Взгляд ястреба - Мэдлин Бейкер

Потит открыл для нее ворота, и она сделала круг — шагом, рысью, галопом, но почему-то это не доставило ей радости. Карли говорила себе, что отсутствие Зейна Роуна Игла никак не связано с тем, что у нее пропал интерес к верховой езде, но она знала, что обманывает себя.

Карли собиралась закончить упражнения, когда внезапно послышался знакомый голос.

— Женщина, сколько раз я должен говорить вам, что пятки нужно опускать вниз?

При этих словах она выпрямилась, расправила плечи и опустила пятки. В ней снова проснулся интерес.

— Вот так лучше.

Она упивалась его похвалой и сознанием того, что он рядом. — Ты можешь идти, — обратился Зейн к Потиту. — Я сам продолжу.

Карли пустила Сэма шагом и направила его к Зейну. На нем были выцветшие джинсы, темно-зеленая рубашка с закатанными выше локтей рукавами и поношенные сапоги. Широкополая шляпа была сдвинута на затылок. Один взгляд на его вызвал у нее необъяснимое волнение.

— Ну как? — спросил он. — Вам еще не надоело ездить кругами?

— Немножко.

— Не хотите проехать по тропе?

— Вы думаете, что я готова к этому?

— Я бы не предлагал, если бы думал иначе.

— Я не прочь, если вы хотите.

— Ладно. Подождите несколько минут, пока я оседлаю коня, и мы поедем.

Направляясь к конюшне, Зейн покачал головой. Он собирался заняться другой работой, но по какой-то причине, которую ему не хотелось уточнять, он крутился поблизости от конюшни. Его удивило внезапно возникшее чувство ревности, когда он смотрел на Карли и Потита, и это вызвало у него крайнее раздражение.

Выведя красивую гнедую кобылу из денника, Зейн быстро почистил ее, проверил копыта и оседлал.

— Готовы? — окликнул он Карли.

— Готова.

Она направила Сэма к воротам, которые Зейн распахнул перед ней. Бок о бок они стали удаляться от дома, следуя по широкой тропе, бегущей вдоль мелкого ручья.

Когда дом остался позади, деревья и кустарники стали гуще, местами полностью скрывая ручей. Слышался гомон птиц, воздух звенел от жужжанья насекомых.

— Здесь очень красиво, — заметила Карли.

— Верно.

— Вы коренной техасец?

— Нет. Я родился в резервации в Южной Дакоте.

— Вот как!

— А вы?

— Я родилась в Лос-Анджелесе. Вы когда-нибудь бывали в Лос-Анджелесе?

— Да, один раз.

— Вам не понравилось?

Он покачал головой.

— Слишком шумно. Слишком много людей. Слишком много машин. Мало лошадей… Как долго вы останетесь у Кларков? — вдруг спросил Зейн.

— Недели полторы, наверное. Я еще не решила.

— У вас, вероятно, отпуск?

— Да.

Несколько минут они ехали молча. Карли не могла припомнить, когда она чувствовала себя такой умиротворенной и довольной. Вокруг была сочная красивая зелень. Проезжая участок, заросший высокими деревьями, она оглянулась. Дом исчез из виду, и под ярким синим небом на многие мили не было видно ничего кроме деревьев и травы.

— Вы давно работаете у Кларков? — спросила Карли.

— Около четырех лет.

— Чем именно вы занимаетесь?

— Всем понемногу. Главным образом, объезжаю их лошадей. Иногда работаю с лошадьми, которых доставляют с других ранчо. Наверное, следует добавить в мое резюме, что я могу обучать верховой езде, — с улыбкой добавил он.

— Чем вы занимались, прежде чем начали работать здесь?

— Я служил по контракту во флоте. Мой старик надеялся, что я сделаю там карьеру, как он, но это оказалось не для меня. Я выступал на родео до тех пор, пока меня не затоптал бык.

— Какой ужас!

Зейн пожал плечами.

— После того, как вышел из больницы, я нанялся к Кларкам, — он натянул поводья, и лошадь остановилась. — Хотите немного отдохнуть?

Карли кивнула. Поблизости журчал ручей, и несколько трехгранных тополей отбрасывали легкую тень. Она собралась спрыгнуть с лошади, но Зейн снял ее с седла с такой легкостью, как будто она была ребенком.

Он медленно опустил Карли на землю. Ее груди скользнули по его мускулистой груди. Руки Зейна задержались на ее талии, и она, едва дыша, подняла на него глаза.

Его чувственные губы, полные и тонко очерченные, приковали к себе ее взгляд. Что, интересно, она почувствовала бы, если бы их губы слились?

Будто прочитав мысли Карли, Зейн наклонился и поцеловал ее.

Карли слегка откинула голову, и ее руки скользнули вокруг его шеи. Она удивилась внезапно вспыхнувшему желанию, когда его язык скользнул по ее нижней губе.

Потрясенная своей реакцией на его поцелуй, Карли в смущении отстранилась от Зейна. Никогда прежде поцелуй мужчины не находил у нее такого отклика и не вызывал необузданного желания забыть, кто она и где находится, и уступить сладострастному порыву тела.

Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Он слишком красив, и его поцелуи имеют опасную силу.

— Почему вы улыбаетесь? — спросил Зейн. Карли покраснела.

— Так, пустяки!

Он хмуро посмотрел на нее.

— Понятно.

Не задела ли она его чувства, улыбнувшись после того, как он поцеловал ее?

Подобрав поводья, Зейн повел обеих лошадей к ручью. Он стоял между ними, пока они пили.

Карли воспользовалась моментом, чтобы насладиться великолепным зрелищем. Длинные черные волосы Зейна блестели в лучах солнца. У него были широкие плечи и узкие бедра. Голубые джинсы подчеркивали длинные мускулистые ноги. Один его вид вызывал у Карли странные ощущения. Ее никогда не привлекали мужчины его типа, с развитой мускулатурой и длинными волосами. Она предпочитала худощавых мужчин с короткой стрижкой, которые носили портфели и костюмы от Армани, работали в офисах и были так же связаны с компьютерами, как она.

Зейн обернулся, и его грубоватая привлекательность и мужественность вновь поразили ее.

— Возвращаемся? — спросил он.

— Нам уже пора?

— Как хотите. Я просто подумал, что вы могли устать от седла.

Так и было, но Карли не призналась в этом.

Он помог ей сесть в седло, затем протянул ей повод и быстрым гибким движением вскочил на спину кобылы. Зейн ездил верхом так, будто он родился в седле. Его тело идеально повторяло ритм, в котором двигалось животное.

— Мы можем пустить коней вскачь? — спросила Карли, когда они выехали на ровное место.

— Конечно, если вы хотите.

Карли ударила пятками по бокам Сэма, и мерин пустился в галоп. Впервые она поняла, почему некоторые люди сходят с ума по верховой езде. От ветра, дувшего ей в лицо и развевавшего волосы, от шелеста высокой травы, и солнца, затоплявшего золотом просторы прерии, невероятно радостное возбуждение возникло у нее в душе. Оно давало ей ощущение свободы и силы, вторых у нее никогда раньше не было. Затем Сэм то ли споткнулся, то ли попал ногой в ямку.