Поворот налево - Нэнси Уоррен

Он посмотрел на пузырек, приподнял бровь и перевел взгляд на Эмили, которая присела на один из стульев. Стул был не очень удобным. Девушка подозревала, что доктор выбирал стулья по тому же принципу, что и рестораны быстрого питания – чтобы люди покидали свои места как можно быстрее.

– Рассказывай, – сказал он, усаживаясь в свое директорское кресло, которое выглядело чертовски удобнее, чем смесь винила и хрома, на которой ютилась она.

Гордон не был любителем тратить время на болтовню. Теперь Эмили понимала, что это была одна из причин, почему они встречались. Никто не претендовал на большее, нежели чувствовал. У каждого была своя жизнь, и пока это было удобно обоим, они встречались ради возможности удовлетворять свои сексуальные потребности, не вызывая лишних вопросов. Вот чего она не понимала, так это перемены, произошедшей с ним, едва он встретил свою суженую. Гордон закрутил с ней, едва ее тонзиллит приказал долго жить.

Эмили неожиданно для себя заговорила совсем не о том, о чем намеревалась говорить вначале.

– Когда ты бросил меня, ты хотя бы пригласил Терри на свидание?

Гордон моргнул, явно сбитый с толку ее высказыванием. Он откинулся на спинку кресла, словно искал опору для неожиданного разговора.

– Нет, – ответил он, опуская руки на подлокотники.

– А что, если она ответила бы тебе «нет», что она не хочет идти с тобой на свидание?

– Эмили, прости. Я всегда считал, что ты спокойно отнеслась к тому, как мы с тобой расстались. Мне казалось, мы оба чувствуем, что наши отношения…

– Временные, – весело закончила она за него. – Да, безусловно. Нам было удобно вместе. Мне просто любопытно, почему ты был так уверен, что у вас с Терри все получится, раз бросил меня не раздумывая? Забавно, раньше я об этом никогда не думала.

Он посмотрел куда-то ей за спину, и Эмили вдруг поняла, даже не оборачиваясь, что там, на стене, висит фотография его жены.

– Наверное, я влюбился в нее с первого взгляда.

– Несмотря на то что у нее была температура под сорок и опухшее горло?

Он усмехнулся:

– Знаю. Она тоже не может в это поверить, но это так. Поначалу она, разумеется, была всего лишь пациенткой, но каждый раз, как я заглядывал ей в глаза, я все больше и больше понимал, что вижу человека, которого знаю уже давным-давно и по которому очень скучаю. Затем я дотронулся до нее и… Я не знаю. Это звучит странно, но я просто знал. – Он снова посмотрел на Эмили. – Но я никогда не хотел причинить тебе боль. Знаешь, я думаю…

– Да нет, все нормально. Я много думала о тебе и, поверь, ни о чем не жалею. Нам было уготовано судьбой стать друзьями, а не возлюбленными.

Гордон кивнул, и она почувствовала его облегчение.

– Дело в том, что мне всегда казалось, что мы похожи. Даже то, с какой практичностью мы относились к сексу, – продолжила Эмили.

– Но оказалось, что в любви я романтик. – Он слегка покраснел, как будто даже говорить об этом ему было неудобно. – Никогда бы не подумал, что так случится. Никогда.

– Надо же. То есть даже если бы она сказал тебе «спасибо» и помахала ручкой, ты бы…

– Я бы до последнего пытался отговорить ее. А еще я бы не смог заниматься любовью с одной женщиной, раз полюбил другую.

Эмили не смогла сдержать улыбку:

– Значит, в душе ты романтик.

– Позволь мне спросить тебя кое о чем. Если бы она уехала и я бы попытался восстановить отношения с тобой, ты бы меня простила?

Раньше Эмили об этом не думала. Вот что всегда нравилось ей в отношениях с Гордоном и почему они остались друзьями – они могли поговорить о чем угодно.

Она покачала головой еще до того, как поняла, что ответит.

– Нет, – сказала она. – Я думаю, что с того момента, как ты влюбился в Терри, секса между нами быть не могло.

Он кивнул. Они улыбнулись друг другу, и она поняла, что это и есть дружба.

– Поначалу я скучала по сексу, – призналась Эмили.

– Не хочу совать свой нос в чужие дела, но, по-моему, один из моих недавних пациентов только порадуется этому…

– Ты имеешь в виду Джо? – Она не была расположена говорить много о себе и Джо. Для нее все это было еще внове. Прошедшая ночь была слишком невероятной для ее размеренного жизненного уклада. И все же одной из причин появления Эмили в этом кабинете были именно ее отношения с Джо. – Что ж, это дает мне возможность перейти к делу. Но сначала пообещай мне, что информация, которой я с тобой поделюсь, останется между нами. – Эмили слышала о конфиденциальности между доктором и пациентом в одной из передач по телевизору, но все равно должна была сделать на это ударение, чтобы не подвергать своих тетушек опасности осложнений с законом. – Я не могу позволить обстоятельствам отразиться на… тех, кто по неведению мог причинить вред другому человеку. Гордон сдвинул брови и нахмурился:

– Боюсь, я не…

– Никто пока не умер, и все относительно здоровы. Он смотрел на нее не меньше секунды, затем перевел взгляд на пузырек на столе и кивнул:

– Даю тебе слово.

Эмили не знала, слова это доктора или друга, – впрочем, это было не важно. Если он сказал, что будет держать рот на замке, значит, так и будет.

Она вкратце рассказала ему, что предшествовало приступу Джо, включая и то, что им тайно подлили любовного эликсира. К тому времени как она закончила свой рассказ, Гордон сидел на краешке кресла, переводя взгляд с нее на пузырек эликсира на столе.

– И они подлили эту жидкость вам обоим в вино?

– Да. Если верить тетушкам, то ее надо смешать с алкоголем для эффективности.

Гордон пододвинул к себе планшетку с бумагой и принялся царапать что-то ручкой.

– Сколько прошло времени с момента, когда вам подлили жидкость, и до момента, когда у Джо случился приступ?

Эмили с молчаливым неодобрением посмотрела на планшетку.

– Это только для моих исследований. Я же дал тебе слово, Эмили. Этот разговор останется между нами.

Она кивнула:

– Ладно. Примерно полтора часа.

– Ты почувствовала какой-нибудь эффект от тоника?

Она колебалась.

– Проблем с животом у меня не было.

– Как насчет других симптомов? Этот тоник задумывался как усилитель сексуальных эмоций, судя по тому, что ты мне рассказала. Ты заметила что-то необычное?

– Да.

– Не стесняйся, я же доктор.

– Я почувствовала очень сильное возбуждение. Даже до того, как он дотронулся до меня.

– И как долго продолжались эти ощущения?

– Несколько часов.

– И как ты сказала, твоя тетушка тоже употребила это средство?