Как очаровать распутника - Вики Дрейлинг

Эми вспомнила, что видела на прикроватном столике букет ромашек, и поморщилась.

— Когда я услышал, как льется вода, сразу же пришел к вам. Я не могу получить от вас то, что хочу, пока не докажу, что достоин вас.

— Уилл!

— Нет, позвольте мне закончить. Я всего-то и хотел, что посмотреть на собственную жену.

— Уилл, я скромная девушка.

Эми не могла сказать ему, что боится, — вдруг он посмотрит на нее и решит, что она непривлекательна? У нее маленькая грудь, и сама она слишком худа. Хуже всего, если он начнет сравнивать ее с теми красавицами, с которыми делил постель. Без сомнения, он уже разочарован, увидев ее нагую.

Уилл взял ее руки в свои.

— Кажется, сегодня я получил черную метку.

Эми опустила ресницы.

— Спасибо за цветы.

Он коснулся ее подбородка.

— Признаюсь вам еще кое в чем, даже рискуя получить еще одну черную метку.

Ее пульс участился. Что еще он сейчас скажет?

— Помните, как я сказал вам, что наблюдал за вами на балу у Бересфордов?

Она неуверенно ответила:

— Да.

— В этом платье с лентами вы казались такой высокой и царственной! Я представил себе, что у вас, наверное, длинные стройные ноги. — Он усмехнулся. — И оказался прав.

Взглянув ему в глаза, Эми поразилась: кажется, она ему понравилась.

— Полагаю, мне не следует говорить, что я еще себе представлял.

— Нет, теперь вы обязаны мне это сказать, — возмутилась Эми.

— Хорошо. Кажется, я уже сказал, когда вы вышли из ванны.

Эми покраснела, припомнив непристойное слово, которое он пробормотал: «рыжая»!

— Вы думаете только об этом?

Он усмехнулся.

— О чем «этом»?

— О том, чтобы заниматься любовью.

— Милая, я ведь мужчина. Вы бы пришли в ужас, если б знали, как часто мы думаем об «этом».

— Вы пытаетесь меня одурачить.

Он попытался ее обнять. Боже, он опять возбужден!

— Мы одеты, — напомнил Уилл. — На тот случай если вы захотите меня потрогать.

Эми очень нравился его запах — смесь сандалового дерева, крахмала и его самого.

— Я не знаю.

Он был слишком возбужден, да и ей, мягко говоря, было хорошо в его объятиях. Если она потеряет осторожность, он выиграет пари. Тогда прощайте ее надежды наделить их отношения нежностью!

— Будьте милы со мной, и я буду мил с вами, — сказал он.

Сопротивляться его очарованию было решительно невозможно, и он, кажется, старался.

— Сегодня вечером, — пообещала Эми. — Первое блюдо, но только одетыми.

Он одарил ее сияющей улыбкой:

— Буду считать часы.

— Кстати, о часах. Наверно, слуги уже накрыли к завтраку. Давайте сойдем вниз. Я позвоню Анне. Когда оденусь, постучу вам в дверь.

— Эми?

— Да?

— Я решительно настроен выиграть пари.

Рассмеявшись, она толкнула его в плечо.

— Идите же, а я пока оденусь.

Они вошли в сад, и Джорджетта схватила Бо за руку.

— Здесь, возле живой изгороди, есть скамья, — сказала она.

Кусты были достаточной высоты, чтобы скрыть их от зоркого взгляда матери.

Ветер ерошил его светлые волосы.

— Я удивлен, что ваша матушка смягчилась и позволила мне прогуляться с вами вдвоем, — сказал Бо.

— Папа застал меня в слезах и заявил маме, что она слишком опекает меня.

Бо нашел скамейку и сел возле Джорджетты.

— А почему вы плакали?

Она не поднимала глаз:

— Я скучаю по Эми.

— Вы видели ее всего два дня назад на свадьбе, — напомнил Бо.

— Теперь, когда она вышла замуж, все должно измениться. Так было и с Джулианой. Сейчас у нее муж и ребенок.

Он ничего не ответил.

Джорджетта знала, о чем он думает. Выйдя за него, она сравняется с подругами.

— Мы были близки точно сестры, а больше этого не будет.

— Джорджетта, мне не дает покоя одна мысль. Я ничего не говорил, потому что вопрос не самый деликатный.

— Вероятно, в таком случае вам лучше молчать.

— Но я должен знать, поскольку думаю об этом все время!

Джорджетта слегка отвернула лицо. Поля шляпки достаточно широки, и он не увидит, как она волнуется.

И тут Бо потянул ленту. Она хотела его остановить, однако он отвел ее руку. Потом снял с нее шляпку.

— Смотрите на меня, пока я буду говорить.

Джорджетта встретила его взгляд. Поразительно, какие красивые у него глаза. Но сейчас эти голубые глаза смотрели тревожно.

— Вы боитесь физической любви? — спросил Бо.

Джорджетта отвернулась.

— Вы не отличаетесь скромностью.

— Джорджетта, смотрите на меня и отвечайте правду.

Она смотрела на него и молча вздыхала. Он обхватил ладонями ее лицо.

— Я так и знал.

— Нужно быть идиоткой, чтобы оставаться бесчувственной точно колода! — в сердцах воскликнула она.

Бо тихо рассмеялся.

— Вам ведь нравится, когда я вас целую, не так ли?

— Да, — прошептала она.

— И, думаю, вам нравилось, когда я обнимал вас, хотя мы оба волновались. Это непросто, когда боишься, что тебя могут застать.

— Бо, дело не только в этом.

Он с замиранием сердца ждал, что она скажет нечто, что его обидит, а ее заставит чувствовать себя виноватой.

— Дело не в вас, — призналась Джорджетта. — Я не очень люблю перемены.

— Но так устроена жизнь, — возразил Бо. — Перемены — это может быть чудесно, если смело идти им навстречу.

— Мне двадцать два, а я боюсь взрослеть. Вот так — призналась вам, что я глупая гусыня и у меня в голове еще детство.

Бо удивился.

— Почему вам просто не сказать мне об этом раньше?

— Потому что мне было стыдно.

Бо смотрел на нее задумчиво.

— Ваши братья женились и покинули родительский дом. Две близкие подруги вышли замуж. И я прошу вас позволить мне сделать вам предложение. Похоже, все эти перемены вас слишком ошеломили.

— Да, но сейчас я чувствую себя еще хуже по сравнению с Эми. Мне-то повезло. Представить не могу, каково ей с таким мужем — человеком, которого она презирает.