Любовь и роскошь - Патриция Хэган

Дани проснулась словно от толчка. В глаза бил солнечный свет. Она сощурилась, и вдруг осознание случившегося будто кинжалом пронзило ее. Она полностью обнажена, не в своей постели. Дани села, с ужасом оглядываясь по сторонам. Где же она? Ее охватила паника – она увидела лежащего рядом мужчину! Она окончательно проснулась, и суровая действительность предстала перед ней.

Господи, ведь уже утро!

Она затрясла Дрейка:

– Дрейк, вставай! Мы уснули! О, папа убьет нас обоих!

Она выпрыгнула из кровати, неистово заметалась по комнате в поисках одежды, которой нигде не было видно. Затем вспомнила о своем ночном раздевании и выскочила из комнаты в кабинет, где оставила свои вещи.

Дрейк мгновенно проснулся и взглянул на часы.

– Черт возьми, восемь часов! Мы так долго проспали! Как мог я проявить подобную безответственность? – Он поспешно надел рубашку и направился к двери. – Я прикажу прислать экипаж…

– Нет! – воскликнула Дани. – Я поеду одна. Если папа увидит тебя, будет только хуже. Не представляю, что он сделает.

– Нет, я не отправлю тебя домой в экипаже одну как особу, которой заплатили за ночные услуги и послали прочь. Нет, мы предстанем перед ним вместе.

Он улыбнулся, хотя на самом деле ему было вовсе не до улыбок, и поцеловал кончик ее носа, а глаза Дани наполнились слезами благодарности.

– Дрейк, не нужно. Отец будет очень зол, и у меня больше шансов попытаться вразумить его, чем у тебя. Я скажу, что мы выпили слишком много вина и заснули. Ему необязательно знать обо всем, что произошло… – Она замолчала и скромно опустила ресницы – воспоминания о прекрасной ночи любви нахлынули на нее. Это был сон… чудесный сон, который она хотела вспоминать снова и снова. Что бы ни предпринял ее отец, этот сон уже никто не отнимет у нее.

Дрейк крепко сжал ее плечи и, глядя прямо в глаза, твердо сказал:

– Дани, я никогда не испытывал таких чувств ни к одной женщине. Ты мне очень нравишься. Возможно, это любовь. Возможно, нет. Время покажет. Я еще не готов жениться, но, если твой отец потребует, если захочет, чтобы я женился на тебе для того, чтобы защитить твое доброе имя, я сделаю это.

Дани замерла. Значит, он хочет быть честным, а она должна быть благодарна ему за это…

– Благодарю тебя, Дрейк, – холодно ответила она, – но я от жизни хочу гораздо большего, чем мужа, который считает, что, женившись на мне, он меня облагодетельствует.

Она рассерженно отвернулась, но Дрейк силой повернул ее к себе:

– Дани, ты не поняла…

– Отвези меня домой, если хочешь оставаться галантным кавалером, – резко перебила она, освобождаясь от объятий. – Не думаю, что сейчас подходящее время для предложения руки и сердца.

И кроме того, – добавила она, сверкнув светло-карими глазами, – я хочу, чтобы ты знал: ты ничего не должен мне. Все, что произошло прошлой ночью, произошло по обоюдному желанию. Ты не соблазнил и не обманул меня. Это было замечательно, прекрасно, и мы оба наслаждались, но это совсем не означает, что теперь мы разделяем друг к другу всепоглощающее, грандиозное чувство любви, о котором пишут поэты, которое побуждает людей заключать браки и рожать детей. Мы ничего не должны друг другу, даже если и провели вместе ночь. Ты не обязан жениться на мне, и я не должна выходить за тебя замуж!

Она помедлила, глубоко вздохнула и выпустила воздух.

– Я ясно выразилась?

– Да, ты совершенно ясно выразилась, Дани, – разозлился Дрейк. – А теперь не позволишь ли мне проявить учтивость и проводить тебя домой?

– Разумеется. – Она отвернулась, чтобы закончить свой туалет.

Дрейк выскочил из комнаты, громко хлопнув дверью и ругаясь про себя. Любая другая требовала бы обручальное кольцо, но только не Дани, рассуждающая так, словно ничего не случилось, словно она не лишилась девственности, а являлась искушенной женщиной с множеством любовников. Он был совершенно сбит с толку, ведь Дани молода и неопытна. Их могут ждать крупные неприятности. Колтрейны – высокоуважаемые люди, и недопустимо, чтобы их дочь проводила ночь с мужчиной, а они сходили с ума от беспокойства. Сейчас надо встретиться с ними и все объяснить. У него еще будет время, чтобы уладить отношения с Дани.

Неожиданно Дрейк понял, что мир вокруг него изменился: он не хотел терять Дани, потому что они и вправду могут разделить всепоглощающее, грандиозное чувство любви, о котором она говорила.

И он был готов встретить это чувство.