Губительные секреты - Нева Олтедж

— Да. Он просто сказал, что хочет обсудить бизнес, никаких других деталей.

— Я знаю, что они в основном имеют дело с наркотиками. Слышала, как мой дедушка однажды упоминал об этом, но это все. Мой отец, возможно, знает больше. — Я смотрю на Дамиана. — Лука встречался с Аджелло раньше?

— Насколько я знаю, нет. И он бы упомянул о чем-то подобном.

— Тогда можно смело спросить Франческо, — говорит Лука. — Я позвоню ему, скажу, что мы заглянем выпить кофе. — Он наклоняется и легонько кусает меня за ухо, затем шепчет: — Иди, переоденься. Надень розовое платье, которое мне нравится. Я беру тебя с собой, и мы можем сходить куда-нибудь пообедать на обратном пути.

Я встаю из-за стола и направляюсь к двери, но затем останавливаюсь и смотрю на Луку через плечо.

— Я думаю, что надену темно-синее.

— Изабелла.

Я внутренне улыбаюсь его тону. Его безмерно бесит, когда отказываюсь выполнять его приказы.

— Да?

— Розовое платье.

— Если ты настаиваешь. — Я улыбаюсь и иду дальше.

Я на полпути к двери столовой, когда слышу шепот Дамиана:

— Тебе нужно ослабить поводья, Лука, или она взбесится.

Я улыбаюсь. Если бы только Дамиан знал, как сильно меня заводят приказы его брата…

* * *

Когда двадцать минут спустя сажусь в машину к Луке, одетая, конечно же, в розовое платье, он необычно спокоен и, по-видимому, сосредоточен на своих мыслях. Я не обращаю на это особого внимания, но когда Лука не произносит ни слова почти до середины пути к особняку Агостини, решаю, что он слишком задумчив.

— Что такое? — я спрашиваю.

— Ничего.

— Лука, — вздыхаю я, — просто выкладывай.

Он стискивает зубы и сжимает руль.

— Я реально перебарщиваю? Тебе нужно, чтобы я «ослабил поводья», как выразился Дамиан?

– Насчет одежды?

— Насчет всего, — говорит он и смотрит на меня. — Тебе нужно, чтобы я ослабил поводья, Изабелла?

— Нет. Но, может быть, ты мог бы как-нибудь отплатить мне взаимностью. — Я ухмыляюсь и наклоняюсь, чтобы прошептать ему на ухо. — Я тут подумала, если ты держишь свой палец в моей киске, пока сплю, я могу делать это, пока ты ведешь машину.

Улыбаясь, протягиваю левую руку и кладу ее ему на промежность, слегка надавливая в нужном месте. Машина немного виляет, в то время как его член твердеет под моей ладонью. Лука поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня, и его ноздри раздуваются. Я нажимаю чуть сильнее, и он резко выдыхает.

— Отныне, — говорит он, — когда ты едешь со мной за рулем, твоя рука будет находиться именно там. Все это время. Я ясно выразился, Изабелла?

— Конечно, Лука.

Он искоса смотрит на меня, и я вижу, как уголки его губ слегка изгибаются.

— Когда мы вернемся домой, я трахну тебя так жестко, что ты не сможешь ходить.

— С нетерпением жду этого. — Я сжимаю его член.

— Сальваторе Аджелло? — рука Франческо застывает на полпути к чашке с кофе, его глаза широко раскрыты. — Криминальные семьи редко занимаются бизнесом вместе. Слишком велика вероятность конфликта интересов. И я никогда не слышал, чтобы Нью-йоркская семья обращалась к кому-то за сотрудничеством. Из того, что я слышал, он редко покидает Нью-Йорк. А членам других семей настоятельно, — он прочищает горло, — не рекомендуется посещать его регион без специального приглашения.

— А что, если кто-нибудь рискнет приехать туда без приглашения? — вмешивается Изабелла.

Пока мы ехали в машине, договорились, что она будет задавать вопросы, чтобы не вызвать никаких подозрений в случае, если я оступлюсь и в какой-то момент упомяну Аджелло в присутствии Франческо.

— В конце концов его отправляют обратно домой. В мешке для трупов. Иногда в нескольких мешках, — говорит Франческо, затем поворачивается ко мне. — Будь осторожен, Лука. К этому человеку нельзя относиться легкомысленно.

— Ты с ним встречался? — спрашивает Изабелла.

— Нет. Но твой дедушка встречался. Он ему не нравился. Он говорил, и я цитирую: «Есть просто безжалостные люди, а есть Сальваторе Аджелло». Он не стал вдаваться в подробности, только упомянул, что никогда не встречал человека, который казался бы таким мертвым внутри.

— Звучит многообещающе. — Я улыбаюсь. — Сколько ему лет?

— Понятия не имею. Он был капо, пока не возглавил семью два года назад, так что предполагаю, что ему за сорок или пятьдесят. Насколько знаю, его фотографий нет. Я никогда не слышал, чтобы он посещал какие-либо публичные мероприятия. То, как он занял должность дона, вызвало настоящий переполох. Он ворвался на семейное собрание и убил старого дона и остальных шестерых капо.

— Маньяк, — я фыркаю. Идеальный.

Франческо наклоняется над столом.

— Если ты согласишься сотрудничать с ним в чем-то, это потенциально может принести нам миллионы. Никто не может это подтвердить, но ходят слухи, что ему принадлежит половина Нью-Йорка.

— Посмотрим. — Я пожимаю плечами и делаю глоток кофе.

Глава 19

Лука входит в парадную дверь, когда я спускаюсь по лестнице, и в этот момент его хмурый взгляд останавливается на мне. Он скользит взором по моей белой рубашке и облегающей бежевой мини-юбке и встречается глазами с моими. Я ухмыляюсь и опираюсь бедром о перила, наслаждаясь выражением неудовольствия, появляющимся на его лице. Не прерывая зрительного контакта, он медленно поднимается по лестнице и останавливается на ступеньку ниже меня.

— Я думал, что выбрал для тебя сегодня темно-синее платье, Изабелла, — говорит он и обнимает меня за талию, притягивая к себе. — Разве не так?

— Все так. — Я поднимаю голову и улыбаюсь. — Но я хотела посмотреть, что произойдет, если не сделаю то, что ты сказал. Может быть, я с нетерпением ждала, когда меня… накажут за мое недостойное поведение.

Уголки губ Луки приподнимаются, и его рука опускается ниже, сжимая мою ягодицу.

— В спальню, — шепчет он мне на