пойти со мной в один из вечеров?

- Ага, а потом я мог бы отвезти тебя в свой отель, и ты бы...

- Ну, все, все, хватит шутить, - перебила его я. Райан улыбнулся и поцеловал меня. - А что насчет твоего куратора? Я думала, что ты не собирался заводить отношения? - добавила я.

- А мы что - в отношениях? - спросил он.

- Я не это имела в виду... - пошла я на попятную.

Но в этот момент бабуля закашлялась и проснулась.

- Дорокая, мы не могли бы остановиться на какой-нибудь заправочной станции? Мне нужно в дамскую комнату, - сказала она.

- Конечно, ба, - кивнула я. - Через пару милей будет одна заправка.

Когда мы вышли из машины, Райан сказал, что он хочет заглянуть в магазинчик. Он крепко поцеловал меня в губы на глазах у бабушки и отчалил с ослепительной улыбкой.

В туалете бабуля не преминула расспросить меня о том, что произошло ночью. Но я рассказала ей ровно столько, сколько мне было удобно рассказать, даже несмотря на то, что она была «классной» бабушкой.

- Ох, Натали, - сказала бабуля, сложив вместе руки. - Это может быть началом красивого романа.

- Мы не в отношениях, - сказала я. - Это было просто...

- Натали, я вижу свет любви в глазах этого мальчика. По-моему, он влюбился в тебя, а ты в него!

- Но он работает в моем театре и... он лечится от алкогольной зависимости...

- Вы оба взрослые и свободные люди. Слушай свое сердце, - сказала бабуля.

Возвращаясь к машине, я попыталась осмыслить слова бабули.

Райан стоял возле распахнутой пассажирской дверцы, что-то горячо обсуждая по телефону. Когда мы вернулись, он вскинул глаза. Свет любви из них исчез. Райан пребывал в ярости. Я заметила, что он купил в магазине газету и кофе.

- Я отстегиваю Терри двадцать процентов, чтобы это дерьмо не всплывало в газетах... - говорил он. - Может быть, это ВАМ следует лучше делать свою работу... Да, я поговорю с ней. Она как раз подошла. Пока.

Он нажал кнопку отбоя и повернулся ко мне.

- Для чего была затеяна эта поездка? - огорошил он меня вопросом, метая молнии из глаз.

- Что? - спросила я.

- Я доверяюсь людям, а потом оказывается, что они просто хотят с меня поиметь...

- Райан, о чем ты? - спросила я.

В ответ он швырнул мне через крышу машины газету. Я взяла ее и покосилась на бабулю, пребывавшую в не меньшем замешательстве.

- Четвертая страница, - процедил мне сквозь зубы Райан.

Я открыла «Мейл он Санди» и увидела огромный, в целый разворот, заголовок, кричавший:

«РАЙАН - АЛКОГОЛИК! ПОЗОР!!!»

В статье в подробностях говорилось о том, что Райан Харрисон, звезда популярного подросткового сериала «Манхэттен-Бич», оказался алкоголиком, пытался лечиться, но, невзирая на обещания, данные продюсерам шоу, снова запил.

Ниже размещалась пара зернистых, но все равно разборчивых фотографий, сделанных накануне у пруда на ферме. На одной Райан шел, пошатываясь, а я его поддерживала, а на другой - самой отвратительной - он блевал в пруд.

В конце статьи говорилось, что Райан Харрисон уже получил последнее предупреждение от продюсеров «Манхэттен-Бич» и теперь почти наверняка будет уволен. Райан выставлялся в статье еще одним голливудским ловчилой, приехавшим в Лондон, чтобы засветиться в шекспировской пьесе. И в ней даже выражалось сомнение не только в его способности сыграть на театральной сцене сложный образ Макбета, но и вообще в его актерском таланте.

- Ох, Райан, мне так жаль, - сказала я.

- Да уж, конечно, жаль!

- Ты что - думаешь, это сделала я?

-А как тогда, черт возьми, они меня нашли? Ты же говорила, что эта деревня находится в центре пустоты! - попрекнул Райан следом бабулю.

- Так и есть, в центре пустоты, - заупорствовала та. - Господи, я прожила в Совертоне двадцать лет! Один автобус в день до ближайшего городка, - сказала она. тревожно глядя на нас.