Притворная дама его величества - Хельга Блум

победам, не страшась ни огня, ни меча. Много земель он завоевал, много деревень утопил в крови, пока, наконец, не вернулся домой, подчинивший всех, кого хотел подчинить. Страна его стала в несколько раз больше, и король решил, что пришло время править тем, что завоевал, ибо за много миль вокруг не было никого, кто не подчинился бы его силе. Он занял свой трон и начал править. Никто не знает, правил он хорошо или плохо, известно лишь, что этот период длился недолго. Однажды на охоте с ним чуть не случилось несчастье. Впрочем, зная о дальнейших событиях, можно сказать, что несчастье все же произошло. Короля чуть не убил мальчик, заряжавший ружья для охоты. Ты бывала на охоте?

- Только когда ловила прыгучие грибы для одного зелья на третьем курсе. Было весело. Мы поймали где-то с полдюжины, а когда присели передохнуть, обнаружили, что они все сбежали из сумки, сумев как-то прогрызть в ней дырку, - рассказала я, впервые за долгое время не чувствуя боли при воспоминании о том времени, когда я и Марен были «мы». Лишь теплая улыбка и светлая печаль, какая бывает, когда вспоминаешь о чем-то хорошем, что больше никогда не повторится.

- Вынужден признать, что охота богатых аристократов отличается от того, что ты описала. О таком веселье приходится лишь мечтать. Итак, заряжать самостоятельно ружья это слишком сложная задача для людей, у которых достаточно денег, чтобы иметь слуг не только для того, чтобы кормить их с ложки, но и слуг, которые будут кормить с ложки тех слуг.

- Интересные у вас взгляды на сильных мира сего, ваше величество, - ухмыльнулась я.

- О, нет, моя дорогая Ева, это вовсе не мои взгляды. Эту историю мне рассказывала моя нянюшка, когда я был еще несмышленышем в пеленках, украшенных монограммой. Кстати, она меня так и называла, когда поблизости не крутились придворные или мои родители. Я же просто пересказываю тебе старую легенду слово в слово как услышал ее сам много лет назад.

- Похоже, у вас была неординарная няня, - едва ли в королевских семьях принято пичкать младенцев такими взглядами на систему обслуживания богачей.

- Почему была? – удивился он. – Она до сих пор есть. Живет в сторожке в дальней части парка и до сих пор считает себя моей няней. Говорит, что сложит с себя эти обязанности только когда я порадую ее следующим несмышленышем в пеленках.

Хм.. Кажется, я начинаю понимать, откуда у короля такие демократичные нравы и почему он с такой легкостью и гибкостью, насколько я успела понять несвойственной старой аристократии, отбрасывает условности и ведет себя с простой ведьмой без происхождения совершенно по-свойски.

- Не перебивай, - погрозил он мне пальцем, - иначе бедные министры не дождутся меня никогда.

- Так может вам стоит присоединиться к ним? Дорасскажете потом, - предложила я, и попыталась было зачем-то вскочить с кресла, словно я тоже ухожу с ним. Некоторые привычки слишком уж быстро становятся частью нас самих. Я уже не могу представить, что король уйдет куда-то без меня, и инстинктивно рвусь за ним.

- Нет уж, закончим сейчас. Они все равно еще целую вечность будут решать, кто первым делает доклад. Ну, честное слово, словно школьники у классной доски. Итак, я остановился на том, что мальчик-слуга заряжал ружье и едва не отшиб славному королю голову. И видимо в этой самой голове в тот момент что-то перемешалось, потому как съехал этот венценосный осел с катушек сильно.

- Тоже лексикон вашей нянюшки? – выпалила я и тут же захлопнула рот. Если буду перебивать, мы никогда не закончим, а меня первый министр потом будет пронзать взглядом, пока не пронзит окончательно.

- Да. И я же просил не перебивать. Играй со своим мешочком и не балуйся, иначе на десерт получишь лаймовый пудинг.

Ага, кажется, величество окончательно погрузился в воспоминания и вжился в образ нянюшки. Интересно, что это за женщина? Похоже, она сыграла в воспитании будущего короля не меньшую роль, чем его обожаемая матушка. Что и говорить, если даже спустя столько лет он держит ее поблизости, выделив ей домик в своих личных владениях.

- Никто не знает, что произошло в тот момент с королем, может, он осознал, что смерть подстерегает людей не только на поле боя, но и в повседневной жизни, может, он просто сошел с ума, но он изменился. Первым король казнил мальчика-слугу, обвинив в покушении на жизнь короля. А уж после этого головы летели с плеч, что твои бобы на пол, стоит только нянюшке отвернуться. Прачку он обвинил в том, что она пропитывала ядом его белье. Главного повара в попытке отравления. Мажордом, по словам короля, пытался подкрасться к нему с ножом. Камердинер хотел задушить шейным платком. Много славных людей погибло, и каждого король обвинил в покушении на свою жизнь, и каждый, по его мнению, был виновен. В конце концов, королевство опустело. Те, кого не успели казнить, бежали сами, спасая свои жизни. Последним король казнил своего собственного палача.

Вздрогнув, я пробормотала:

- Какая жуткая история. Вы уверены, что нянюшка вас любила?

- Семь дней в неделю и двадцать три часа в сутки.

- Почему двадцать три?

- Ежедневно в девять тридцать вечера она садилась писать письма и горе тому, кто отвлечет ее в этот момент. В этот час она не существовала, а, следовательно, и не могла любить, ни для кого в целом свете. А что до того, что она жуткая.. Это ты еще не слышала, что рассказывал мой учитель словесности. У него в запасе были сотни историй о страшных смертях, случившихся из-за какого-то короля, не так поставившего запятую в договоре или совершившего еще какую-нибудь ужасную вещь. Неправильная запятая приводила к неверной трактовке и какого-то бедолагу казнили вместо того чтобы помиловать, или же король собственноручно отдавал свое королевство, поскольку одна лишь запятая полностью меняла смысл мирного договора с соседней страной. А теперь, я пойду на заседание правительства, а ты сиди здесь. Чары этой комнаты настроены так, что тебя не будет видно или слышно, но если ты увидишь, что что-то пошло не так, нажми на этот рычаг. Он подаст сигнал прямо к королевскому креслу, - его величество слегка сморщил аристократический нос. – Не слишком удобно, но, как