Танцующая при луне - Энн Стюарт

— Лучше тебе не знать, — мрачно заметил он. — И что, собственно, ты тут делаешь?

Но у Элизабет перед глазами по-прежнему стояла эта странная картина.

— Похоже на какое-то чудовище, — произнесла она, пытаясь хоть немного успокоиться. — Так много рук и ног, и… — внезапно до нее дошло, что еще она видела в это краткое мгновение. — О господи! Там что, были обнаженные люди?

— Да, — коротко ответил Габриэль. — И если ты не поторопишься сейчас уйти со мной, можешь тоже присоединиться к ним — хочешь ты того или нет.

Схватив Лиззи за руку, он решительно поволок ее по коридору. Однако Лиззи, не желавшая идти рука об руку с этим гнусным типом, постаралась вырваться. Бесполезно. Она принялась колотить его свободной рукой, но Габриэль с прежней неумолимостью тащил ее к выходу.

Дверь оказалась заперта изнутри — неудивительно, что ей не удалось войти через нее. Габриэль отодвинул тяжелый засов и вытолкнул ее на улицу. Это был самый удачный момент, чтобы сбежать, но тут Лиззи вспомнила, зачем она, собственно, сюда пришла.

Габриэль высился над ней немым укором, и даже в темноте она могла чувствовать его гнев. Но это было ничто по сравнению с тем, что испытывала она сама. В конце концов, не она играла в карты с выродком-аристократом, пока все прочие домочадцы развлекали себя непотребными утехами. А она в это время делала все возможное, чтобы спасти жизнь его сестре.

— Все дело в Джейн. — Лиззи даже не пыталась скрыть свое негодование. — Она исчезла.

— И ради этого ты притащилась сюда в разгар ночи? — фыркнул Габриэль. — Ты что, спятила?

— Тебе что, совсем нет дела до сёстры? Ее могли убить, похитить…

— А на конюшне ты смотрела? — спросил он с раздражающим спокойствием.

— С какой стати?

— Лошадь Джейн вот-вот должна жеребиться. Наверняка она не оставит Пенелопу в такой момент без помощи, тем более что, кроме Питера, там никого нет. А он не допустит, чтобы с ней что-то случилось.

— Откуда мне было знать? И откуда, кстати, такая уверенность? — продолжала наседать на него Лиззи.

— Если бы с Джейн что-то случилось, любезный хозяин дома, без сомнения, сообщил бы мне об этом. А тебе надо было думать, прежде чем бросаться в ночь непонятно зачем.

— Прошу прощения, — заметила она ледяным тоном. — Чего еще можно ожидать от никчемной дурочки вроде меня? Ладно, я возвращаюсь домой, а ты иди развлекайся…

— Я не называл тебя никчемной дурочкой, — устало произнес Габриэль. — Я сказал — бесцветное ничтожество, и у меня были на то свои причины… но сейчас ты слишком раздражена, чтобы принять их во внимание. И я не собираюсь больше оставаться здесь. Идем.

Он вновь попытался взять ее за руку, но Лиззи с возмущением оттолкнула его. Впрочем, ей это мало помогло; уклонившись в сторону, Габриэль крепко ухватил ее за запястье и привлек к себе.

— Попытаешься еще раз ударить меня — пожалеешь, — процедил он. — Я намерен доставить тебя домой, убедиться в том, что с сестрой все в порядке, а затем вознаградить себя хотя бы несколькими часами ночного сна.

Лиззи хотелось пнуть его, но что толку в пинках босой ногой? Показать ему язык? Ну, это уж совсем по-детски.

— Скоро утро, — совершенно непоследовательно заявила она.

— Значит, я вознагражу себя парой часов дневного сна, — пожал плечами Габриэль. — Идем.

Лиззи не стала спорить: как бы ей ни хотелось ударить его, желание избавиться наконец от этого человека было сильнее. Идти пришлось едва ли не вприпрыжку, поскольку Габриэль размашисто зашагал в сторону сада, примыкавшего к задней части дома.

Он распахнул ворота, и они оказались в усыпанном костями дворике. Луна уже покинула небосклон, но небо на востоке озарилось лучами восходящего солнца, и в этом свете были хорошо видны три голодных мастифа.

Они тут же поднялись и с угрожающим рычанием направились в сторону Габриэля. Тот быстро оттолкнул Лиззи за спину, закрывая ее собой.

— Беги, — шепотом скомандовал он. — Я отвлеку их.

С нее было достаточно.

— Не будь идиотом! — фыркнула Лиззи, отстраняя его в сторону. Она выступила вперед как раз в тот момент, когда самый крупный пес приготовился прыгнуть.

— Неужели ты думал, что я про тебя забыла? — проворковала она, протянув к нему руку. — Я тут принесла тебе кое-что вкусненькое.

Мастиф обнюхал кусок мясного пирога, лежавший в ее руке, и деликатно ухватил его зубами.

— Про вас я тоже не забыла, — обратилась Лиззи к двум другим псам, опустошая карман своей юбки. Ей было все равно, что та заляпана жиром, — зато три голодных зверя могли наконец-то поесть.

Лиззи перехватила взгляд Габриэля, который с изумлением наблюдал за тем, как она поглаживает огромные головы мастифов. Обернувшись, она удостоила его холодным взглядом:

— Ну что, ты идешь? Собаки доверяют мне, но животные чувствуют разницу между людьми достойными и недостойными, и я не уверена, что мне хватит сил защитить тебя.

Он вновь попытался взять ее за руку, но самый большой из псов поднял голову и предостерегающе зарычал. Габриэль не стал искушать судьбу и молча пошел за Лиззи к выходу.

Так, в молчании, они миновали сад и вышли через ворота в поле. Только тут Габриэль обрел дар речи:

— Как тебе это удалось?

— Животные мне доверяют.

Он с недоверием хмыкнул, однако Лиззи проигнорировала его и решительно зашагала вниз по склону, втайне надеясь, что он наконец отстанет. Становилось все светлее: розовый небосвод уже превратился в нежно-бежевый. В зарослях кустарника запели первые птицы. Меньше чем через час совсем рассветет.

— Где, черт побери, твои туфли? — единственное, о чем он спросил ее спустя несколько минут.

Лиззи остановилась так внезапно, что Габриэль с ходу налетел на нее, едва не сбив с ног. Однако Лиззи была слишком расстроена, чтобы обращать внимание на его приглушенные проклятия.

— Я оставила их неподалеку от особняка! — воскликнула она. — Мне нужно вернуться назад.

Она метнулась было назад, готовая отправиться на поиски туфель, но Габриэль успел перехватить ее.

— Не вздумай возвращаться, — заявил он. — Счастье еще, что тебя там никто не видел.

— А как же лорд Чилтон? — возразила она.

— А вот он, кстати, самый опасный из всех. Если ты вернешься за туфлями, не факт, что тебе разрешат уйти оттуда.

— Это моя единственная пара обуви! Не могу же я бросить, их.

— Раньше надо было об этом думать. С какой стати ты их вообще сняла? Что, снова захотелось потанцевать при лунном свете?

— Без обуви я могла бежать быстрее, — мрачно объяснила она.

— Не переживай, найдем тебе другие. В Хернвуд-мейноре полно всякой обуви. Леди Элинор и Эдвина обожают делать покупки.