Жена напрокат - Надежда Мельникова

Опершись рукой о дверь, снова улыбаюсь.

— Значит, всё же пойдёшь за меня?

— А куда я денусь? Деньги-то не пахнут.

Мне не нравится, что мы треплемся через дверь. Но внутри горячо оттого, что она болтает со мной как ни в чём не бывало. Она такая отходчивая.

— А брачная ночь будет?

— А то как же? У меня — на кровати, у вас — на полу. Всё как обычно.

Рассмеявшись, снова бью рукой по двери.

— Открой.

— Нет.

— Почему?

— Потому что жених не должен видеть платье невесты до свадьбы.

— Кстати, ты его в телефоне выбираешь, что ли?

— Нет, конечно, ещё не хватало глаза портить — надо же тщательно все мелочи рассмотреть. Я роюсь в вашем компьютере, Герман Игоревич. Как же иначе-то? Выбор платья — это вам не хухры-мухры!

Встрепенувшись, снова стучу в дверь.

— Ты давай это заканчивай, Анна. Это личные вещи, вообще-то.

— У вас тут такие фильмы в секретной папочке, Герман Игоревич, у меня даже ногти на пальцах ног покраснели. Это ж надо! Они там такое творят.

— Аня!

— Что Аня?! Это вам должно быть стыдно, а не мне. Но знаете, что меня реально порадовало? Что всё стандартно. Без аномалий и вывертов. Бывает, вот такое откроешь, а там тётки восьмидесяти лет или вообще, прости господи, мужики с собаками, у вас же всё по старинке. Молодые красивые девушки и крепкие красивые парни с большими...

— Аня! — не могу перестать смеяться. — Ну откуда ты такая взялась?!

— Из вашей приёмной. К слову, вы же понимаете, босс, что я вас пущу только после церемонии. То бишь сидеть под дверью придётся до завтрашнего утра. Жених и невеста не должны ночевать в одной комнате.

Опять оборачиваюсь. По-прежнему никого нет.

— То есть мне идти искать себе другую ночлежку? А ничего, что мои вещи внутри комнаты?

— Так вы езжайте с Сабиной выбирать костюм, она же обещала помочь. Или вы в трениках собрались на мне жениться? Я понимаю, что брак фиктивный, но не до такой же степени. Я вам «да» не скажу, если вы будете стоять рядом со мной в штанах с лампасами.

Опять ржу. Чудо какое-то. Никуда я с Сабиной не поеду, не хочу. Но Ане я об этом не скажу, пусть помучается.

— Поеду, конечно, как же иначе. У неё отличный вкус.

Пауза. Улыбаюсь. Уверен, сейчас она скажет какую-нибудь гадость.

— Это точно. Вон какого Гавриила урвала. Красавчик.

Ухмыляюсь. Развернувшись, опираюсь о дверь затылком. Впервые за долгое время меня это не цепляет.

— Ты точно уверена, действительно хочешь, чтобы я ушел?

— Абсолютно.

— И мы не должны видеться до свадьбы?

— Точно.

— А как же шашлыки?

— Я буду худеть к церемонии.

— Супер.

Опять тишина. Как же надоело разговаривать через дверь.

— У вас какое-то странно приподнятое настроение, босс. Мы расстались на довольно грустной ноте, а вы как будто счастливы. Сабина нашла машину времени, сохранила свою невинность и подарила её вам?

Усмехаюсь и, громко вздохнув, отвечаю ей:

— Очень смешно. Аня, ну очень. Я тебя не по назначению использую в нашем офисе. Нам бы комедийный уголок.

— Спокойной ночи, босс, встретимся завтра у алтаря.

— Давай, Нюрася, одиннадцать утра. Самое время лечь спать.

— Не понимаю вашего ёрничества. Невесте надо хорошо выспаться перед завтрашним трудным днем. А ещё…

Я почти что ухожу искать себе комнату, когда она меня окликает:

— Не могли бы вы сделать так, чтобы свидетелями были ваши друзья Дубовские? Они мне очень симпатичны, Герман Игоревич.

— О как, — удивившись, качаю головой. — Ещё какие-то указания будут?

— Эм-м. Думаю, я всё же поем шашлыков.

На это я уже не отвечаю. Под ногами скрипят ступени, и я планирую дать соответствующие указания повару. Внутри как-то странно. Как будто я грущу, что не увижу свою капельку безумную фиктивную невесту до завтра.

Глава 49

День моей свадьбы. Фиктивной, не настоящей, но всё равно радостно на душе. Я стою перед зеркалом. Любуюсь собой. Платье село идеально. Хочется плакать. Это так трогательно. Я первый раз в жизни выхожу замуж. Жаль, мама не видит меня. Хотя о чём переживать? Это ведь театральная постановка, и впереди меня ждёт развод. А тритону предстоит счастье с Сабиной и их общими детьми. Так или иначе, волнительно.

Платье без украшений и лишних изысков, но при этом длинное и шикарное, в пол, с открытыми плечами и разрезом сбоку до самого бедра. Кажется, мне идёт.

Раздаётся стук в дверь.

— Анюта, это Ксюша, открой.

— Ксюша?

— Да, Ксюша Дубовская.

Подобрав юбки, бегу к двери. Я рада, что Герман исполнил моё желание и они приехали.

— Ой, какая ты красивая, — восхищается мной Ксения и тут же обнимает.

Я краснею и, несмотря на свободный фасон её платья, ненароком замечаю округлившийся животик Дубовской. Похоже, она беременна. Это замечательно. Я очень за неё рада. Я практически не знаю эту девушку, но прониклась ею. Мне она кажется настоящей.

— Света, айда сюда, — машет Ксения кому-то в коридоре.

В комнату тут же заходит ещё одна девушка с кучей разных чемоданов.

— Платье платьем, а вот прическу и макияж никто не отменял, — подмигивает мне Ксю.

— Ой, я об этом вообще забыла, — в ужасе хватаюсь за голову. Действительно?! Как я планировала пойти на свадьбу нечёсаной?

Эта Света оказывается очень напористой. Уже через секунду я сижу с намазанным чем-то лицом и мокрыми волосами. Чтобы уберечь моё платье, она накрывает меня накидкой жизнерадостного розового оттенка.

— Как ты? Волнуешься? — садится напротив Ксюша, непроизвольно кладёт руки на живот, гладит. — Любишь его?

— Обожаю. Вот я люблю молочные коктейли, пирожное картошка и Германа Игоревича, так вот последнего даже больше, чем картошку.

Ксюша смеётся и хитро на меня поглядывает. Вот угораздило меня назвать тритона по имени-отчеству. Спалилась, как пить дать.

Ксюша прямо светится. Я даже капельку завидую, сразу видно, что в её жизни живёт взаимная любовь.

— Это хорошо, — смотрит на меня внимательно, словно заглядывает в самую суть, а я смущаюсь и перебираю ткань парикмахерской пелерины. — У нас с Максимом тоже был фиктивный брак. А теперь вот, —