Суданская роза - Юлия Чалова

- Ладно, мне только одно непонятно. Денис Забалуев, мой бывший. Он-то как узнал о суданской розе.

С полминуты Астахов молчит и сосредоточенно выруливает в боковые проулки, объезжая гигантскую пробку в центре.

- Мы с Забалуевым какое-то время работали вместе над этим делом, он привлекался в качестве эксперта в области криминальной сексологии по нескольким эпизодам «суданской розы». Тогда в городе с интервалом в несколько дней пропало четыре девушки и снова всплыла эта метка. Но внезапно Денис всех огорошил заявлением о том, что уходит. В смысле – увольняется. Говорил, про то, что планирует себя попробовать в научной сфере, устал от всего и хочет более спокойной работы.

Вжимаюсь в спинку автомобильного кресла и чувствую, как будто меня окатили ледяной водой. Так, выходит, вот на каком деле окончательно выгорел Денис – да так, что ему пришлось увольняться с работы?

Становится еще страшнее от того, что я в течение суток находилась в руках Матвея Сотникова. И сейчас я начинаю полностью понимать, каково было Владу - он ведь отлично знал, на что способен Матвей.

- Слава, - нерешительно начинаю я и слишком долго пытаюсь подобрать нужные слова, - а по поводу Матвея Сотникова и того, что с ним стало…

Замолкаю, продумывая дальнейшую линию разговора. Не хочу навлекать снова какие-то подозрения на Влада, хотя прекрасно понимаю, что Слава в курсе происходящего. Когда мы с Владом уезжали из того дома в горном поселке, с ним разминулись всего на час.

- Яна, технически все обстоит очень даже складно. Ликвидирован лидер преступной группы, промышлявшей заказными убийствами. Многое указывает на то, что у них там случились какие-то внутренние разборки. По крайней мере, эта версия выглядит вполне обоснованной. Ну мало ли, что они могли не поделить? Видеокамер, фиксировавших происходящее в доме или во дворе, нет. Так что… Хотя, тут, как посмотреть. По этому делу вообще, кроме самой суданской розы – вопросов масса. Стараниями Пеструхина-старшего меня вообще попытались отстранить от ведения этого дела. Ну а сегодняшний случай на закрытой дороге больше походит на банальную перестрелку между бандитами. Остается понять, как там оказался Забалуев, но учитывая доказанный факт его связи с «суданской розой», полная картина происходящего – лишь дело времени.

- Доказанный факт связи? – переспрашиваю я, все еще не веря в услышанное.

- Яна, за твоим офисом установили видеонаблюдение. И есть записи, на которых видно, что конкретно Денис делал в твоем офисе и как он оставил послание в виде рисунка на дверях лифта.

Видеонаблюдение? Мгновенно вспоминается звонок Иштвана, который оказался на этаже сразу после взрыва. Что если и он тоже как-то засветился на камерах?

- Так, а кроме Дениса вы там больше никого не видели?

Мой вопрос так веселит Славу, что он не удерживается и громко прыскает со смеху.

- Ты этому Вёрешу передай, что он пусть либо изображает из себя мастера по установке интернета, либо уже до конца входит в роль владельца бара. А то – разночтения выходят и досадные неувязочки. Хотя, идея хорошая. Взрывом повредило кабели, кто-то вызвал мастера. Опять же, логично.

Обескураженно молчу, все еще пытаясь осознать, что Влад во всей этой истории каким-то чудом не фигурирует. Собственно, мне больше ничего и не нужно. Чуть расслабляюсь и в этот момент мы подъезжаем к больнице, куда увезли Влада. На въезде паркуемся рядом с внедорожником Иштвана.

- Слава, только один вопрос. Что у вас за война с Вёрешом? Так понимаю, вы знаете друг друга?

Астахов усмехается и достает из бардачка пачку сигарет. Никогда не видела, чтоб Слава курил, сегодня такое – впервые на моей памяти.

- Знакомы. Дело давнее. Нам нравилась одна девочка, но она выбрала меня. Мила сама сделала свой выбор, чем я очень рад и вскоре мы поженились. С тех пор – дружбе конец. Впрочем, Вёреш умеет достойно проигрывать и он просто ушел из её жизни.

- Так вы дружили?

- Да, было дело… - задумчиво произносит Слава и его голос тут же обретает привычные деловые интонации, - а по текущей ситуации поступим так. Ты будь готова к тому, что я тебе еще позвоню, надо будет кое-что прояснить, но это уже так, детали. Вы тут такой бардак развели, что мне с неделю, а то и - дольше, корпеть над всеми этими бумажками.

- Слава, спасибо за все, что ты делаешь, - от волнения голос сипит и слова получаются какими-то сдавленными.

- Береги себя, Янка, - улыбается Астахов и в этот момент я чувствую, как с души падает тяжелый груз.

Вспоминаю, его последнюю фразу с того неудачного свидания, когда я в итоге уехала прямиком к Владу. Восемь лет назад.

«Янка, если тебя кто-то обидит – дай мне знать. Я мигом окажусь рядом»

Захлопываю дверцу старенького «Хёндэ» и, чуть поеживаясь от чересчур ранней сентябрьской прохлады, поднимаю взгляд на многоэтажное здание городской больницы. От волнения перехватывает дыхание и только теплый, мягкий баритон Иштвана понемногу возвращает меня к реальности.

- Влад на операции. Пока новой информации нет, надо подождать.

Встречаюсь с ним взглядом и пытаюсь понять, какую часть важной информации он от меня утаивает? Я точно знаю, что он мне скажет только то, что мне сейчас полагается знать – и ни словом больше. Но и особо врать тоже не станет, по крайней мере в данной ситуации.

Поднимаемся в отделение и занимаем небольшой кожаный диванчик в конце коридора. Чувствую, как снова впадаю в какое-то оцепенение, но Иштван не особо дает мне провалиться в себя.

- Яна, я никуда не уйду, пока мы не получим новости о Владе. Я буду с тобой, не бойся.

Вместо ответа шмыгаю носом и едва сдерживаю слезы.

- Оперируют на этом этаже?

- Нет, его сюда перевезут по окончании операции. Я уже все узнал. Пока надо немного подождать. Никуда не уходи, я сейчас.

Иштван уходит и минут через пятнадцать возвращается с парой стаканов кофе и бумажным пакетом, в котором оказываются гамбургеры.

- Не хочу, я просто не смогу, - вяло пытаюсь отбрыкнуться я, понимая, что меня не станут слушать.

- Так, Яна. Ты волнуешься и я прекрасно понимаю, что сейчас тебе кусок в горло не полезет. Но голодными обмороками ты Владу не поможешь, это гарантированно. Так что, гамбургер и сладкий кофе тебе сейчас необходимы.

Без аппетита вгрызаюсь в гамбургер, но расправляюсь с