Ночь напролет - Джейн Энн Кренц

Прошло уже достаточно времени, когда Люк вслед за Айрин вошел в двери гостиничного номера и быстрым оценивающим взглядом окинул помещение. Сегодня, прежде чем выйти из номера, Айрин зажгла свет везде – в обеих спальнях, где воткнула в розетки ночники, и даже в ванной. Люк видел, как она успокоилась, убедившись по возвращении, что номер по-прежнему освещен.

– С учетом имеющихся обстоятельств, по-моему, все прошло хорошо, – сказала Айрин, опускаясь на край кровати. – Но я хочу тебя кое о чем спросить.

Айрин наклонилась, чтобы расстегнуть черные босоножки на высоком каблуке, которые безумно волновали Люка. От ощущения интимности ситуации его обдало жаром и закружилась голова. Правильно, думал он, что они приехали вместе и что он сейчас может наблюдать за тем, как она раздевается, – все так и должно быть.

– О чем? – спросил он, снимая смокинг.

– Прежде всего о том, что происходит между Хакеттом и Кейти?

Люк замер.

– Между Хакеттом и Кейти?

– У них какая-нибудь проблема?

– Мне об этом ничего не известно. – Люк, встав перед зеркалом, ослабил галстук. – А почему это пришло тебе в голову?

Выпрямившись, Айрин посмотрела на Люка в зеркало. Их взгляды встретились.

– Твой брат так странно смотрел на нее весь вечер, а она, когда он оказывался рядом, очень странно себя вела. Я уловила между ними какое-то напряжение.

– Понятия не имею, но беспокоиться, думаю, не о чем. Они знают друг друга с пеленок. Если и есть у них какая проблема, то они ее решат сами.

– Наверное, ты прав. – Айрин слегка наклонила голову и принялась расстегивать сверкающую серьгу. – В любом случае меня это не касается.

Люк обернулся и очень твердым шагом подошел к ней.

– Тут ты не права, это тебя касается.

Айрин потрясенно застыла на месте.

– Почему это?

– Ты теперь со мной. – Люк мягко поднял ее на ноги. – Нравится тебе это или нет, а пока мы вместе, ты член нашей семьи. И это дает тебе право высказывать свое мнение.

– Ты уверен?

– Уверен.

– Ну, тогда, по-моему, родственники у тебя замечательные.

– Да ну? – Люка ее слова позабавили. – А мне на ум приходят другие слова: например, «надоедливые», «назойливые», «сующие нос не в свое дело».

Айрин рассмеялась:

– Такое тоже есть. Думаю, эти качества можно адресовать всем родственникам.

Люк положил руку на спину Айрин, медленно расстегнул молнию ее маленького черного платья.

– К счастью, сейчас никого из моих родственников со мной рядом нет. Поэтому признайся, ты всегда носишь черное?

– Нет, – ответила Айрин. – Не всегда. Иногда я вообще ничего не ношу.

– Меня это устраивает.

Айрин зашевелилась в смятых простынях. Ей казалось, что ее тело после занятий любовью превратилось в какую-то аморфную массу. Она чувствовала себя абсолютно удовлетворенной и до странного спокойной. Ощущение это, она знала, пришло ненадолго, но она была довольна и тем, что есть.

В свете ночника она видела рядом с собой Люка, лежавшего на животе. Его лицо на подушке было полускрыто тенью. Нижняя часть тела небрежно прикрыта простыней. Люк – восхитительный, материализовавшийся в реальности плод ее самых сокровенных фантазий – выглядел необычно, загадочно и очень мужественно.

Айрин погладила его гладкую спину, наслаждаясь теплом и силой, которые он излучал.

– Ты не спишь? – шепотом спросила она.

– Теперь нет. – Люк повернулся на спину и подложил руки под голову. – В чем дело? Не спится?

– У меня есть еще вопросы.

– Ну, спрашивай…

– Я знаю, мне не стоит бередить эту тему, – вздохнула Айрин, – тем более сейчас для этого не время. Во всех книгах, где даются полезные советы, говорится, что обсуждать прежний опыт близких отношений вообще не следует, а в постели и подавно.

Высвободив из-под головы руку, Люк поймал ладонь Айрин и поцеловал ее пальцы.

– Ты хочешь знать о Кейти? – спросил он.

– Ну, мне просто любопытно, – призналась Айрин. – Я наблюдала сегодня за вами и поняла, что вы друзья. Между вами не чувствуется вражды. Напротив, вы, кажется, с нежностью относитесь друг к другу. Я просто не могла удержаться, чтобы не спросить. Почему у вас ничего не получилось?

С минуту Айрин казалось, что не дождется ответа. Люк лежал, уставившись в потолок над головой, словно рассчитывал найти там вдохновение.

– Это я виноват, – наконец проговорил он.

– Как так?

– Помнишь, я говорил тебе, что после увольнения из морской пехоты разработал стратегию, которая должна была мне помочь вписаться в реальный мир?

Айрин кивнула:

– Ты еще сказал, что женитьба на Кейти являлась частью этой стратегии.

– Я не сразу, но все-таки понял, что Кейти согласилась выйти за меня исключительно по доброте душевной, чтобы не обидеть меня своим отказом.

– Ты в этом уверен? – спросила Айрин после паузы.

Люк глубоко вздохнул.

– Все в нашей семье восприняли идею нашего брака с большим энтузиазмом. Они оказывали на Кейти давление. Думаю, ей доступно объяснили, что в случае отказа я могу кинуться с моста вниз головой.

– И ты осознал это во время того злосчастного уик-энда на побережье?

– Конечно. – Люк помолчал в задумчивости. – Этот уик-энд, как и все остальные элементы своей стратегии, я спланировал до мелочей. Номер для новобрачных заказал.

– Ну надо же!

– Видела бы ты этот номер! Он выглядел как свадебный торт, черт возьми! Весь в голубых и белых тонах, кругом позолота. Круглая кровать, а сверху свисает эта дурацкая кружевная штуковина. В ванной – мрамор и золотая арматура.

– Черт возьми! Это тебе не номер в «Восходе над озером».

Люк метнул в нее угрожающий взгляд.

– Так ты хочешь услышать, как все было, или нет?

Айрин, подтянув колени к груди, обхватила их руками.

– Жду не дождусь, когда узнаю, что случилось дальше.

– А дальше я пошел в ванную раздеться.

– И?.. – подтолкнула его Айрин.

Люк откашлялся.

– И там я совершил свое маленькое открытие: взглянув на себя в зеркало, я понял, что слишком стар для Кейти.

Айрин зажала ладонью рот, чтобы не расхохотаться.

– Я очень живо себе это представляю.

– Может, ты слышала о невесте, которая, переволновавшись, в брачную ночь боится выйти из ванной?