Я тебя никому не отдам - Олег Рой

В обозримом пространстве обнаружились сбитые простыни, вздыбленные подушки, перекрученное шелковое покрывало… смугловатое, блестящее в солнечном луче плечо… Таня! Он вспомнил рекламу – и пусть весь мир подождет! – и перекатился поближе к соблазнительно манящей добыче. Добыча не возражала. Все отодвинулось на «потом» – и брошенный у ресторана мотоцикл, и обещанный дом Александра Блока, вообще все дела. Но…

Как неумолимый конвойный безжалостно объявляет, что свидание окончено, так и окружающая действительность, выждав четверть часа, сурово напомнила о своем существовании.

– Какая бездушная с-скотина выдумала мобильники?! – прорычал Сергей, нашаривая на полу телефон. Послушал, буркнул «скоро буду» и повернулся к Тане.

– Черт бы их всех побрал со всеми их делами! Хотя дела скорее мои. Придется отлучиться на пару часов. Совсем забыл о назначенной встрече.

– Что ж, пойду вызволять мотоцикл, – усмехнулась Таня.

Но Сергей и слушать не стал.

– Даже не вздумай! Я обещал, что займемся этим вместе? А ты в одиночку собралась. Дождись меня, а? – он улыбнулся.

– Подождать тебя здесь? – изумилась она.

– Ну да, а что? Ты имеешь что-то против? – И, сурово сдвинув брови, погрозил девушке пальцем. – Только не вздумай сбежать!

– Я что, в плену? – Таня легко подхватила его шутливый тон.

– Да! – еще сильнее сдвинув брови, грозно прорычал Сергей. – Я тебя похитил и теперь никогда не выпущу! – он вскочил и, подхватив девушку на руки, закружил по комнате.

– Перестань, пожалуйста, мне больно! – взмолилась Таня.

Сергей осторожно поставил девушку на ноги и только сейчас заметил, что левая сторона ее тела вся в синяках и ссадинах.

– Ого! – изумленно присвистнул он, подумав мельком, что страсть, похоже, лучший в мире анестетик, ночью-то никаких проблем не возникло, словно и травм никаких не было. – В серьезный же ты поворот не вписалась. Еще и парочку крепких заборов по пути снесла? Или что-то посущественнее?

Ему казалось, что он удерживает тот же шутливый тон, но Таня почему-то рассердилась.

– Прекрати меня разглядывать! Мало ли что с человеком может случиться.

Схватив валявшуюся на подоконнике рубашку Сергея – бурно мы, однако, раздевались, подумал он, – Таня в мгновение ока набросила ее на себя и стала торопливо застегиваться.

– В таком виде ты еще более соблазнительна! – Сергей попытался обнять девушку, но она неуловимым движением ушла из-под его рук и тенью скользнула в сторону кухни. Вскоре оттуда донесся ее голос – уже совсем не сердитый, а солнечно-звонкий:

– Ты успеешь выпить кофе?

– С удовольствием, – крикнул он, обозревая недра платяного шкафа и прикидывая, как одеться, чтобы обмануть капризную питерскую погоду. – Чашки на верхней полке в…

– Нашла уже!

Нашла она не только чашки. Когда Сергей, наскоро побрившись и вообще приведя себя в относительный порядок, дошел наконец до кухни, на столе под мерно поблескивающим медным маятником старинных настенных часов вкусный кофейный пар обволакивал тарелку с аппетитными бутербродами. Все это было так уютно, что Сергей, увлекшись «настоящим семейным» завтраком, даже начал рассказывать о недавней поездке в Индию, так что Тане пришлось, улыбнувшись, демонстративно постучать по маятнику.

– По-моему, тебе давно пора.

– Да-да, побежал, – спохватился он. – На обратном пути проведаю твоего Росинанта и позабочусь, чтобы его все-таки покормили, несмотря на строптивый нрав и манеру сбрасывать хозяйку на всем скаку. У меня к нему проснулись самые нежные чувства, выразить не могу, как я ему благодарен… Ну, не скучай, я управлюсь часа за два.

Вернулся он, однако, через четыре часа с лишним, несколько смущенный – обещал быстро, а сам! – поэтому в квартиру вошел тихонько, словно виновато, неловко прижимая к груди охапку поздней сирени. Двинувшаяся было навстречу Таня остановилась на пороге гостиной, сквозь полумрак прихожей настороженно всматриваясь в темный силуэт у входной двери.

– Сергей?..

– Ну да, – откликнулся он. – А ты ждала кого-то другого? – шутка вышла несколько неловкой.

– Нет, конечно, – слабо усмехнулась девушка. – Но ты вошел так тихо…

– Ну… подумал, вдруг ты заснула. Не хотел тревожить.

На Тане по-прежнему была его белая рубашка. Стоя в проеме деревянной арки, озаренная лившимся из окна за ее спиной светом, превращавшим тонкую белую ткань в прозрачную тень, скорее подчеркивающую, чем скрывающую стройный силуэт, с пронизанными солнцем пышными волосами, похожими на светящийся ореол, девушка напоминала ангела с какой-нибудь старинной картины.

Сергей помотал головой, прогоняя наваждение.

– Докладываю, – сообщил он. – Мотоцикл по-прежнему стоит под надежной охраной. Жив, здоров, заправлен по самое горло, прекрасно себя чувствует, чего и тебе желает, и готов мчать свою хозяйку хоть до края света. Но, – Сергей, улыбаясь, воздел вверх указательный палец, – я решительно возражаю и вместо этого предлагаю прогуляться. Пешком.

– Восхитительная идея! – Таня улыбнулась. – Но… не сейчас. Мне нужно уехать.

– Об этом не может быть и речи! – категорически возразил он. – Ты ведь согласилась меня здесь дождаться? Значит, никакие срочные дела к тебе не взывают. А я смертельно расстроился, что пришлось отвлечься, и теперь не желаю расставаться с тобой ни на минуту.

– Придется, – мягко улыбнулась она. – Мне позарез нужно домой. Ну, в смысле, туда, где я остановилась. Там я смогу переодеться. Сам посуди. Гулять по городу в полной мотоэкипировке – по меньшей мере смешно. А уж как неудобно! Тем более что сегодня Питер решил порадовать настоящей летней погодой. В кожаном обмундировании через час от меня будет разить, как от скаковой лошади.

– Разве что как от ма-аленькой пони! – засмеялся Сергей. – Если это единственная проблема, то не гони коней, может, мы и здесь для тебя что-нибудь найдем… если хорошенько поищем, – хитро улыбаясь, он вытащил из-за спины левую руку и протянул девушке два фирменных пакета.

В том, что побольше, обнаружилась здоровенная белая коробка с витиеватой золотистой надписью.

Таня положила коробку на комод и робко приподняла крышку. Блеснул нежный атлас, точно прятавшийся в облаке паутинно-тонкой белой бумаги. Девушка отдернула руку и растерянно замерла над коробкой, словно не решаясь к ней прикоснуться.

– Ну же! – настаивал Сергей.

Прикусив губу и слегка нахмурившись, она наконец отважилась снять крышку и вытянуть содержимое на свет.

– Боже! Что это?

Нежная, точно невесомая, ткань волшебного платья струилась, казалось, буквально от взгляда.

– Это… это для меня? – выговорила наконец Таня – почему-то шепотом.

– Ну не для меня же! – Сергей, расхохотавшись, процитировал бессмертную фразу Попандопуло из «Свадьбы в Малиновке»: – Я такой фасон не ношу! – и, сделав загадочные глаза, добавил: – Вообще-то пакетов два…