Слово на букву "Л" - Клер Кальман

— Какие будут предложения? — Селин вопросительно выгибает брови.

Белла поспешно ставит на рисунок кружку с кофе и пытается придать своему лицу осмысленное выражение. Пусть думают, что она взвешивает ответ. О чем вообще идет речь: о йогурте или уже о дизайне загородной гостиницы? Она чувствует себя как нерадивая ученица. Белла Крейцер! Ты опять спишь!

— М-м-м… — начинает она, заглядывая в блокнот к Энтони и пытаясь прочесть подсказку, которую тот лихорадочно там строчит.

— Йогурт, — повторяет Селин. — Есть еще идеи насчет упаковки? Фокусная группа находит старый дизайн слишком простым. Клиентам нужен новый, интересный продукт.

— Я тут подумала, — глубокомысленно кивает Белла (вылитый креативный директор, который жить не может без мыслей об упаковке для йогурта), — и определенно считаю, что мы должны сконцентрироваться на чувственной концепции. Покупатель — я хочу сказать, потребитель, — хочет иметь здоровый, но в то же время приятный глазу продукт. Я набросаю к завтрашнему дню что-нибудь более… сексуальное.

— Отлично! — Селин довольно постукивает ручкой по зубам. — У кого еще есть идеи?

Нижняя губа у Беллы уже болит — так часто она ее прикусывает, чтобы не рассмеяться. На работе она всего ничего, а уже не может сохранять серьезное лицо. Здесь ничуть не лучше, чем в рекламном отделе женского журнала, где она раньше работала. Ну как можно сохранять серьезное выражение, когда взрослые люди рассуждают о йогурте, стиральном порошке и прокладках с таким видом, как будто решают судьбу планеты?

Селин, глава «Скоттон дизайн» (или «Скротум дизайн»[5], как любит выражаться Энтони), во многих отношениях женщина вменяемая и, как она сама часто говорит, «тоже шутки понимает». Но иногда она ведет себя так, как будто из-за некрасивой упаковки обрушатся небеса, не меньше. Для нее катастрофа, если шрифт на пачке прокладок недостаточно хорошо, по ее мнению, передает сухость, свежесть, беззаботность, здоровую сексуальность и динамичный образ жизни. Это же всего лишь шрифт! Да и кому вообще нужны эти прокладки? А для чего тогда трусы? Не иначе скоро будут выпускать прокладки для прокладок. Чтобы ваши прокладки всегда были свежими!

Белла обещает себе прекратить бурчать. И в удачные дни даже может с точностью сказать, какой шрифт лучше передает беззаботность, чем другие. В конце концов, любую работу следует уважать за то, что она приносит средства к существованию. А деньги как раз нужны — на ремонт. Надо избавиться от сырости, починить вытяжку, заменить стекла и дверной звонок и, наверно, морозилку тоже… Перед ее мысленным взором тут же появляется Список Неотложных Дел и принимается опутывать ее, как бинты египетскую мумию. Она закрывает глаза и старается успокоиться, думая о предстоящей встрече с Вив. Только бы не попасться на глаза Селин при выходе.

— Белла! Вот это сюрприз! — в кухню вошел Ник и принялся набирать воду в чайник. — Только вчера виделись. Ну, какие новости за прошедшие двадцать четыре часа?

— Ухожу, ухожу. Это все она. Затащила меня к вам, — Белла показала пальцем на Вив.

— Да, затащила, — Вив обняла Ника за талию, — но это все ради тебя. Она мне показывает, как делать ее выпендрежный рыбный пирог. Отвезем его твоим родителям в выходные.

— Может, я ей и показываю, но она не особенно смотрит. Только кивает. Лишь бы не работать.

— Кто хочет чаю? Никто? Тогда, может, вина? — поправил очки Ник.

— И потом берем оливки…

Ник протянул руку и схватил одну оливку.

— И отдаем их Нику, потому что папа их все равно не ест.

— Ладно, и откладываем их, чтобы отдать Нику.

Ник вышел в соседнюю комнату и улегся на диван:

— Все, я ничего не слышу, так что можете начинать свои неприличные женские разговоры.

— Сними ботинки! — прокричала Вив с кухни.

В ответ раздалось шуршание газеты. Через несколько минут Белла заглянула в комнату:

— Ник, вообрази-ка на минутку, что ты приличный мужчина.

— Ну спасибо.

— Нет, я в том смысле, что Вив велит спросить у тебя, чем можно привлечь мужчину.

— А я думал, что тебе советы в данном вопросе не нужны.

— Я ей сказала то же самое, но она считает, что мне надо срочно обновить свой сексуальный опыт, пока я не забыла, что это такое.

Вив присоединилась к ним:

— Ну давай, Ник, посоветуй что-нибудь. Такая девушка пропадает.

— Ни за что. Люди всегда сначала просят совета, а потом тебя же обвиняют.

— Обещаю не обвинять. Честное скаутское, — Белла изобразила скаутское приветствие.

— Когда это ты была скаутом? — прошипела Вив, но Белла только отмахнулась.

Ник между тем и не думал отрываться от журнала, закидывая в рот мятные леденцы с символическим названием «Матчмейкер»[6].

Вив подкралась и почмокала ему над ухом, а Белла тут же присоединилась с другого бока. Ник вздохнул:

— Ладно, сами напросились. Может, я и не приличный мужчина, но думаю, девчонки, вам надо раздеваться. Нет, ну правда! Хочешь секса — выставляй ноги! Надень юбку покороче, посмейся, когда мужчина шутит…

— И это все, что ты можешь предложить? — щелкнула по журналу Вив.

— А что? И вообще, я одно и то же предложение читаю уже двенадцатый раз, отстаньте от меня! — Он закрылся журналом.

— Не отстанем. — Белла приподняла краешек журнала и заглянула под него. — Мы даже сварим тебе кофе и даже будем смеяться, если ты вдруг расскажешь анекдот. Только скажи, как я выгляжу в глазах мужчин?

— Елки! Я же сказал, носите юбки! Но вообще-то… — и он стал поочередно загибать пальцы. — Во-первых, ты все время в черном. Это нагоняет тоску. Во-вторых, сделай нормальную прическу. Никто же не видит твоего лица! Заколи волосы наверх или собери, открой шею. В-третьих, надень что-нибудь обтягивающее, а этот ужасный пиджак немедленно выкинь. Он же тебе велик. Хочешь, чтобы тебя под ним никто не разглядел?

— Ник! — предостерегающе воскликнула Вив.

— Ну что, что вам теперь не нравится?

— Все нормально, продолжай, — сказала Белла.

— И улыбайся почаще. Мужчинам это нравится. Когда женщина улыбается, мы чувствуем себя желанными.

— Вот так? — Белла изобразила американский оскал и энергично прошлась по комнате. — Ах, жизнь так прекрасна! По сравнению со мной Полянна — просто ходячий депресняк!

— А что, мое лицо тогда надо волосами завесить? — спросила вдруг Вив.

— Начинается. Я так и знал. Я вас обеих ненавижу. — Ник решительно поднялся с дивана. — Захотите поговорить как взрослые люди — я на толчке, читаю автомобильный журнал. Как приличный мужчина.