(Не) Золушка - Екатерина Сергеевна Богушева

— Марьяна? Успокойся…

Марьяна закричала: — Как мне это сделать, Пётр?!! Когда я лишилась…

— Рассудка… старая сучка!

Вставила Ивон

— Я лишилась самого любимого мужчины в своей жизни! Мы были так близки! Мы были с ним… а-а-а-а!!! Игоооорь!!! Не покииииидааааай, меееняяя!!!!

Она театрально вскрикнула и кинулась на гроб, который уже опускали вниз… Оттаскивать ее кинулись какие-то две женщины и двое мужчин.

— Мы были идеальными, мы были… Игорь любил меня! Игооореееек!!!! Как же ты мог оставить меня??! Ты так меня лююююбиииил!!!!

Громов откашлялся, заметив:

— Марьяна, он развёлся с тобой, за час до аварии получил свидетельство. Сегодня тебе должен прийти твой экземпляр…

Марьяна видимо не ожидала такого. Она быстро пришла в себя. Надела чёрные очки и посмотрев на гроб, который опускают вниз, заключила, кидая вниз жменю земли

— Падла

Развернулась и расправив шляпу, поспешила покинуть кладбище.

Марьяна

ГЛАВА 11

Поминки. часть вторая

— Старая, сучка!!!

Крикнула ей вслед Ивон, сжала мою руку в своей и мы поехали в ресторан на поминки. Людей которые захотели поехать в ресторан оказалось меньше, чем тех, кто пришёл на кладбище попрощаться. Ну это и понятно, все занятые люди.

Я сидела за столом и ковыряла вилкой кусок жареной форели. Аппетита не было ни на грамм. Да ещё позорное представление которое устроила Марьяна тоже как-то немного расстроило. Сама же зачинщица на поминки все же приехала. Сидит напротив Громова старшего и пьет из бокала вино.

Я же не могла есть, меня мутило и кажется, в глазах заиграли искры… голос подруги вернул меня к реальности:

— Лиля, ты должна что-то поесть. Так нельзя, сама не хочешь, о ребенке подумай. Его же кормить надо. Ну, ка, давай, чего тебе хочется, осмотрись.

Понимая, что подруга от меня явно не отцепиться, я согласно кивнула

— Хорошо, хочу солёных грибов и селёдки

Ивон вышла из-за стола

— Сейчас всё принесу.

Подруга побежала между столиками, когда стул рядом скрипнул и… я увидела Громова. Он поставил передо мной вазу с солёными грибами.

— Твои грибы…

— Уйди пожалуйста, видеть тебя не могу…

Я спрятала лицо в ладонях, но, Громов усмехнулся и отнял руки, отведя их в сторону

— Ну что ты ангелочек, как всегда прячешься от меня?

— Заткнись, Громов!!! Закрой рот и не смей так меня называть! Зачем ты пришёл??! Сделать мне ещё больнее?! Уходи, убирайся отсюда! Я видеть тебя не хочу! Ты мне противен!

Вскочив на ноги, я вышла из-за стола и побежала прочь из кафе. Я не могла так больше, слишком больно мне было видеть его. Чувствовать его пряный аромат, быть рядом и не иметь возможности коснуться его, поцеловать… Я выбежала из ресторана, Громов за мной. Он догнал меня у дороги, схватил за руку и развернул лицом к себе

— Пусти меня, Громов!!!!

— Нет!

— Я должен жениться на Виктории, так надо. Для бизнеса и для нашей семьи!

— Ты меня предал!!! Громов и чтобы ты сейчас не говорил, мне на все твои оправдания плевать. Ты спишь с ней?

— Какое это име…

— Ты с ней спишь??!

Рявкнула я на него

— Да и ты, судя по твоему животу, время в тюрьме с пользой провела

Я с силой ударила его по щеке

— Ты прав, Громов… А теперь проваливай!!! Подлая ты тварь!

Я уже рыдала так, что это уже было похоже на рёв или истерику.

Громов выругался: — Лиля, блин

— Что у вас здесь происходит?!

Увидев Громова старшего, я утерла слёзы… Рядом с ним стоял неизвестный молодой мужчина, лет двадцати девяти примерно на вид. Может чуть меньше.

Блондин, с золотым перстнем на большом пальце правой руки, которую он мне и протянул, видимо в знак приветствия.

Громов Пётр Иванович обратился ко мне:

— Лиля, это Стефан Паради. Он сын главного компаньона твоего отца. Я думаю, что вам стоит познакомиться.

Стефан Паради улыбнулся — Вечер добрый. Примите мои соболезнования, Лиля Игоревна…

Я пожала его руку в знак приветствия… и ляпнула в ответ что-то непонятное.

Стефан мило мне улыбнулся и ушёл… А я резко оттолкнула от себя Громова и тоже поспешила вернуться в ресторан.

Ивон обняла меня и усадила на стул, притащила мне и селёдки и грибов… а потом начался ужас… такой, от которого мне захотелось провалиться сквозь землю. С огромным букетом чёрных роз в кафе вошёл Воронов. Он под удивлённые взгляды собравшихся, подошёл ко мне и заявил

— Лиля Игоревна здравствуйте, вижу у вас траур? Вы горюете… Вот…

Он протянул мне цветы… Чёрные розы, среди которых обнаружился пучок чертополоха… Широко улыбнулся:

— Я пришел сказать вам, что на этом ваши неприятности не заканчиваются, а ваше горе скоро станет ещё тяжелее. Скоро там на кладбище появится и ваша могила… Я вам клянусь, что вскоре вы сами захотите умереть, будете умолять меня о смерти, потому как жизнь ваша будет просто не выносима. Вы почувствуете все то, что пережил я по вашей вине.

Мне было обидно и стыдно. Все смотрели на меня как на урода в цирке. Мне стало дурно. Голова кружилась, а слёзы так и подкатывали вместе с всхлипами к горлу.

— Вы убийца Лиля. И вы понесете наказание за то, что сделали. Пусть все знают, кто вы такая.

— Когда вы прекратите это?!!

Вскипела я, вскакивая на ноги

— Вы — мерзкий паразит, Воронов. Вы дурак, что не хочет видеть правды! Или за этим стоит что-то ещё??!

Меня трясло и я кричала уже в голос, который дрожал и ломался. По щекам текли слезы, я кричала в ответ на его крики. Воронов кричал на меня:

— Ты — жива и у тебя будет ребёнок! А моей сестры больше нет и её ребёнка тоже нет! Слышишь ты??! Она была беременна!!! А из-за тебя и отец мой умер и мать повесилась!!! Мне то как теперь жить, зная что вся моя семья предана земле??! А знаешь… задушу ка я тебя собственными руками!

— А давай!!! Задуши!!!

Выскочив из-за стола, я подскочила к Воронову и закричала

— Давай, чего стал?! Вот я тут стою перед тобой, души!

Воронов молча смотрел на меня, не шевелясь…

— Ну, давай! Я убийца?! Я??! Давай, убей убийцу!!! Может легче станет, тебе, уро…

Я заткнулась, Воронов с абсолютно не понимаемым лицом, глядя мне в глаза, схватил со стола стакан воды и выплеснул его содержимое мне в лицо…

— Остынь… скажи спасибо что ты ребёнка