Студентка в наказание - Анна Викторовна Батлук

– Но я пила только шампанское…

– Ну как же, а ты не помнишь, как регулярно Альф угощал тебя кофе? А Марк постоянно покупал глинтвейн, чтобы тебе было приятно ехать домой не за рулем?

– Как, вы и моего водителя подкупили? – я застонала и схватилась за голову.

– Ты даже не представляешь, на какие подлости люди способны, если эти самые подлости хорошо оплачиваются. А истинного назначения вдобавок ни водитель, ни фотограф не знали, я говорила, что у тебя просто волосы вылезут.

– А в ресторане Зангирада? Ты что-то добавила в шампанское?

– Нет, – Лиззи махнула рукой, – я просто знала, что от алкоголя и при негативных эмоциях первое время после обретения магии возможен выброс силы. Так что надеялась, что ты разнесешь ресторан в клочья или на меня опять нападешь. Но все испортила твоя дурацкая подружка!

– Сумасшедшая, – я покачала головой, – ты вообще в курсе, что эта магия влияет на здоровье? Мы можем умереть в любой момент.

– Да ты должна была еще месяц назад сдохнуть, когда я ресторан под землю отправила! – закричала Лиззи, вскакивая со стула. – Как? Как ты выжила? Меня чуть не поймали, а ты все равно живая и невредимая! Дрянь!

За спиной Лиззи вдруг появилась Ольги, которая в своей мягкой обуви передвигалась практически бесшумно. Я гостью заметила сразу, а Лизавета обернулась, только когда помощница аккуратно коснулась ее локтя.

– Прошу прощения, Лиззи, дорогая, приехал ваш отец, привез вам новые наряды.

Я думала, что моя бывшая подруга возмутится такому фамильярному обращению, но она вдруг глупо улыбнулась и принялась медленно, с усилием моргать. Ольги явно прибегала к гипнозу.

– Наряды? Папочка знает, что я люблю.

– Пойдем посмотрим?

– Но здесь же…

– Когда мы вернемся, она все еще будет здесь, и вы сможете увидеть, как она умирает от зависти.

«В прямом смысле этого слова», – мрачно подумала я. Иллюзий насчет своего пребывания в клетке не питала, особенно после того, как Лизавета рассказала мне столько всего о том, что их семья натворила. Нужно искать выход, но как? Я испуганно озиралась, но эта комната просто раздражала своей стерильностью – кроме стула напротив клетки – ничего, что я могла бы использовать как оружие.

Дверь хлопнула, и я мигом заставила стул переместиться под один из дальних столов, чтобы он был не так заметен. Отдавать свою жизнь вот так запросто я не собиралась – надеялась хоть какие-то повреждения убийце перед смертью нанести. Хотя бы стулом по голове, но ударю.

Когда передо мной появился Дром Контас, я уже находилась в полуобморочном состоянии. Добрый дядечка, коллега отца, который в детстве держал меня на коленях и гладил по голове, уважаемый министр остановился перед клеткой и устало посмотрел прямо мне в глаза.

– Ляля, как же так вышло?

Вопрос, может быть, был риторический, но я на него ответила.

– Это вы объясните. Зачем вы меня похитили?

Министр поморщился.

– Это не я, это Лиззи. Как только мне доложили, я тут же сорвался и приехал. Мне шумиха не нужна.

– А что вам нужно, мсье Контас? Мой отец доверяет вам.

– Твой отец пытается испортить мои планы, Ляля. Хотя я просил его помощи. И сейчас, и десять лет назад, когда предложил Чиррасу финансировать изыскания одного перспективного ученого. Ведь не только моя Лиззи родилась с минимальным потенциалом, ты тоже оказалась не одаренной, так что нужно было это не только мне! Но твой отец сказал, что ты проживешь и без магии, а все эти вмешательства в естественный ход вещей ни к чему хорошему не приведут.

– Так вы до сих пор злитесь на него? – растерялась я. – Из-за этого и впутали меня в свои махинации? Десять лет прошло…

– Нет, просто твой отец слишком многое понял, когда я начал продвигать закон. Понял, что эксперименты удались, несмотря на то, что запрещены.

– И вы решили, что если я обрету магию, то отец не сможет призвать вас к ответу? Получится же, что дочь Чирраса Тирроса влезла в эти самые эксперименты, а то и сам отец ее в них втянул.

– Именно так, – Дром улыбнулся. – И, как видишь, я был прав – Чиррас даже к целителям тебя не отвел, спрятал в Академии.

Я потрясла головой, пытаясь привести мысли в порядок.

– А убить вы меня зачем пытались?

– Мне это ни к чему.

– Но кто тогда?

– Лизавета. Она… э-э-э… немного не в ладу со своими нервами и желаниями. Но ничего, это просто первое время после обретения магии.

– Она же земляной маг, а на меня была направлена огневая атака, – говорить о том, что удар пришелся на Лиссу, я не стала.

Министр досадливо поморщился, немного подумал, но признался:

– При желании найти исполнителя не проблема. Да, после я разозлился на дочь и ограничил ей денежные средства, но это только привело к тому, что она решила пользоваться своими силами. Уж это я никак не мог ей запретить.

А я, даже не будучи целителем, вдруг отлично поняла причину ненормального поведения младшей Контас. У меня повреждения пришлись на сердце, а у нее, значит, на голову.

– Вы вообще в курсе, что обретение магии сильно подорвало мое здоровье и здоровье Лиззи?

– Не может быть, – отмахнулся министр. – Лизавету регулярно проверяют.

Значит, все-таки психика пострадала, а формально моя бывшая подруга здорова. Стало по-настоящему страшно – Дром Контас искренне не понимает, какие страшные изменения претерпевает его дочь.

– Ты не представляешь, сколько денег и сил я потратил на то, чтобы исследования Кряхса пригодились, но были безопасны для испытуемых. У меня единственная дочь, и убивать ее своими руками я не собираюсь.

– Но вы это делаете!

Министр поморщился, взглянул на часы и довольно улыбнулся. По-видимому, подошло назначенное время, потому что в комнату зашел плюгавенького вида мужчина в белом халате. Он был ниже министра, и тот возвышался над ним, как огромный тюлень. От ненависти, от безысходности я ощутила противную тошноту.

– Я пришел, чтобы попрощаться, Ляля. Мне пора идти, так что оставляю тебя пообщаться с мсье Кус. Он как раз является автором новой, усовершенствованной методики Кряхса, так что можешь считать его своим вторым отцом.

– И о чем мы будем общаться? – с подозрением уточнила я.

– Мсье Кус проведет диагностику, возьмет образцы крови, а затем усыпит. Смерть тебе предстоит безболезненная, надеюсь, что приятная.

Мсье Кус подобострастно закивал, едва сдерживая