Недостаточно хороша - Стелла Вайнштейн

Стоял чудесный осенний день. В прозрачном морозном воздухе ветви деревьев своей природной грациозностью будто бы расчеркивали небо черной японской тушью. Мы с Игорем сидели на скамейке посреди блеклого, как будто неживого газона и наспех уплетали умопомрачительно вкусные булочки с колбасой, обсуждая при этом обманчиво-простой на первый взгляд цикл Кребса. Его следовало заучить наизусть, а я вновь и вновь путала сукцинит и оксалоацетат. Игорь играючи заучил весь этот материал, так что в основном он старался тренировать меня.

– Ты говорила, вы с Аней знакомы еще со школы?

– Да, сидели за одной партой, а что?

– Просто удивительно, что она на третьем курсе, а ты только на первом.

– Так это потому, что я работала два года. Хотела скопить немного денег.

– В этом мы с тобой похожи, я всего год работал, а потом тратил деньги в Южной Америке.

– Ты обещал мне показать свои фотографии.

– Их несколько тысяч, я хочу привести их в порядок, но никак не нахожу на это времени. А сидеть три часа и смотреть чужие фотографии и врагу не пожелаю. Где ты работала?

– В одной ремонтной компании, в основном это была административная работа – заготовка планов, заказ материалов, работа с заказчиками. Мне нравилось. А в чем заключалась твоя работа?

– О, я провернул такую авантюру, что мама готова была меня убить. Связался по интернету с компанией, которая продает рамочки в Лондоне. Они помогли фальшиво записаться в колледж, таким образом я сумел достать студенческую визу. Жил год в Лондоне, сначала рамками занимался, потом начал сумки продавать.

– Так это же замечательно!

В Лондоне я никогда не была, в голове вихрем пролетели волшебными заклинаниями названия из книг – Бейкер-стрит, музей мадам Тюссо, Букингемский дворец! А он говорит об этом, будто побывать в Лондоне – это раз плюнуть.

– Смотря как посмотреть, – нахмурился Игорь. – На самом деле работа очень тяжелая, большой город чуть было меня не сломал.

– Неужели продавать рамки настолько тяжело?

– Понимаешь, я уезжал туда восемнадцатилетним. Считал, что мой английский – супер, а за рамками будут в очередь выстраиваться. На самом же деле мне пришлось навязываться людям, понимаешь? Это только называется красивым словом «маркетинг», на деле же ты нагло лезешь людям в душу, а они заслуженно обливают грязью, как могут.

– Расскажи подробней, что ты имеешь в виду?

– На меня не обращали внимания, насмехались над русским акцентом. В первый месяц я продал всего десять рамок. Обещали фантастические доходы по сто фунтов в день, а на самом деле эту сумму я заработал только за месяц. Конечно, врут все, ведь фирма ничего не теряет, только работает посредником. Рамки мы у них покупаем сами, наше дело – сбыть товар. Похожая схема у гербалайфа.

– А где ты жил?

– В том то и дело, что снимал квартиру вместе с такими же юными дурачками, как и я. Ни у кого не получалось продать товар за большие деньги, но все соревновались, как сумасшедшие.

– А что делать, если денег не наберешь?

– Собирать вещи и уезжать обратно.

Игорь замолчал.

– Подожди, расскажи, что было потом? Как ты выбрался из этой истории?

Он криво улыбнулся:

– Я стал лучшим из всех продавцов рамочек, которых видел Лондон. А потом послал все подальше и стал продавать сумки с почасовой оплатой в десять фунтов. Работа стабильная, и обманывать никого не надо. Сколько продалось – не мое дело. После этого я уже ничего не боялся.

– Поэтому и поехал в Южную Америку?

Игорь кивнул.

– Скажи, а ты был один?

– Поехал один, – загадочно ответил он.

– Но как же так можно? Неужели ты не боялся, что тебя могут ограбить, убить, а твоя мама так и не узнает, что случилось. Или, допустим, вдруг заболеешь, а помочь совсем некому?

– Всегда есть шанс кого-то встретить. Я – везунчик. Нашел же я тебя.

Какой он смелый. Я считала себя белой вороной, потому, что пошла работать в то время, когда все мои друзья давно учились. Поехать на край света совсем одной? У меня все это в голове не укладывалась. Я рассматривала его волевой подбородок, губы, сжатые в упрямую полоску, ровный аристократический нос. Где он взял столько сил?

– Ну и зачем тебе биоинформатика?

– Всегда любил программировать, – улыбнулся Игорь. – А мама хотела, чтобы я стал врачом. Нашли компромисс.

К нам подошел Борис, его прозвали «царь зверей», как чувствовала, что животное на вечере знакомств нужно было выбирать осторожнее.

– Игорь, послушай, – начал он, даже не поздоровавшись со мной. – Все делятся на пары, говорят, выдадут проект на следующей неделе. Будешь со мной сдавать?

– Почему бы и нет? – пожал Игорь плечами.