Единственная для Сурового - Алиса Франц

– Знаю, Настя. К тому же зная тебя, могу предположить, что новость тебя расстроит. Поэтому я не хотел говорить.

– Не томи! – попросила Настя.

– У меня есть новости о твоей сестре, Дарье.

– Даша? Ты же говорил, что приказал ей покинуть город навсегда.

– Говорил, – жёстко усмехнулся Суровый. – Именно так она и сделала. Позднее Даша отправилась отдыхать в Турцию на те деньги, что получила, выдав тебя моим врагам.

– С ней что-то приключилось? Нехорошее? – Настя побледнела.

– Именно так. Даша попала в аварию. Сейчас она находится в больнице, в достаточно тяжёлом состоянии.

Слова Сурового причинили боль. В сердце резко и сильно закололо, я почувствовала головокружение и слабость в ногах. Хорошо, что я уже сидела, потому что комната словно начала вращаться вокруг меня. Я ощутила, как почти не могу дышать, как будто мои лёгкие резко сжались и больше не хотели работать в полную силу.

– Даша попала в аварию? Ты уверен, что это она?

– Уверен, – твёрдым голосом ответил Суровый.

Даша была моей двоюродной сестрой. Я всегда считала, что у нас хорошие, крепкие дружеские отношения, пока не повстречала Сурового. Тогда Дашу словно подменили. Она начала завидовать, что я отхватила такого роскошного мужчину. Даша завидовала даже тогда, когда, по правде говоря, и завидовать было нечему. В начале у нас с Суровым были очень сложные, натянутые отношения.

Позднее Даша показала, как сильная зависть и жадность способны помутить разум человека. Она продала сведения обо мне врагам Сурового. Её поступок обернулся множеством неприятностей и испытаний, не только для меня и ребёнка, но и для Сурового.

Я не могла простить ей такой подлости. Но сейчас, когда услышала слова Сурового о том, что сестре плохо, я выбросила из головы все обиды и дурные мысли.

– Как это случилось?

На глаза навернулись слёзы и губы предательски сильно задрожали. Мне пришлось прикусить губу, чтобы не разрыдаться в голос.

– Даша не справилась управлением автомобилем и попала в аварию. У неё большие проблемы со здоровьем и неприятности.

– Что?!

Тело задрожало мелкой дрожью, я пыталась уложить услышанное в голове. Даша предала меня, но она была самым близким родным человеком!

– Какие ещё неприятности?

– Твоя сестра взяла спортивную машину напрокат. Довольно дорогостоящую. Теперь ей предстоит возместить убытки. У неё нет таких денег и, по правде говоря, небольшие шансы на реабилитацию в той стране. Даже если она выкарабкается, то ей грозит тюремный срок.

– О боже! Как ты об этом узнал?! Давно?

– Мне позвонили вчера. Искали ближайших родственников, вышли на тебя и связались со мной.

– И ты не хотел мне об этом рассказывать?

Я смахнула горькие слёзы с ресниц, пытаясь уложить в голове, как такое могло произойти с Дашей.

Я всегда считала, что она везучая и выйдет сухой из воды в любой ситуации. Неужели на этот раз удача от неё отвернулась?

– Я долго думал, стоит тебе рассказывать или нет. Из-за беременности я решил тебя не тревожить.

– Но это же моя сестра…

– Я знал, что ты так скажешь, Настя. Ты очень добрая и совершенно не злопамятная!

Суровый жёстко усмехнулся уголком губы, и я поняла, по какой причине он решил не говорить мне о Даше. Он не мог забыть все тяготы и сложности, через которые нам пришлось перейти, благодаря предательству Дарьи. Не в духе Сурового было прощать, и я уверена, что он пощадил Дашу только ради меня, ради моих чувств. Однако сейчас сама судьба наказала Дашу, вернув бумерангом многое из того, что выпало мне и Суровому. Возможно, это и был Вселенский закон справедливости в действии. Но я не испытывала радости из-за того, что сейчас сестра находится в беде.

– Наверное, ей нужна помощь!

– Скажу сразу, что врачи не дают прогнозов. Пока сложно сказать что-то. Сама понимаешь, что Даша не гражданка Турции и у неё нет денег на платное лечение… Так что…

Суровый не договорил, но я и так поняла всё, на что он лишь намекнул. Моё воображение разыгралось, я сразу же представила себе Дашу, побледневшую, лежащую на больничной кровати и… никому не нужную! Ведь она находится в чужой стране и больших денег у неё нет. Суровый сказал, что Даша не так уж дорого оценила меня и мою жизнь. Скорее всего, все деньги пошли на оплату путёвки и покупки. Я знала Дашу и могу сказать, что наверняка оставшиеся свободные деньги она в первые же дни спустила на шоппинг.

– Она мой самый близкий человек, Сармат. Я не могу её оставить. Ей требуется моя помощь… Я хотела бы полететь к ней! – произнесла горячо, обхватив пальцы Сурового своими ладонями.

Он покачал головой, скользнув по моему лицу потемневшим взглядом.

– Ты хочешь поехать к ней? После всего, что она натворила?

– Сейчас я даже не думаю о том, что было, – призналась я. – Я могу думать лишь о том, что она совсем одна, без поддержки, в чужой стране и по уши в неприятностях!

Суровый сжал меня за плечи и сжал их, потом бережно смахнул слёзы со щёк. Его спокойный уверенный голос привёл меня в чувство.

– Ты уверена? Я не доверяю ей. Тот, кто предал однажды, может снова предать, как только появится такой шанс.

– Я не думаю об этом, Сармат. Я верю, что люди способны меняться в лучшую сторону.

– Даже если так, Настя…

– Пожалуйста! Я должна быть рядом… Должна помочь и поддержать её.

– Девочка моя, я не разделяю твоих светлых чувство по отношению к Даше.

– Ты бы оставил её умирать в одиночестве?

Потемневший взгляд Сурового послужил красноречивым ответом.

– Но я бы так никогда не поступила, – произнесла тихо.

– Знаю. Ты уже сейчас готова лететь хоть на край света, жертвуя всем, чтобы спасти близкого человека. Но есть ряд сложностей.

– Пожалуйста, Сармат… Я не могу бросить её в одиночестве. Я