Два сына для сурового папы - Кэти Свит

ЭПИЛОГ

— Ахметова больше нет. Он никого не сможет побеспокоить, — в трубке раздается уверенный жесткий голос.

— Я понял тебя, — отхожу чуть в сторону. — Благодарю.

— Он сам, — тут же летит в ответ. — Мое участие не потребовалось.

— Замечательно, — произношу не отрывая внимательного взгляда от любимой женщины и наших сыновей.

Ася вместе с Вадимом и Лешей играют с щенком добермана. Раф подогнал.

Дети задорно хохочут и бегают за собакой, ловят, обгоняют, кидают мяч. Они счастливы.

Я был категорически против новых питомцев, но разве с Шакировым поспоришь? Он меня даже слушать не стал. Взял и привез щенка на радость детям.

— Что с остальными? — уточняю. По некоторым людям для меня очень важно знать прогноз.

— Конькова привлечем за пособничество, его не спасет даже наличие беременной жены, — продолжает. — Кстати, у тебя информация устарела, там беременности никакой нет.

— О как. — удивляюсь.

— Это был весьма умелый развод с ее стороны, — поясняет Алекс.

— Что скажешь по Маку? — судьба друга меня действительно волнует. Что бы между нами ни было, Маковецкий часть моей семьи.

— Скажем так, уголовное преследование в его адрес закрыто, но Макару не следует в ближайшие лет десять возвращаться в город, — говорит многозначительным тоном. Мне не требуется много слов, чтобы понять истинное положение вещей.

— Я тебя понял, — произношу задумчиво. Раз так нужно, то что ж…

Маку и так повезло, что он живым остался. Я смог оплатить лечение друга и вместе с тем сохранить бизнес. Ему провели сложнейшую операцию, восстановили практически утраченные функции и теперь Маковецкий снова может жить нормальной, полноценной жизнью. Которому раз в год нужно проходить реабилитацию для поддержания здоровья.

Но разве это цена?

— Твоего брата это тоже касается, — добавляет Стрелецкий.

— А с Давидом — то что? — удивляюсь. Он не поступал закон, всегда действовал так, как нужно. Мой брат порядочный и честный гражданин.

— Им заинтересовались не те люди, — мой старый друг уходит от прямого ответа. — Свои рекомендации я и Маку, и Даве дам. Необходимую помощь окажу. А там уж поступают, как считают нужным. Они взрослые мальчики, я им не указ.

— Алекс, спасибо за помощь! — благодарю от души.

— Спасибо не булькает, — ухмыляется.

— Это не долго организовать, — заявляю в ответ. — Было бы желание.

— Слушай, благодаря твоей Ярославе у меня в ближайший месяц не будет свободного времени. Она мне столько ценной информации подкинула, что я смогу раскрыть множество “висяков”, - в голосе Саныча звучит уважение. — Береги свою женщину.

— Я и без того собираюсь с нее пылинки сдувать, — поворачиваюсь, но не нахожу Асю. Мальчишки есть, ее и след простыл. — Алекс, мне пора, — бросаю в трубку. Завершаю вызов и спешу к сыновьям.

Тревожность увеличивается с каждым шагом, сердце отстукивает рваный ритм. Стреляю глазами по сторонам, но Аси не вижу.

Блин!

— Ребятня, где ваша мама? — спрашиваю у мальчиков. Они как раз только поймали щенка и принялись особо активно его гладить.

— Она в дом пошла, — Вадим показывает на боковой вход.

— Спасибо, сын, — тормошу его по голове, подмигиваю Лешке и спешу за Асей. Может ей помощь моя нужна.

Захожу в дом, смотрю по сторонам. Аси нигде не видно.

— Малышка, ты где? — спрашиваю в пустоту. Говорю спокойно, не волнуясь. Не хочу, чтобы любимая начала переживать.

— Уже иду, — доносится из спальни.

В голову тут же лезут не самые приличные мысли. Оглядываюсь назад, мальчики увлечены щенком. Они под присмотром. А значит…

— Не торопись, — говорю Асе и сам быстрым шагом направляюсь вглубь дома.

Бесшумно ступая захожу в спальню, вижу любимую. Она стоит у окна.

— Не хорошо убегать не предупреждая, — шепчу на ушко. Прижимаю Асю спиной к себе.

Прохожу руками по стройному телу, она томно закатывает глаза. Прикусывает губки.

Убираю нежную плоть из захвата зубов, нечего! Поранится еще. Разворачиваю любимую к себе и не долго думая впиваюсь в ее губы поцелуем.

— Дети, — шепчет встревоженно.

— Они на улице, — продолжаю терзать пухлые губки.

— Тем более, — хочет вырваться.

— Там охраны полно, — успокаиваю ее. Прикусываю чувственное местечко на шее, слышу сладкий сдержанный стон.