Чужая. Будешь моей - Нонна Нидар

Потрясающие ощущения.

Но ещё круче становится, когда Тигр сжимает мою грудь, массирует.

— Боже! — вырывается стоном.

Я никогда не стонала так громко.

— Всего лишь я, — усмехается Тигр.

А потом втягивает напряжённую горошину соска в рот.

Мир взрывается ослепительной темнотой оргазма. Пружина лопается, я с протяжным стоном содрогаюсь от внезапного, острого удовольствия. Хватаю ртом воздух, не веря.

Вцепляюсь пальцами ему в плечи.

Это я? Я так умею? Могу кончить от пары движений его языка?

— Чувственная девочка, — самодовольно ухмыляется Тигр.

Толкает на спину, и я заваливаюсь на белые простыни.

Тело расслабляется. Но только до того момента, пока он одним движением не входит в меня на всю длину члена.

Ахаю, хочу привстать, но тяжёлая ладонь ложится на грудь. Массирует, заставляет прикрыть глаза и выгнуться дугой.

А между бёдер уже нарастает новое напряжение. Горячее, как жидкий воск, оно поднимается до пупка, разливается томительным ожиданием.

В то время как я могу только стонать его имя и до треска сжимать пальцами простыни.

Толчок.

Меня подбрасывает на кровати от резкого, болезненного наслаждения.

Я чувствую жаркую наполненность. Каждое его движение.

Но Тигр медлит, не спешит.

И я сама подаюсь навстречу, насаживаюсь на него.

— Сладкая, — хрипло шепчет Тигр. — Моя.

А потом нам обоим срывает крышу.

Я так хочу его, что сильные, на всю длину толчки, не пугают. Наоборот. Я сама помогаю, хочу глубже, резче, сильнее.

Наслаждаюсь его хриплыми выдохами, кричу в голос, едва не протыкаю ногтями простынь.

Тигр вбивается в меня как отбойный молоток.

А я…

Я уже. Вот сейчас. Почти.

И…

— Да!

От оргазма меня трясёт как в лихорадке. Мышцы дико сокращаются, с удвоенной силой обхватывают его член.

Тигр рычит, вбивается в меня ещё сильнее, а потом запрокидывает голову. Чувствую, как он ритмично напрягается внутри меня.

Ловлю последние мгновения удовольствия от этих сокращений.

А потом смущаюсь от пристального, тёмного взгляда.

— Ты — нечто, красивая, — довольно качает головой Тигр.

Падает рядом, сгребает меня к себе под бок.

Удобно устраиваю голову у него на плече, обнимаю за талию.

И только тут вспоминаю про ранение.

— Забудь, — фыркает Тигр в ответ на мой испуганный вздох. — Хотя…

И переворачивает меня на себя. Его член уже каменный, как будто это не мы сейчас…

— Ах!

Сильные ладони удерживают за бёдра, поглаживают. А потом одна из них спускается на клитор.

— Больному требуется уход, — хмыкает Тигр. — Второй раунд, красивая.

Эпилог

— Привет! Кофе хочешь?

Стоит мне зайти в приёмную, Лапочка отвлекается от ноута.

— Нет, спасибо.

Сажусь к ней в кресло для посетителей.

— Тигра ещё нет, обещал быть минут через, — она смотрит на часы, — пятнадцать.

— Знаю. Он звонил.

Счастливая улыбка сама наползает на губы. С того момента, как он меня спас и мы вернулись, прошло уже две недели. Идеальные, самые счастливые две недели в моей жизни.

Полные совместных завтраков и ужинов, прогулок в лесу и посиделок у огня. Я просыпалась на его плече в горячих объятиях, мы смотрели фильмы на огромном проекторе и практически не расставались.

Правда, в последние дни у Тигра наметились какие-то дела и он оставлял меня часа на два-три.

— Как дела? — поднимает бровь Лапочка.

Невольно краснею.

— Да я не об этом, — смеётся она. Задумывается. — Хотя и об этом тоже. Как там наш босс? Грозен и могуч?

Лапочка подмигивает, но настолько по-доброму, что смеюсь в ответ.

— А ты не в курсе?

Пусть у меня нет причин ревновать Тигра, но вряд ли он упустил такую красоту и ни разу за столько лет…

— Шутишь! — Лапочка фыркает и откидывается на спинку стула. — Когда мы познакомились, я, может, и была не прочь, но Тигр не гадит там, где работает. Да и я очень быстро оказалась втянута и занята.

Последний кусочек льда в моей душе тает. Становится так хорошо и легко, что хоть пой.

— Тогда промолчу, — улыбаюсь.

— Промолчи, — отвечает в тон.

Хочет сказать что-то ещё, но в этот момент звонят.

— Охранное агентство “Беркут”, приёмная Алексея Глебовича. — И тут же расслабляется. — Да, Ань. Кто? Секунду.

Она отводит трубку от лица, прикрывает динамик ладонью.

— Олесь, к тебе какой-то Павел. Толков. Говорит срочно, вопрос жизни и смерти.

Замираю. смотрю на неё широко открытыми глазами.

— Ясно. Ань, вызови мальчиков, пусть они его…

— Нет-нет! — хватаю Лапочку за тонкое запястье. — Пусть поднимается.

— Ты уверена?

— Да. Пустите.

Глядя на меня с сомнением, она пожимает плечами и приказывет пропустить.

Пашка. Я и забыла, что в моей жизни был такой персонаж. Интересно только как он меня нашёл. И что ему надо.

Не может же он совершенно серьёзно прийти с предложением руки и сердца. Тем более сюда.

— Слушай, а что там со Звягинцевым? — вдруг вспоминаю.

Потому что Тигр молчит и отказывается посвящать меня в свои дела, а я никак не могу забыть кошку Валерию и тот короткий уикенд.

— Звягинцеву весело, — фыркает Лапочка. — После того, как Леркин наёмник напал на тебя, Тигр подал на неё в суд.

— Не спрашивай, я не знаю, как он провернул это без тебя! — отвечает быстрее, чем я спрашиваю. — Знаю, что Лерку сначала посадили, потом выпустили под подписку, а потом папочка быстро отправил её заграницу, а дело замял. Тигр ходил дико довольный.

— И мне не сказал, — качаю головой.

— А то ты не знаешь Тигра. А, может, просто не хотел тебе напоминать и расстраивать.

Хм. Это он ещё не знает, насколько прав насчёт расстраивать.

Привычно замираю в восторженном ожидании. Уже в который раз за эти двое суток.

— Знаю, что Лерке пожизненно запрещён въезд в страну. Неофициально, конечно, но Звягинцев впечатлён и согласен. И что…

Договорить она не успевает. Двери лифта распахиваются и из них выходит хорошо помятый Пашка.

Низкого роста. с пивным брюшком, слабыми руками и вечно недовольным, унылым лицом, он затравленно оглядывается. Но находит меня взглядом и словно обретает опору. Выпрямляется спина, во взгляде добавляется наглости.

— Боже, — с отвращением косится на него Лапочка.

Ей можно, она работает среди тестостероновых красавцев. Подозреваю, и замужем за таким же.

Но в этот раз и я с ней согласна. Что я вообще в нём нашла?

— Олеся! — восклицает Пашка и бросается передо мной на колено.

Нет, он всё-таки настолько дурак.

— Выходи за меня!

В приёмной воцаряется мёртвая тишина.

— Молодой человек, здесь недавно мыли, — свысока отвечает Лапочка. — Не грязните пол.

Невольно фыркнув, вспоминаю вечные Пашкины штаны с карманами и полурастянутыми коленями.