Хакни меня - Оксана Алексеева

Мне повезло – отвечать не пришлось, поскольку весь коллектив уже заново собирался за столиками и требовал очередной алкогольной дозаправки. Пришлось идти на места и нам. Глеб по пути предложил:

– Можешь сказать тост и окончательно втечь в эту толпу.

– Я? – меня предложение даже испугало. – Но что я скажу?

– Например, просто поздравь всех с наступающим. Но не говори, что мы встречаемся, я сам скажу следующим тостом. Меня раздражают ребята, которые все еще терпеливо ждут, когда тебя снова можно будет окружить. А я смогу сказать так, чтобы у них глаза внутрь завернулись.

– Встречаемся? Нет, подожди. – Я придержала его, чтобы договорить: – Я согласилась снова с тобой общаться и дать шанс перевоспитаться, даже готова поменять последовательность в алгоритме. Но встречаться… Неужели ты всерьез думал, что я соглашусь встречаться с типом, который еще не начинал эволюционировать в правильном направлении?

Глеб даже глазом не моргнул:

– Нет, конечно. Но тупым людишкам невозможно объяснить такую сложную логику. Я выбрал слово, которое максимально приближено к их пониманию.

Подумала и признала:

– Звучит логично. Как-то даже слишком логично. Опять манипулируешь мною, да?

– Как будто ты оставляешь другие варианты…

Я не могла не улыбнуться ему в спину. Но для продолжения этой прекрасной ругани времени не осталось.

Не думала, что на такое решусь, но все же встала и подняла бокал. Меня тошнило от ощущения, что нахожусь в центре общего внимания, но надо ведь и к подобному привыкать, если уже через год я собираюсь занять место начальницы отдела. Голос мой дрожал от волнения, но я справилась – помогло и то, что все слушали внимательно и с подбадривающими улыбками.

– Поздравляю всех с наступающим Новым годом! Желаю, чтобы в нем не было таких же неприятностей, как в этом. Кстати, а вы знали, что Глебарисыч сразу не собирался запускать новую программу, он просто дорабатывал старую? А вам наплел, чтобы выжать из вас все соки!

Глеб прижал бокал ко лбу и прошептал:

– Да-а… тебя в нашем дружном коллективе очень не хватало…

Первая сообразила Жанна:

– Серьезно? А мы ведь рекорд побили по количеству идей!

– О да, – самодовольно подпел Сергей Сергеевич. – А именно, двадцать две, десять из которых точно можно делать основой для новых проектов! Какие же мы с вами все молодцы!

– Десять новых ходовых вариантов? – мужчина с дальнего места воскликнул восторженно. – За месяц?! Ребят, да вы гении! Это ж сколько вы нам в отдел продвижения работы на следующий год подкинули! Глеб Борисович, как бы вам штат не пришлось расширять.

Они все радостно загудели и начали поздравлять друг друга – мол, кризис стал не концом, а прыжком вверх. Но потом кто-то вспомнил обо мне, шикнул, и все снова замолчали, как если бы ждали продолжения тоста. И мне пришлось говорить:

– Ребят, вы безнадежны. Стадо баранов, ей-богу! Плететесь за своим пастухом, что бы он ни вытворял. Хотя отчасти я с вами согласна, и плевать, что у него вместо пупка зарядное устройство. Зато когда я вижу его работу, у меня пальцы на ногах в обратную сторону закручиваются. Ах да, забыла сказать – мы теперь с Глебарисычем встречаемся. С Новым годом, конец выступления.

Евгения завизжала, как будто в какого-то барана уже и ножом прилетело, захлопала в ладоши. Глеб, едва подавляя смех, отставил бокал и тоже встал. Повернулся ко мне и сообщил:

– Почти идеальный тост – сделала в точности, как я говорил не делать. Напомни потом, что тебе еще навык публичных выступлений надо прокачать. – Он обвел взглядом столики и добавил громче: – Да, все действительно так, я эту занозу уже вряд ли вытащу из собственного мягкого места и отдам кому-то еще. Вы знаете, я вас семьей считаю, потому рад разделить и эту радость.

Они, конечно же, завопили поздравления, а Глеб притянул меня к себе и поцеловал в губы. Да так поцеловал, что кто-то из убогих даже начал «Горько!» выкрикивать. Зато у меня весь запал иссяк, все силы из моего тела в его перетекли – и больше ничего не хотелось добавлять. Да и убавлять не хотелось.

Мы ехали в такси до моего подъезда и целовались на заднем сиденье без остановки. Меня уже и водитель не смущал. Хотя когда я про него вспоминала, то пыталась отодвинуться и о чем-то спросить. Но всякий раз Глеб останавливал:

– Лада, только сейчас колючки не выпускай, я очень прошу. Не сейчас.

А у меня их будто и не осталось. Я тоже только целоваться и хотела.

Не знаю почему, но к себе я его в тот вечер не позвала. Мне отчаянно хотелось, чтобы он сам напросился, чтобы точно так же не позволял мне думать и в очередной раз все за всех решил. Но Глеб почему-то не настаивал и, высадив меня, просто поехал дальше.

Непонятного счастья во мне накопилось столько, что я места себе не находила. Как так получилось, что я раньше и не знала о таком восторженном настроении? Плевать на недостатки Глеба и его слишком зашкаливающую общительность – со временем я научу его, как вести себя по-человечески. Но пока я чувствовала себя совершенно хакнутой, да и в нем рассмотрела точно такую же болезнь. И была счастлива проболтать с ним по телефону почти до утра: он позвонил, когда добрался до дома. Не помню даже, какую именно чушь мы обсуждали, просто валили все подряд, что в голову придет. Большая часть времени ушла у нас на то, чтобы я научилась говорить «Глеб» вместо «Глебарисыча». Дурак он, конечно, я давно это умела, но какое же наслаждение – выводить его из себя. Вообще-то, я бы посоветовала каждому человеку найти себе кого-нибудь, с кем можно обсуждать любой бред по телефону несколько часов подряд. Вряд ли глупые люди сами об этом додумались, а я пока не готова этим тайным знанием делиться.

Глава 22. Новый год – новая жизнь

Мы перенесли общение в интернет и телефонные разговоры. И – внезапно! – именно тогда начали лучше друг друга понимать. Я ведь сразу догадывалась, что где-то там кроется разгадка всех противоречий, но теперь к этому осознанию пришел и Глеб.

– Лада, а стихи ты любишь? У меня в последнее время такое настроение, что невозможно хочется все