Входя в дом, оглянись - Виктор Мережко

Нинка, не отпуская полицейского, прошептала на ухо:

— Гляди, как облизывают друг дружку. Правда, что ли, любовь?

— А бес их мамку знает? — пожал Муромов плечами. — Может, любят, а может, и играют. Время покажет. — Он с насмешкой взглянул на подружку. — Как догадываюсь, тебе паренек тоже приглянулся?

— Честно?

— У нас с тобой всегда честно.

— Вначале приглянулся. Потом поняла, гниловатый вариант.

— А где ты в наше время найдешь, чтоб не гниловатый? То алкан, то нарик, то альфонс, а то вообще псих. Нет сегодня мужиков, подруга. Перевелись. — Он взял ее под руку и потащил через толпу танцующих. — Пошли проведаем нашего майора. Мне еще домой его везти!

Антонина и Артур уже спали, когда заголосил рядом чей-то мобильник. Артур дотянулся до аппарата, глянул на экранчик.

— Кто? — спросила сквозь сон Антонина.

— Хамид.

— Чего он?.. Может, стряслось что?

— Спрошу. — Артур поднес к уху трубку, включил громкую связь. — Что среди ночи звонишь, больной?

— Тут гости приехали, — послышался в трубке голос Хамида. — Много. На мотоциклах. Человек двадцать, наверное.

— Чего хотят?

— Кушать, пить, гулять.

— А кто такие?

— Мотоциклисты. Байкеры, по-моему. Очень шумные и веселые.

— Так накорми, дай выпить.

— Хотят, чтобы караоке включили. Я не знаю как.

— Ладно, сейчас приду.

Артур встал с постели, нашел джинсы.

— Может, я с тобой? — спросила Антонина.

— Зачем?.. Сам разберусь. — Артур улыбнулся. — Хозяин как-никак.

— Смотри, осторожно там. Если что, звони.

— Да чего там опасаться? Слыхала же — байкеры. Хотят люди повеселиться. — Он застегнул штаны, подмигнул жене, поцеловал. — Спи. Я через час вернусь.

— Буду ждать, — улыбнулась Антонина. — Не задерживайся. — И уже когда Артур был на пороге, прошептала: — Я люблю тебя.

На площадке при входе стояло около двух десятков мотоциклов. Вокруг них тусовались парни в кожаных штанах и куртках с заклепками. С парнями были и девицы, все нагловатые, красивые, модно и броско одетые.

Артур подошел к кафе, быстро вычислил главного из байкеров, высокого рослого парня с волосами до плеч, направился к нему.

— Привет, — сказал. — Кто главный?

— Допустим, я, — ответил байкер.

— Я хозяин. Что нужно? — спросил Артур.

Байкер приветливо протянул руку, представился:

— Иван.

— Очень приятно. Артур. Какие-нибудь проблемы?

— Проблема: пожрать и подвигаться.

— Хотите караоке?

— Об этом и речь, — ответил Иван.

— Момент. Сообразим.

Хамид быстро принес ключи от пристройки, Артур открыл ее, включил общий свет, нашел там нужные контакты и на всю мощь врубил музыку. Байкеры дружно заорали и вскинули руки.

— Клево, молоток! — ударил по плечу Артура Иван. — Все путем.

— Выпивку, еду сейчас джигит доставит, — сказал Артур.

— Брат на всю жизнь!

— Могу отчалить?

— А с нами потусить?.. Давай, брат, у нас тут лишние телочки. Не только пальчики, но и все остальное оближешь.

— Не-е, Иван… У меня жена.

— Сочувствую, — засмеялся Иван. — Святое дело. Поцелуй за меня свою молодку. В попку!.. Симпатичная хоть?

— Нормальная.

— Классный ответ мужика. Нормальная. Если жена ненормальная, гони сам в дурдом!

Ударили по рукам, Артур подошел к сонному Виталику:

— Смотри тут, чтоб не перепились, не передрались.

— Такие вроде не должны.

— Сам не пей.

— Предлагали, отказался.

— Если что, помоги Хамиду.

— Так это как по-написанному! — ответил Виталик.

Подошел Хамид и негромко пожаловался:

— Я почему-то боюсь их, хозяин.

— А чего их бояться? Погуляют, попляшут, а утром укатят. Они ж на колесах.

— Все равно боюсь. Черные, большие, страшные. На перчатках шипы.

— Это для того, чтоб щиколотки не сбивать. Когда морды бить, — засмеялся Гордеев, ударил Хамида по плечу. — Все, я ушел. Если что-то не так, сразу звоните.

Уже когда шагал по дороге в сторону дома, Артур оглянулся, увидел, как кто-то из байкеров дружно и весело располагался на веранде, брал из рук Хамида, Дильбар и Виталика подносы с едой и выпивкой, а кто-то спешил в пристройку с караоке, откуда доносились пение, радостные возгласы и девичий визг.

…Иван с бутылкой пива и бутербродом вошел в зал с караоке. В полумраке через танцующих и тусующихся пробрался к одному из столиков, присел рядом с девицей лет девятнадцати, длинноволосой, белокурой, свойски положил руку ей на плечи.

— Не наглей, да? — дернулась девица.

— Настюха, может, хватит строить из себя? — сказал Иван и снова попытался обнять ее. — Видишь, сам подошел.

— Отвали, сказала.

— Вано, — попросил сидевший за этим же столом коротко стриженный парень, — оставь девочку.

— Женек, не понял, а ты тут при каких делах? — возмутился Иван.

— Видишь, в каком она состоянии? Ну, обиделась, ну, успокоится, ну, завтра, может, все уладится.

— Не уладится, — огрызнулась девица. — Видеть его не могу!

— Настя, детка, ну будь же взрослой. — Иван коснулся ее подбородка. — Ну, посмотри на меня. Посмотри и улыбнись. Все так хорошо начиналось. Ну?..

— Не трогай! — Настя отбросила его руку.

— Хочешь, еще раз попрошу прощения? Ну, не подумал. Ну, распустил руки. Ну, больше так не буду.

— Не прощу. Никогда и ни за что.

Настя поднялась, собираясь уходить, Иван перехватил ее за руку, прижал к себе.

— Не будь дурой. Успокойся. На нас смотрят.

— Отпусти. Думаешь, шалаву подобрал?

— Хорошую подобрал. Красивую. Ласковую.

Женя резко встал и с силой оттолкнул Ивана:

— Вано… Не наглей, да. Чего лезешь, если человек не хочет?

Иван в ответ тоже его толкнул:

— Что, братишка? Понравилась девочка? Пожалел? Решил подменить втихаря?

— Не люблю, когда к слабым цепляются. Когда ведут себя как подонки.

— Кто подонок? Я?

— В данном случае ты.

Они сцепились яростно, пытаясь повалить друг друга. Оба были одинаково мощные, таскали друг друга, ломая стулья, переворачивая столы. Остальные байкеры бросились их разнимать, крича, размахивая руками и бутылками.