27 шагов навстречу - Дарья Тоин

— Всё, Рашевский, если понял — отвали и действуй, а я спать.

Снова улыбнулся, хорошо. 2 билета, так 2 билета. Где там мой телефон?

— Слушай, а... — Замираю. — Почему вы расстались?

— Тебя же устроило твоё ночное объяснение.

Проворчал.

— Не устроило.

— Ммм... — Подняла руку, требуя мою. — Артуру тридцатник, и он ревнив?

Сплела пальцы.

— Нель... Да.

Чувствую, как улыбнулась.

— Мы в последние два года сильно отдалились, а свадьбу назначили под давлением родителей с их "пора бы уже". Я.. знаешь, просто начала понимать, что видеться раз в две недели, ссориться и терпеть друг друга — это не про брак.

— О как...

— Ну, просто... Я сначала думала, что мы затянули со свадьбой, пока была эта влюбленность, а потом начала видеть его.. ну, минусы и.. было как-то внутри мерзко, понимаешь?

Обернулась, взглянув. Я искренне пытаюсь понять.

— И?

— Ну, Света сказала, что вряд ли это любовь.. и я согласна.

— Что насчёт меня?

— Ой, ты с самого начала осёл, Артур.

Усмехнулся.

-----

— А если серьёзно, Нели?

Едва касаюсь ее волос, почему-то до сих пор не осознаю, что она на самом деле рядом. Всё же нужно хоть немного поспать.

Разбудил звонок от Марджери и следом стук в дверь. Убрал с мышонка руку, достал вторую из-под её головы, быстро вскочил и вышел за дверь.

Джи еле сдерживает смех, копаясь в волосах.

— Вы помирились?

— Мы и не ссорились. — Прошел на кухню. — Санчес скоро заберёт?

Следует за мной.

— Yeah, если я больше не нужна...

Мне неловко, и, вероятнее всего, я перемудрил.

Может, приготовить что-нибудь? Только не омлет, конечно. Но кроме яиц и молока, да снеков ничего не осталось...

Нели копается в моей очередной неудаче, зевая и не переставая смеяться, пока я отшарикаваю сковороду.

— Это ужасно, Артур! Просто ужас...

Джи поддакивает.

— Ну, я предупреждал.

— Ой, обиделся... Кто тебя просил вообще портить продукты, ослик?

Выключил воду.

— Совесть, Нели.

— Зато он честный. — Встревает Джи, посматривая на часы.

Нели пробует снова, сразу морщится.. всё так плохо?

— Как вообще омлет можно так испортить!?

— Ну, теперь ты видишь, как...

Я на самом деле старался, даже нашел рецепт в телефоне, самый простой, оптимальный. Но задумался и не учел, что эта плитка печет так сильно... С бутербродами было намного проще.

— Ладно, собирайтесь. Тут недалеко есть ресторан...

Два раза говорить не надо, обе ушли к ней. Нужно хоть что-то сделать с её ногой.

И забронировать билеты, отменив бронь в Рио.

Нели

Это был самый вкусный бургер, который я когда-либо ела.. такой сочный-сочный. И даже признала, что зря возмущалась, когда он привез нас с Марджери сюда, та лишь снисходительно взяла меня под руку и сказала, что-то похожее на "не суди по названию".

Нет, я ждала какой-нибудь великолепно великолепный "Great great", а передо мной был "The barking dog". И уж собачек я перевести могу.

Красивое, кстати, место, атмосферное...

Газончик зеленый, деревце, столики деревянные и внутри так уютненько, что уходить совершенно не хочется.

Потом мне сказали, что это одно из лучших мест в городе, и я растаяла... Только не от этого, а от того, что Артур весь ужин не отводит взгляд.

О, чувствую себя влюбленной старшеклассницей, стараясь жевать как-нибудь покрасивее... Безуспешно, ещё больше мараюсь, от чего он смеётся и протягивает салфетку за салфеткой.

Но сочно же, вкусно!

— Какие планы на вечер?

— Планирую оставить тебя с дедом и Мартой.

— А сам?

— Артем дал задание...

Отмахнулась.

— Фу, как скучно!

— Ты планировала, что я буду рядом?

— Конечно, я даже готова подавать тебе трость.

Закатил глаза. Усмехнулась, подмигнув.

— Видишь! Я же говорю, это заразно.

Спустя десять минут приехал Санчес с детьми, немного посидел с нами и забрал уставшую Джи туда.. в тот домик на краю океана, который я больше не увижу.

И от этого так тоскливо. Это место покорило своей красотой, своим суровым, но добродушным темпераментом. Я обязательно вернусь сюда... И, надеюсь, что вместе с ним.

С этим человеком, вдыхающим холодный ветер, укутывающим мои плечи в его же куртке.

С этим редкостным упрямцем, что сейчас слишком мило поправляет воротник, следя за каждым своим жестом, словно боясь перейти черту. Стоит только встать на цыпочки, и я вновь коснусь его, поцелую...

— Ты такой нерешительный, Артур. Серьезно!

Усмехнулся, щелкнув по носу, так и не отпуская взглядом ворот.

Нет, ну, разве так можно?

— Арту-у-ур...

— Что? Я наслаждаюсь моментом. Цени мелочи.

Наслаждается он.

— Нанаслаждаешься ещё...

— Нацелуешься ещё.

— Да тьфу на тебя!

Вырываюсь, развернувшись. Прихрамываю, только сейчас заметив, что не знаю, где нахожусь. С ним этот вопрос даже не вставал, и за дорогой я не следила.. и куда теперь!?

— Нель...

Ничего-ничего, мы гордые.

— Нели. — Уже ближе.

Поднимаю подбородок повыше, прячу руки в его карманы.

— Отель в другой стороне, мышонок.

Оборачиваюсь, желая высказать.. но вместо этого попадаю в капкан его рук на моих щеках, лукавый взгляд и последний вздох перед поцелуем.

Так и стоим.. я не выпускаю рук из его куртки, пытаясь устоять на ватных, и он слишком довольно касается мелкими укусами.

Это.. по праву... Самый... Вдох... Самый... Выдох Самый... странный поцелуй, какой у меня.. ну, нас.. когда-либо был..

Мне одновременно и смешно, и здорово до умопомрачения.

Шепчу, пока он на миг отрывается.

— Ты очень стра-а-анный...

Заглядывает в глаза.. какой он довольный! Жу-у-уть! Зуб даю, он меня специально бесил!

— Я рад.

Снова прикусывает губу, уже поглаживая пальцами шею, от чего хочется мурчать и чесать лапкой, нежась и подставляя себя всю.

На выдохе заканчиваю.

— И самодовольный.

В ответ лишь обдает новыми импульсами, виток за витком поглощая своим нереальным уютом.

Кажется, в этом вечере.. всё вело именно к этому. И даже мелькающие рядом силуэты, замирающие возле нас, даже притормаживающие машины стоят того, чтобы отпечатать в памяти.

И именно в тот самый-самый эйфорийный, крутой момент, когда мои кулаки разжимаются, вылезают из кармана и стремятся к его рубашке, именно тогда он всё обрывает и тянет меня, непонимающую, за собой...

— Эй..

Это называется "Обломал". Буднично, словно ничего и не было:

— Тебе мало?

— Да!