Бурная ночь - Дебора Рэли

– Если для вас не составит большого труда, не могли бы мы с ней побеседовать?

– Если честно, я не думаю, что стоит ее беспокоить. – Мисс Гривс оглянулась через плечо и скромно понизила голос: – Видите ли, у нее довольно хрупкое здоровье и, откровенно говоря, память не та, что прежде. Допекать ее такими вопросами – только расстраивать.

Фредерик попытался изобразить сочувствие:

– Уверяю вас, что я проявлю крайнюю осторожность и сделаю все, чтобы не расстроить ее.

– Ну право, не знаю…

И снова Йен находчиво вступил в разговор, чтобы рассеять природную осторожность мисс Гривс.

– Может быть, мисс Гривс, пока мой друг будет беседовать с вашей матушкой, вы покажете мне свой сад?

Ослепив даму привычной улыбкой, Йен взял ее за руку.

– Я пробуду в Винчестере несколько дней, мне понадобятся советы женщины, подобной вам, в вопросе подыскания комнат, не кишащих блохами, а также паба, где лучше всего готовят.

Мисс Гривс заморгала, и на лице ее появилось выражение нечаянной радости. Такое выражение обычно принимало лицо любой женщины, когда Йен оказывался поблизости.

– Вы решили остановиться в Винчестере?

– Как можно не оценить столь прелестный пейзаж? – откликнулся Йен.

– О!

Фредерик деликатно откашлялся, привлекая к себе внимание.

– Ваша матушка, мисс Гривс?

– Да… я…

Не отрывая взгляда от Йена, старая дева сделала знак горничной, маячившей у подножия лестницы:

– Дженет, пожалуйста, проводи мистера…

– Смита.

– Пожалуйста, проводи мистера Смита в гостиную моей матери.

– Да, мэм.

Девица с прыщавым лицом сделала шаг вперед, и ее голубые глаза чуть не выпрыгнули из орбит при виде скучной и раздражительной хозяйки, флиртующей с незнакомцем, как обычная потаскушка.

– Сюда, сэр.

Вознаградив Йена улыбкой, Фредерик позволил провести себя по узкой лестнице и оказался в захламленной гостиной, заставленной разнокалиберными стульями, диванами и столами, почти скрытыми под ужасающего вида коллекцией фарфоровых фигурок.

– Какой-то мистер Смит хочет вас видеть, мэм, – прокаркала девица.

Старуха с пышными седыми волосами и узким лицом, изборожденным отметинами возраста, подняла глаза на Фредерика и смерила его на удивление проницательным взглядом.

В отличие от своей неудачливой дочери миссис Гривс в свое время отличалась недюжинной красотой. К тому же она была гораздо приветливее и встретила Фредерика хорошо.

– Принеси нам чаю, Дженет, – пробормотала она, откладывая шитье.

– Да. – Сделав книксен, Дженет попятилась к двери, наткнулась по дороге на стол и, опрокинув его вместе с цветком в горшке, наконец прошмыгнула за дверь.

Миссис Гривс испустила тяжелый и покорный вздох:

– Право, в наши дни так трудно найти толковых слуг.

– Надеюсь, я не слишком досаждаю вам? – мягко спросил Фредерик.

– Думаю, моя дочь вас предупредила, что у меня хрупкое здоровье и мне, по крайней мере, не следует злоупотреблять развлечениями?

Фредерик издал возглас изумления и рассмеялся:

– Она нас предупредила, что вас не следует беспокоить.

– Бедняжка – такое скучное и в то же время властное создание. И всегда такой была. Вероятно, потому и не смогла выйти замуж. Джентльмен предпочитает держать поводья в своих руках и при случае натягивать их. Я права?

– Пожалуй, иногда так бывает, – согласился Фредерик, хотя он и не всегда испытывал отвращение к одной властной особе.

– Ну, можете сесть.

Хозяйка указала Фредерику на стул у окна.

– Благодарю вас.

Глядя, как Фредерик усаживается на краешек подушки, миссис Гривс покачала головой.

– Вы кажетесь мне знакомым. Мы встречались прежде?

– Боюсь, я не имел удовольствия быть вам представленным, хотя надеюсь, что вы знавали моего старого знакомого. Хоумера Даннингтона, Кажется, он снимал у вас комнату много лет назад.

Наступило молчание, миссис Гривс копалась в памяти, а ее узловатые пальцы барабанили по подлокотнику стула. Наконец ее выцветшие глаза оживились, и в них появилось удовлетворение.

– Ах да… конечно. Он был учителем.

Фредерик испытал прилив надежды. Значит, он на верном пути.

– Да.

– Он был одним из моих первых постояльцев, – пробормотала миссис Гривс, и глаза ее затуманились воспоминаниями о давно минувших днях. – Я начала принимать постояльцев после смерти мужа. Даннингтон был очень красивым молодым джентльменом. И всегда был очень вежлив. Я жалела, когда он решил покинуть Винчестер.

– Так он снимал здесь комнаты? – продолжал наседать Фредерик.

– О да. Он прожил здесь… о… два года, возможно, чуть больше. – Она разразилась звонким смехом, и рука ее невольно поднялась поправить серебристые локоны. – Я надеялась, что он привяжется к бедной вдове, но он всегда был слишком занят своим преподаванием. Полагаю, позже он женился?

Фредерик постарался изо всех сил скрыть изумление. Неужели Даннингтон намеренно избегал внимания молодой вдовы, или он и в самом деле был настолько погружен в свои педагогические занятия?

Конечно, в те времена, когда Фредерик познакомился с этим книжником, тот явно предпочитал женщинам фолианты.

– Нет, он остался холостяком, – сообщил он любопытной даме.

В ее голубых глазах появился блеск надежды.

– И сейчас еще? И сейчас еще… гмм… холостяк?

Поняв, какое направление приняли ее мысли, Фредерик смущенно кашлянул. О Боже!

– К сожалению, несколько месяцев назад он отошел в лучший мир.

– Ах! Какая жалость! – Голубые глаза затуманились. – Конечно, в моем возрасте люди должны привыкать к мысли о том, что их друзья и знакомые уходят. – Миссис Гривс слегка пожала плечами: – Так что вы хотели узнать?

Смущенный ее манерой перескакивать с одной темы на другую без всякого перехода, Фредерик покачал головой:

– Я разыскиваю родственников мистера Даннингтона, если они у него были.

– Родственников? Гм. Должна сказать, не помню, чтобы он когда-нибудь упоминал о родственниках. И уж конечно, если они и были, никто из них не жил в Винчестере. – Ее взгляд обратился к окну. – Теперь, когда я об этом задумалась, то припоминаю, что он говорил, что родом из Суррея или из Эссекса… Во всяком случае, не думаю, что это его родные места.