Засранец Бэдд - Джасинда Уайлдер

эмоциональной стабильности у себя в душе, когда в кабинку напротив меня кто-то плюхнулся. Лусиан, пахнущий ресторанной кухней, верхняя половина его волос была заплетена в две косы, переходящие в одну, свисающую между лопатками, был одет в черную футболку, замаранную и испачканную кухонной ерундой. В одной руке он держал миску тушеного мяса, в другой - пинту пива.

- Привет, Лус, - всхлипнула я.

Он настороженно посмотрел в мою сторону, услышав мое шмыганье носом.

- Привет. - Он положил в рот немного тушеного мяса и принялся жевать, все еще задумчиво глядя на меня. - Уезжаешь завтра?

Я молча кивнула.

- Да.

- Ну, если говорить, по крайней мере, за пятерых из нас, мы будем скучать по тебе. Было приятно проводить все это время с тобой.

- А мне было здорово познакомиться со всеми вами. - Я взболтала пиво на дне стакана, наблюдая, как пузырьки образуются на его поверхности. - Но почему только вы пятеро?

- Ну, Баста здесь нет, и я не могу говорить за Зейна.

- Почему Зейн не будет скучать по мне?

Лусиан съел несколько кусочков тушеного мяса, прежде чем ответить.

- Я не это имел в виду.

- Тогда что ты имел в виду?

Он прожевал, проглотил и запил все это пивом.

- Может быть, он не хочет скучать по тебе.

- О. - Я допила свое пиво. - Думаешь, он... скажет что-нибудь?

Лусиан пожал плечами.

- Не знаю. Может быть да, а может и нет. - Он ткнул в тушеное мясо ложкой, прежде чем продолжить. - Но, во всяком случае, тебе лучше поговорить об этом с ним, не со мной.

- Все не так просто, - сказала я.

Лусиан снова пожал плечами.

- Обычно именно все так просто. - Наконец он встретился со мной взглядом, его глаза были темными, напряженными и нечитаемыми. - Просто и легко - это не одно и то же.

В этот момент Зейн скользнул на стул рядом со мной, протянул руку и схватил миску Лусиана с тушеным мясом, в три укуса съел половину, а затем запил все добротным глотком его пива.

- Ты утомляешь ее своей мистической чушью, Лус?

Лусиан только насмешливо приподнял бровь.

- Пожалуйста, угощайся. - Он забрал свое блюдо и пиво и продолжил есть, как ни в чем не бывало, затем посмотрел на брата. - Что еще за мистическая чушь?

- Твои скупо сформулированные крупицы мудрости.

- Вряд ли это мистическая чепуха.

Зейн рассмеялся.

- На самом деле это так.

Лусиан только покачал головой и молча начал опять есть.

Я нашла руку Зейна под столом и переплела свои пальцы с его.

- Никакой мистики, просто…

- Лусиан был Лусианом? - Подсказал Зейн. - Разбив все, что ты представляла и что знала о жизни, всего лишь дюжиной слов, а то и меньше?

Я склонила голову набок.

- Вроде того.

- Я убежден, что он древний восточный мистик, замаскированный в тело угрюмого подростка, - сказал Зейн. - Это единственное возможное объяснение, откуда он знает половину того дерьма, о котором говорит.

- Я наблюдаю, слушаю и задаю вопросы. Обращаю внимание. Читаю. - Лусиан доел тушеное мясо и запил пивом. - Это не мистика, это называется быть внимательным наблюдателем человеческой природы.

- Ага, как скажешь, Конфуций. - Зейн откинулся на спинку стула и обнял меня. - Возвращайся на кухню, бездельник.

Лусиан снова покачал головой, но с легкой и искренней усмешкой на губах, а затем парировал:

- Разве не ты должен быть за стойкой?

- Броку наскучило быть одному наверху, и он спустился, чтобы сменить меня.

Лусиан только кивнул и пошел обратно на кухню, насвистывая тему Кунг-Фу.

Зейн посмотрел на него, а потом улыбнулся мне.

- Этот парень что-то с чем-то.

- Сколько ему лет? - спросила я.

- Девятнадцать, почти двадцать.

- Но он совершенно уже не ребенок, да?

Зейн кивнул.

- Да, ты права. Но такое чувство, что он им никогда и не был. Даже когда Лус был маленьким, то был тихим до безумия. Он не говорил до тех пор, пока ему не исполнилось больше двух лет, и начал говорить полными предложениями. Мама думала, что у него могут быть проблемы с развитием, но доктор сказал, что физически и ментально он способен говорить, и развивается нормально, и что он просто... не хочет говорить по какой-то причине.

- Да. Что ж, он просто мудрый молодой человек.

Зейн рассмеялся и кивнул.

- С этим, черт возьми, не поспоришь. Ты забываешь, что он сидит рядом, ты разговариваешь с кем-либо или что-то типа того, а затем он просто выпаливает предложение или два, которые так... проницательны, как по мне, что заставляет всех восхищаться: "Ха, а он прав. Будь я проклят".

Я прислонилась к плечу Зейна.

- Хочешь, эм, пойти наверх? В центр города? Или чего-нибудь еще?

Он посмотрел на меня.

- Напомни еще раз, во сколько твой рейс?

Я сморгнула какую-то странную, горячую, соленую влагу, которая собиралась в уголках глаз. Не знаю, что это было, но мне это не очень понравилось.

- Завтра в десять утра.

- Эта неделя пролетела слишком быстро, не так ли?- Его рука, обхватившая меня за плечи, напряглась. - Я просто хочу побыть с тобой в постели еще одну ночь, что скажешь, детка?

Я молча кивнула.

- С удовольствием.

Он переплел свои пальцы с моими, повернулся вбок и встал, а затем потянулся, чтобы поднять меня. Без особых усилий он понес меня на руках к лестнице, ведущей в квартиру, остановившись, чтобы я открыла дверь. Прежде чем подняться по лестнице, мужчина поцеловал меня.

Прямо там, на виду у всего переполненного бара, раздался хор из волчьего воя и кошачьих мяуканий от его братьев и нескольких постоянных завсегдатаев бара. Я рассмеялась во время поцелуя, не в силах сдержать улыбку, которая расползалась на моих губах, несмотря меланхоличное настроение.

Позже мы оказались в его комнате.

На его кровати.

Одежда слетела с нас, и он навис надо мной, целуя меня до удушья, до бесчувствия, до полного слез забытья. Он отстранился, проведя большим пальцем у меня под глазами.

- Эй, не нужно, - пробормотал он.

Попроси меня остаться, попроси меня остаться, попроси меня остаться... мольба вертелась у меня в голове, но не сорвалась с губ. Я не стала бы умолять сама, не могла.

- Это