Виконт из Техаса - Ширл Хенке

Джошуа и Майкл стояли на углу узкой Даунинг-стрит и ждали Калвина Ферта. Прошло уже более двух часов после того, как Ферт вошел в парадные двери британского внешнеполитического ведомства и до сих пор не вышел оттуда. Причем ни в экипаже во время езды, ни при переходе через улицу к зданию министерства никаких покушений на мнимого японца так и не произошло. И когда Ферт наконец вышел из дверей министерства, то совершенно спокойно прошествовал к ожидавшему его экипажу и, махнув рукой Джошуа и Майклу, укатил, никем не тронутый.

Джошуа и Майкл долго смотрели друг на друга и молчали. Наконец Джеймисон угрюмо проговорил:

— Черт побери, ничего не понимаю!

— А что тут понимать? Все ясно. Заренко заплатил Эдмунду за информацию, но не воспользовался ею. Вернее, употребил ее во вред нам. Он разгадал наш план и сам поймал нас в ловушку. Вот и все! В результате в дураках оказались не русские, а мы!..

После неудачи на Даунинг-стрит Джошуа и Майкл наняли кеб и поспешили к Хамблтон-Хаусу, чтобы встретить графа. По дороге оба хранили молчание, размышляя о том, почему не удалась столь тщательно продуманная и детально подготовленная операция. Им было ясно, что Заренко знал о готовившейся западне. Джеймисон почти не сомневался в том, что граф приложил к этому руку. Да и Джошуа, в высшей степени удрученный неожиданным провалом, в глубине души начал подозревать недоброе.

— У меня просто духу не хватит доложить Лэнсдауну и графу об очередном срыве! — мрачно проговорил наконец Джеймисон, когда кеб остановился у отделанного мореным дубом подъезда.

— Как ты думаешь, министр будет присутствовать? — спросил Джошуа.

Майкл помолчал несколько мгновений и со вздохом ответил:

— Боюсь, что да. Он непременно должен обсудить с прибывающим завтра в Лондон Хаяси последний вариант договора. Очевидно, провалившаяся сегодня операция была последней надеждой предотвратить дипломатическую катастрофу. Я опасаюсь, что Лэнсдаун попросит премьер-министра отменить прием японца королевским двором. Мнение твоего дяди по такого рода деликатному делу определенно будет рассмотрено. Лэнсдаун обязательно будет присутствовать. Не удивлюсь, если приедет и сам премьер-министр Солсбери!

Ливрейный лакей помог Джошуа и Майклу спуститься по ступенькам кеба, раскрыл перед ними дверь и провел через длинный холл с покрытым дорогими коврами полом в кабинет. Солсбери не приехал. Но Лэнсдаун встретил их и предложил сесть за широкий стол красного дерева. Тут же откуда-то возник граф Хамблтон и тоже занял место за столом.

— Насколько я понимаю, ваше предприятие потерпело неудачу, — начал министр, бросив взгляд на расстроенное лицо Кантрелла.

Пока продолжалась беседа, Джошуа все время поглядывал на дядюшку.

«Нет, он не может быть предателем! — думал Кантрелл. — Это просто невозможно! Но тогда кто же?»

Лэнсдаун вопрошающе посмотрел на американца.

— Вы признаете, что утечка информации произошла с вашей стороны, а не из моего офиса? — строго спросил он. Джошуа промолчал. Министр, не сводя с него глаз, продолжал: — Мы перекрыли все каналы информации заговорщикам. Для этого я использовал группу особо преданных мне агентов, которым доверяю и даже… слишком!

Лэнсдаун резко перевел взгляд с Джошуа на Майкла и спросил его:

— Что ты думаешь, например, о Пилтцере?

Но прежде чем Майкл открыл рот для ответа, граф продолжил:

— Я был вынужден вновь продумать возникшую перед нами проблему, после того как оказалось, что в нашу деятельность вовлечен Уислдаун. Это недалекий молодой человек, способный только на то, чтобы передавать донесения из рук в руки от источника к заказчику.

— Ну, это как раз то, что под силу кузену Сабрины! — вмешался Джошуа. — Значит, он и информировал русских. Кто же еще?!

Все посмотрели на графа. Он некоторое время думал, прежде чем ответить:

— Я могу точно все выяснить, когда мы вернемся домой. У меня есть подозрение. Но нужны факты!..

Сабрина с испугом дышала через плотный шарф, стягивавший ей рот. Руки ее были тоже крепко связаны. А ноги опутывали тонкие веревки, больно впивавшиеся в икры. Пошевелиться было невозможно. Сабрине казалось, что она вот-вот задохнется.

В экипаже было тесно и душно. Старые рессоры безбожно скрипели, никак не смягчая толчков на бесчисленных буграх явно грунтовой дороги, которая давно не ремонтировалась.

«Куда они меня везут?» — думала Сабрина.

Ответа на этот вопрос не было. Хотя она понимала, что они давно выехали из города.

Экипаж вдруг подпрыгнул на очередном бугре. Сабрину подбросило, и она больно ударилась головой о потолок. Она громко вскрикнула.

— Зачем этот идиот посадил ее сюда? — донесся из темноты экипажа женский голос, показавшийся Сабрине знакомым, хотя слова были русскими. Она внимательно вгляделась в темноту и узнала Наташу Самсонову. — Эта женщина прожила то, что ей положено! — взвизгнула Наташа. — Ты позволишь мне ее убрать?

— Подожди! Я хочу сначала выпытать у нее все, что ей может быть известно. В том числе и то, как она нашла вход в потайной коридор, ведущий в кабинет графа!

Заренко что-то крикнул по-русски кучеру. Двери экипажа открылись, и Сабрина почувствовала приятное дуновение свежего воздуха. В тот же момент Заренко схватил ее, перекинул через плечо и вынес наружу.