Аромат жасмина - Джуд Деверо

— Лилит была платной компаньонкой одной злобной богатой старухи по имени Энни Андервуд. Старая ведьма прогнала своих самых алчных родственников и осталась одна. Но она не хотела, чтобы об этом знал весь Чарлстон, поэтому наняла Лилит, а всему городу рассказывала, что Лилит — ее внучатая племянница.

— Как она обращалась с твоей женой?

— Ужасно, но Лилит терпела, пока не встретила меня. Я сказал пару слов старухе, и она немного умерила свой пыл. Ее злило, что Лилит собирается бросить ее и переехать ко мне после свадьбы, которую, кстати, оплатил я.

— Сильно злило? Достаточно, чтобы совершить убийство?

— Если бы она и захотела кого-нибудь убить, то меня, а не Лилит.

Кей в темноте, наполненной ревом аллигаторов, посмотрела на Алекса и сказала:

— Я не юрист, но если Лилит не была богатой, как все считали, значит, у тебя пропадает мотив для преступления, не так ли? Если бы ты сказал об этом своему адвокату…

— Ты думаешь, я не говорил? — почти закричал Алекс. — Ты думаешь, я не говорил об этом своему адвокату? Он пошел к старухе Андервуд, а та не стала отступать от своей лжи. Она сказала, что Лилит была ее внучатой племянницей и наследницей и что именно поэтому я и женился на ней. Она сказала, что я убил бедняжку, чтобы завладеть ее наследством. Она даже заявила, будто предупреждала Лилит насчет меня, — хотя бы в этом она не солгала. — Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. — На самом деле старуха попрекала Лилит каждой крошкой хлеба. Дорогая же одежда, которую носила Лилит, была не результатом щедрости старой карги, а предназначалась для игры на публику.

Кей несколько мгновений обдумывала сказанное.

— Значит, поэтому, когда я заговорила о богатстве Джеми Армитиджа, ты убежал в лес?

Хотя было темно, она почувствовала, что Алекс успокоился.

— Да, леди, поэтому.

— А тебе не приходило в голову, что я все время говорю о Джеми, чтобы вызвать у тебя ревность?

Алекс, подносивший ко рту птичье крылышко, замер как громом пораженный.

— Нет, — наконец ответил он, — эта мысль не приходила мне в голову.

— Иногда, — проговорила Кей, вытирая рот тыльной стороной ладони, — человек должен смотреть на то, что и кто его окружает, а не жить своим прошлым. — Она опустила взгляд на полную костей тарелку. — Мне уже лучше, я иду спать. Захватишь с собой тарелку?

Она успела сделать всего четыре шага, прежде чем Алекс схватил ее за плечо и развернул лицом к себе.

— Мне с тобой всегда так хорошо, — сказал он, утыкаясь лицом ей в шею. — Как-то у тебя получается заставить меня взглянуть на все худшее так, что это можно преодолеть.

— Алекс, — прошептала Кей, — возьми меня.

— Не могу, милая.

— Сегодня второй раз я была на волосок от гибели. Когда мы с тобой встретились, ты был в шаге от гибели. Твоя Лилит не пережила свою брачную ночь.

Он прижал пальцы к ее губам.

— Я еще не стал цельным человеком. То, что со мной произошло, надломило что-то у меня внутри. Я не могу быть тем мужчиной, который тебе нужен.

— А я никогда не буду той женщиной, которую ты потерял, так что мы квиты. — Отстранившись от него, Кей попятилась, собираясь идти в сторону лагеря.

Алекс обхватил ее и заглянул ей в глаза, как бы пытаясь увидеть, уверена ли она в том, что делает. В следующее мгновение он приник к ней в поцелуе. У Кей захватило дух. Да, она целовалась со своими поклонниками, дважды она целовалась с Алексом, но ни разу не испытывала того, что чувствовала сейчас.

Алекс принялся гладить ее по спине, ерошить ей волосы на затылке.

— Я схожу по тебе с ума с того дня, как мы встретились, — проговорил он между поцелуями.

Кей откинула голову, подставляя ему шею.

— Ты ненавидел меня.

— Ты была похожа на ангела в том платье. Мне даже показалось, что я умер, а ты приветствуешь меня в раю.

— Как же приятно, Алекс…

Он стал чередовать поцелуи с легкими покусываниями, а когда почувствовал, что у Кей подгибаются ноги, подхватил ее на руки, бережно уложил на мягкую траву и принялся расстегивать ее рубашку. Под рубашкой у нее была повязка, утягивающая грудь, но Алекс быстро снял ее.

Когда он коснулся губами ее груди, Кей судорожно втянула в себя воздух.

— Даже не представляла… — пробормотала она.

Ей казалось, что его руки и губы везде на ее теле. Оставшись без одежды, она попыталась притянуть к себе Алекса, но он сказал:

— Я хочу смотреть на тебя, я хочу видеть тело, которое так долго желал.

Тело Кей стало упругим благодаря физическим нагрузкам за долгое путешествие. Алекс провел рукой по ее бедрам, погладил живот.

— В жизни не видел такой красивой женщины.

— Я не похожа на парня? — Кей закинула руки за голову и пристально смотрела на него.

Алекс в ответ лишь хмыкнул.

Она, едва касаясь, погладила его по груди.

— Мне можно прикасаться к тебе?

— Да, — произнес он хриплым голосом. — Прикасайся где хочешь.

Улыбаясь, Кей принялась расстегивать его рубашку, а потом обняла его. Оказалось, он очень мускулистый, и она сообразила, что все время оценивала его внешность по первой ночи. Тогда она увидела в нем тощего старика, а потом у них было слишком много дел, чтобы она замечала, как он меняется.

Кей скинула рубашку с его плеч, провела рукой по заросшей волосками груди и занялась бриджами.

— Ах, милая, — прошептал Алекс, — как же ты красива…

В ответ Кей улыбнулась и стала расстегивать пуговицы по бокам бриджей.

Наконец он предстал перед ней обнаженный. Она оглядела его и дотронулась до бороды.

— Там, под ней, шрамы?

— Шрамы есть только на моем сердце, — ответил Алекс и опять принялся целовать ее.

Подщипав губами ее мочку, он провел кончиком языка по шее. Кей выгнулась, подставляя себя ему.

— Прошу тебя, — прошептала она, — возьми меня.

Рука Алекса скользнула между ее ног, и Кей застонала.

Раздвинув ей ноги, Алекс лег на нее. Когда он вошел в нее, она инстинктивно сжалась. Он тут же отстранился, но она притянула его к себе.

— Я боюсь сделать тебе больно.

— А как же страсть? — спросила Кей, напоминая ему его же слова. Она произнесла это тем же тоном и с точно такой же интонацией, как он.

— Милая, ты хочешь страсти? — Его глаза лукаво блестели.

— Да, очень.

— Тогда я больше не буду сдерживать себя.

В мгновение ока Алекс из нежного и заботливого превратился в мужчину, одержимого страстью к женщине. Его поцелуи стали требовательными, он брал у Кей все, что хотел. Кей впервые столкнулась с подобным неистовством и всей душой ринулась ему навстречу.