Игра в прятки - Рут Лесс

Пока ребята отсутствовали, я убрала всю лишнюю одежду, как могла очистила раны и подготовила место для будущей операции. А потом мне, наконец, принесли инструменты, и началась работа. Я накачала Алекса, как могла, и вколола максимальное количество анестетика в область раны, но он все равно постоянно просыпался. Но не кричал и не дергался, только сжимал кулаки и периодически скрипел зубами.

— Лиен, — позвала я. Чон как будто караулил у дверей, потому что появился уже через секунду. — Найди что-нибудь, что можно закусить, а то он себе зубы сотрет.

— Да, дружище, где хранится твой красный кляп? Тащи его сюда, кажется, у Агаты появилась какая-то очень интересная идея, — Алекс попытался сказать это веселым голосом, но все равно был слышен заметный надрыв.

— Я бы на твоем месте сейчас не шутила. У Лиена наконец-то появился законный повод тебя заткнуть. Смотри, как бы он этот кляп суперклеем не намазал.

— Вот по этому поводу я точно не переживаю. Он не сможет жить, не слыша мой голос.

В итоге настоящего кляпа у Киры не нашлось, но Алексу все же пришлось замолчать. А я, помимо прочего, надежно зафиксировала ногу и регулярно обрабатывала поверхность лидокаином, ухудшая себе видимость. Но это лучше, чем наблюдать, как он вздрагивает, сжимая мышцы.

Пулю пришлось нащупывать пальцами, а чтобы вытащить, делать внушительный разрез. Я, наконец, поняла, почему рана не сквозная. Пуля внутри разорвалась в жуткий свинцовый цветок, и вытащить ее можно было только вместе с куском мышцы. Но я потратила несколько часов, отделяя ее от тканей. А затем я очищала все от сгустков крови, посторонних волокон, омертвевшей ткани, и сшивала. Сшивала и еще раз сшивала. Мышцы, сухожилия. Даже вену умудрилась подлатать, используя медицинские инструменты напополам с маникюрными и косметическими приспособлениями Киры, наспех прокипяченными в обычной кастрюле.

Без понятия, сколько именно все это заняло времени. Когда я вышла из гостиной, которая внезапно превратилась в операционную, было уже темно. Александр, накаченный снотворным под завязку, отключился, и даже не вздрогнул, когда я наносила аккуратные мелкие стежки на его предплечье, которое тоже задело пулей, но действительно не серьезно.

— Как Алекс? — встретил меня вопросом Лиен, когда я вышла из комнаты.

— Жить будет, но восстанавливаться придется месяц, — сказала я, а увидев, как Чон скривился, добавила. — Не меньше двух недель! Этот период нежелательно напрягать ногу. Пуля прошла со смещением, а он еще и бегать при этом умудрился. Мышца превратилась в фарш! Я собрала все, что смогла, но он не может сейчас встать и побежать! Повезло, что это латеральная мышца бедра — хотя бы артерии не задеты. Но все равно…

— Эмбер, успокойся, я не предъявляю тебе претензии, а думаю, что делать дальше, — перебил он меня. — В отель возвращаться нельзя. Это однозначно. Нужно на какое-то время залечь на дно. Причем дно это должно быть очень глубоким. И смена паспортов здесь не поможет. Если нас вычислили по одним поддельным документам, то могут вычислить и по другим.

— Ну так снимите домик где-то в глуши. Поверь, бабушка, которая его сдает, не будет заносить ваши данные ни в какие базы. Она даже договор не составит, — внесла предложение Кира.

— Поможешь? — я посмотрела на нее умоляющими глазами.

— Куда ж я денусь, — вздохнула она. — Главное, чтобы вы этих нехороших личностей ко мне не привели. Вот как знала, что с Саней связываться себе дороже!

— Кстати! Что с машиной? Она осталась возле дома, а внутри внушительное пятно крови. Она же сейчас вместо маяка работает.

— Я уже разобрался. Почистил и отогнал. Когда Алекса можно будет перевозить?

— Хорошо бы пару дней полежать, чтобы исключить заражение, — я бросила еще один взгляд на Киру.

— Да что уж там, — махнула она рукой. — Но только пару дней. Мне не нужны проблемы. И в течение этих самых пары дней никто никуда не выходит. Вас снова какие-то гопники заметят, проследят до моего дома, а потом как придут ко мне, как попросят закурить.

— Тебя я точно одну не отпущу! — сказал Лиен, а Кира уже набрала в грудь побольше воздуха, намереваясь разразиться гневной тирадой.

— Ладно, вы тут поспорьте еще немного, а я спать пойду.

Не дожидаясь их реакции, я снова ушла в гостиную и закрыла дверь. Как же повезло, что это была изолированная комната. Глаза и правда слипались. Впрочем, полноценный сон мне не грозил. Александр только после операции, а мониторов, которые могут предупредить меня об изменениях в его состоянии, под рукой нет. Я рассчитывала на краткий и постоянно прерывающийся сон. Пододвинув кресло к дивану, я закрыла глаза всего на секунду, но в итоге заснула на весь остаток ночи.

***

Все же нужно было попросить о помощи Лиена или Киру. На что я надеялась? Что спокойно отдежурю ночь после того, как провела операцию в полевых условиях? А самое ужасное, когда я открыла глаза, Александра не было на том месте, где он должен был находиться!

Паника не развивалась из неясного зарождающегося чувства. Она нахлынула сразу, снеся всю логику одной большой, разрушающей волной. Я поднялась так быстро, что в глазах потемнело, а затем бросилась на выход из комнаты, пытаясь отыскать Александра. И почти столкнулась с ним, как только вышла в коридор.

Он застыл, оглядывая мою растрепанную персону с ног до головы. Сам он стоял на одной ноге, опираясь на швабру.

— Называй меня мистер Пропер, — фыркнул он, заметив, куда направлен мой взгляд.

— Ты совсем придурок?

— И тебе доброе утро, янтарик.

— Вот ответь мне — какая настолько важная цель заставила тебя встать почти сразу же после операции?

— У самурая нет цели — только путь!

— Я не разрешала тебе подниматься! — паника постепенно сменялась злостью.

— Ну так и я тебе вставать не разрешал, но ты почему-то подскочила и чуть не сбила меня с ног. Даже хуже — с моей единственной ноги!

— Я тебе сейчас вторую покромсаю, и тогда ты точно с кровати не встанешь! — ответила я, пытаясь помочь ему дойти обратно на его законное место. Но он в моей помощи явно не нуждался.

— Маньячка, — хмыкнул Райнер. — Если ты хотела оставить меня в постели, то выбрала неверный способ.

Покачав головой, я проверила рану и нашла ее достаточно удовлетворительной. Боялась, что этот самурай порвал все швы, но нет. Видимо, он и правда вообще не задействовал левую ногу. Я сделала перевязку и, еще раз строго посмотрев на Алекса, ушла, чтобы хоть немного привести себя в порядок и стать похожей на человека.

Стоя под теплыми струями в ванной, которая принадлежала Кире, пользуясь гелем для душа и шампунем Киры, а затем вытираясь полотенцем, хозяйкой которой являлась все та же персона, я думала о том, что теперь у меня вообще ничего своего нет. Та одежда, которая осталась в отеле, недосягаема. А наряд, в котором я была вчера, постеснялись бы носить даже бомжи.