Красавица в черном - Николь Берд

Он принял твердое решение. Намеченные им действия были весьма логичны и диктовались необходимостью. Каждый согласился бы с этим. Он и так долго оттягивал неизбежное. Еще когда умер отец, Джон уже знал, что ему предстоит.

Так почему же сердце его трепещет при мысли о поездке и встречах, которые ждут его впереди?

Но выбора особого не было, приходилось сталкиваться с неприятностями лицом к лицу. Он принялся мерить шагами библиотеку, но даже в этой просторной комнате его высокая фигура доминировала. Проходя мимо небольшого шкафчика с распахнутыми дверцами, откуда он только что доставал книгу, маркиз поднял взгляд на маленький портрет в золотой рамке, стоявший на верхней полке.

Боль, которую он испытал при этом, заставила его издать невнятный, почти звериный звук. Не успев ни о чем подумать, Джон машинально взмахнул кулаком. Миниатюра взлетела в воздух, и он услышал звон разбитого стекла, в тот же момент ощущая в руке острую боль.

Осколок стекла поранил ему кисть, и по руке тут же заструилась кровь, закапала на белую манжету. Сморщившись, он вытащил из кармана платок и обернул его вокруг кисти, чтобы остановить кровь. Ссадина ощутимо ныла, но это не шло ни в какое сравнение с мучительным страданием, гнездившимся где-то в глубине его души.

И все же он должен ехать в Лондон.

Отъезд тети и племянницы в Лондон пришлось отложить на несколько дней: сначала Чарлзу срочно понадобился экипаж, а потом из Девона приехала мать Марианны, чтобы навестить дочку.

В письме Марианна сообщила ей о возложенной на нее ответственности, и это-то как раз очень не понравилось ее матушке.

– С какой стати ты согласилась? – спросила она сразу же, как только они остались наедине.

– На что, мама? – осторожно спросила Марианна.

– Ты сама прекрасно знаешь, на что! – Миссис Ламберт, маленькое хрупкое создание, попыталась пронзить дочь испепеляющим взглядом, но попытка не удалась. Тогда она подошла к дочери и порывисто обняла ее. – Согласилась стать компаньонкой этой испорченной девчонки!

В ответ на сомнения матери ей, как всегда, захотелось возразить.

– На самом деле Луиза – милая девочка, – не согласилась Марианна. – Мне она очень нравится. Еще года не прошло, как у нее умер отец. Перемена обстановки пойдет ей на пользу. Ей давно пора выезжать, а она ничего не видела, кроме братского общества, которое довольно ограничено. Ей необходимо знакомиться с молодыми людьми, чтобы найти подходящего жениха.

– А как насчет тебя самой?

Марианна постаралась сохранить невозмутимость.

– Ты о чем?

– Как насчет того, чтобы ты нашла жениха себе? Ты достойна большего, чем роль дуэньи! – горячо воскликнула миссис Ламберт, усаживаясь на диван и строго глядя на дочь. Марианна пожала плечами:

– По-моему, я уже вышла из того возраста…

– Ну, фу! Тебе еще далеко до старческого маразма. И ты все еще весьма привлекательна. Боюсь, что если ты станешь проводить свое время в обществе молоденькой девицы, которую ждет большое богатство…

– И которая к тому же редкостная красавица, – пробормотала Марианна, но мать сделала вид, что не расслышала этих слов, – Боюсь, в этом случае твое тонкое очарование и изысканную красоту мало кто заметит. – И миссис Ламберт посмотрела на дочь тревожным любящим взглядом. Марианна опустилась на корточки рядом с матерью и сжала ей руки.

– Ты ведь знаешь, что я и так вполне счастлива. Но материнский взгляд был полон недоверия.

– Не может быть, чтобы ты радовалась одиночеству, Марианна. Я-то знаю, как тоскливо вдовство. С тех пор как умер твой папа…

– Мне не хватает папы, не хватает Генри, но я ничего не хочу менять в своей жизни, – попыталась возразить Марианна. – Я ведь не томлюсь в заключении. У меня есть семья, друзья.

Мать громко фыркнула.

– Я тоже, к тому же у меня есть еще и внук. И я очень хочу, чтобы у тебя были дети. Мне горько думать, что ты лишена этой радости. Возможно, того, что ты испытывала к Генри, у тебя больше не будет, но в основе брака может лежать как головокружительная страсть, так и спокойная дружба. Я не сомневаюсь, что ты еще найдешь подходящего человека. Стоит только приложить усилие…

– Пожалуйста, мама, – покачала головой Марианна. Мать со вздохом поджала губы.

– Хорошо, я говорю об этом только заботясь о тебе.

– Знаю. – Дочь погладила мать по руке. – Пойдем вниз, сейчас подадут чай.

Спускаясь следом за матерью вниз по лестнице, Марианна удивлялась, почему мысль о браке, заключенном на основе «спокойной дружбы», вызывает у нее такую жуткую тоску.

Спустя два дня миссис Ламберт вернулась домой. А еще через день Марианна и Луиза отправились в Лондон, нагрузив верх экипажа чемоданами. Каролина до последнего мгновения давала им наставления.

– Не забудьте о горячих кирпичах для ног, – напомнила она кучеру. – Это только кажется, что сегодня тепло, а на самом деле ветер очень резкий. Луиза, туже завяжи ленты капора, или его сорвет у тебя с головы на первом же мосту.

– Она едет не на козлах, – напомнил ее муж. – Я не сомневаюсь, что поездка пройдет благополучно.

И негромко сказал Марианне, которая натягивала перчатки:

– Если понадобятся еще деньги, сразу же дай знать. Я уже отправил поручительное письмо в лондонский банк, чтобы вы могли снимать суммы с Луизиного счета.

– Спасибо, – ответила Марианна. – Ты так предусмотрителен.

– Это тебе спасибо, что приняла на себя ношу, которую Каролина сейчас не в состоянии нести ни физически, ни морально, – ответил Чарлз и озабоченно посмотрел на жену. – Каролина сейчас быстро устает и легко возбуждается. Беременность дает о себе знать. Уж, конечно, вывозить девицу в свет ей не по силам.

– Я рада помочь, – кивнув, сказала Марианна искренне.

Каролина обняла Луизу на прощание и расплакалась:

– Милая, как я буду скучать! Луиза тоже обняла тетушку.

– Не волнуйтесь, я стану писать часто-часто и рассказывать о вечеринках и балах такие захватывающие истории, что вы поневоле развеселитесь.

Ее радость была так заразительна, что Каролина, последний раз высморкавшись в платочек, улыбнулась.

– Я не сомневаюсь, – согласилась она.

Чарлз тоже обнял Луизу. Помогая Марианне сесть в экипаж, он похлопал ее по руке. Горничная Хакетт, прямая как спица, уже сидела спиной к кучеру. На коленях у нее лежала Марианнина шкатулка с драгоценностями. Рядом с ней сидела молоденькая горничная Луизы, Ева, взволнованно округлив карие глаза. Чарлз кивнул кучеру, тот тронул поводья, и экипаж медленно покатился вперед.

– Ну наконец-то! – выдохнула Луиза, сияя голубыми глазами. – В Лондон! В Лондон!

– Надеюсь, ты не будешь разочарована, – улыбнулась Марианна. – Боюсь, ты представляешь себе Лондон чем-то вроде рая на земле. Но он не совсем таков.