Сказки серого волка - Донна Кауфман

Он опять торчит под окном. Сторожит её.

Танзи вздохнула и опустила занавеску. Откинулась на спинку кресла и постаралась сосредоточиться на колонке, сочинением которой она сейчас якобы была занята.

Однако настроиться на рабочий лад никак не удавалось.

Ну как тут соберёшься с мыслями, если он дежурит под окнами?

Танзи обвела глазами рабочий кабинет в своей уютной квартирке на Рашн-Хилл. Типичное писательское гнёздышко. Господи, как хорошо вновь оказаться дома. В своём собственней жизненном пространстве. Сидеть на своём, пусть даже слегка продавленном стуле, видеть любимые репродукции на стенах. А её собственный мини-холодильник до отказа забит тем, чем жив писатель: банками кока-колы и «сникерсами».

Да, но было и кое-что новенькое. И дело не в том, что Танзи не нравились крошечные феи, которых Миллисент выбрала в качестве рождественских украшений для её комнаты в «Большом Харри». Просто в последнее время она всей душой привязалась к фигуркам овец и барашков, чьё постоянно увеличивающееся в размерах стадо разместилось на книжных полках по соседству с её компьютером.

Это читатели, которые не иначе как заболели предпраздничной подарочной лихорадкой, присылали их ей на адрес редакции. Всё началось с мягкой игрушки, которую прислал представитель мужской половины стада. К плюшевому барашку прилагалась записка: «Вступай в наши ряды, у нас травка слаще!» Танзи ещё пошутила по этому поводу, когда принимала участие в шоу Барбары Брэдли, и тогда её аудиторию словно прорвало — читатели и почитатели прямо-таки завалили её овечками и барашками всех форм и размеров. Одни фигурки были стеклянными, другие керамическими, третьи гипсовыми, но все до единой — ужасно смешными. Одна такая овечка даже щеголяла в свадебном платье — не иначе как это и была самая последняя подружка невесты.

Однако любимцем Танзи был игрушечный койот, подаренный ей Мартином. Шеф попросил, чтобы она поставила его в середину стада. Разумеется, койот — это ещё не волк, но всякий раз, когда её взгляд задерживался на нём, Танзи улыбалась. Вернее, это раньше она улыбалась. Теперь же, глядя на миниатюрную волчью фигурку, Танзи хмурилась, и в голову лезли неприятные мысли.

Нет, не может быть, что Соул-М8 и Мартин — одно и то же лицо. И всё же Танзи была вынуждена признаться себе: после рассказа Райли она не стала обсуждать материал своей очередной колонки по телефону, а предпочла воспользоваться для этих целей электронной почтой. Мартин удивился её нежеланию говорить по телефону, но Танзи сослалась на то, что совершенно измотана предпраздничной лихорадкой. Мартин проявил понимание и посочувствовал ей. Хм-м. Тоже подозрительно. Откуда у него это понимание? И сочувствие?

Мартин анализировал её колонку, Танзи же анализировала каждое напечатанное им слово, пытаясь обнаружить в том, что он писал, некий глубинный смысл. К её великому облегчению, таковой там не обнаружился. И почему же тогда, если она так уверена в себе, почему же она не решилась встретиться с Мартином лично, как просил её Райли. Танзи вновь бросила взгляд на койота и нахмурилась. И в следующий момент села, выпрямив спину. Ведь наверняка Мартин брал в руки эту фигурку, не мог не брать, иначе как бы он её ей подарил? Так, может, стоит передать её Райли, вот тогда все окончательно и выяснится.

На душе тотчас стало легче. Теперь она может успокоиться и не считать себя последней поганкой за то, что подозревает своего наставника и шефа. Танзи вновь переключила внимание на компьютер, и тут зазвонил телефон. Танзи застыла на месте, но затем всё-таки постаралась стряхнуть оцепенение. Вряд ли это Соул-М8. С того самого вечера на балу от него не поступило ни единого послания. Кто знает, может, он наконец отстал от неё? Увлёкся кем-то ещё. В общем, ей повезло, подумала Танзи. Тем не менее она нажала кнопку определителя номера и сняла трубку.