Дороже золота - Эйна Ли

– Боюсь, это не просто слух. – Гарт нахмурился. – Но… Почему же шериф их не арестует?

– Шериф? – Рори усмехнулась. – Да он такой же аферист, как они, и, возможно, даже состоит с ними в сговоре, так же как и Мо, хозяин салуна. Зато девушки вряд ли с ними, потому что именно они рассказывали мне об этих типах.

– Ну что ж, мисс Рори, спасибо вам за избавление от длительного морского круиза. Не знаю точно, когда смогу вас должным образом отблагодарить, но я обязательно это сделаю, как только разбогатею.

– Неужто вы тоже игрок? Впрочем, все мужчины одинаковы – постоянно мечтают сорвать однажды большой куш.

– Нет, мисс Рори, я не имею в виду карты или другие азартные игры. На свете существует много способов разбогатеть.

Рори засмеялась:

– Ах да… Крупная золотая жила, которая только и ждет, когда придет какой-нибудь счастливчик и сгребет все самородки.

Гарт тоже засмеялся:

– В самую точку, мисс О’Трейди. Рори изумленно округлила глаза:

– Святая Дева Мария, не может быть! Как же я в вас ошиблась, мистер Фрейзер! Мне-то казалось, что голова на ваших плечах предназначена не только для того, чтобы по ней колотить палками.

– Пожалуйста, не напоминайте… Как бы там ни было, сейчас у меня при себе лишь два доллара, и они ваши.

– Это очень любезно, но с какой стати я должна брать у вас деньги?

– Так разве мы не… – Гарт многозначительно кивнул на кровать.

Рори вспыхнула.

– Между нами абсолютно ничего не было! Улыбнувшись, Гарт облегченно вздохнул, отчего она даже испытала некоторую досаду.

– Тогда позвольте хотя бы заплатить за разбитую бутылку виски.

– Лучше я постараюсь как-нибудь обойтись без вашей благотворительности.

Откинув голову назад, Гарт рассмеялся.

– А знаете, мисс О’Трейди, я нахожу очень милой вашу манеру вскидывать ваш дерзкий носик. Также забавно слышать в вашей речи некоторый акцент, который то появляется, то снова исчезает.

Рори залилась румянцем и поспешила сделать глубокий вдох, стараясь обрести внутреннее равновесие. Ей постоянно приходилось прилагать немало усилий, чтобы избавиться от ирландского акцента, однако он то и дело опять прорывается наружу.

Подняв глаза, она вновь взглянула на Гарта, пытаясь не поддаться очарованию его улыбки.

– Там бутылка виски была использована с большей пользой, чем могла бы быть использована здесь, – наконец сказала она. – И вообще, на вашем месте, мистер Фрейзер, я бы как можно скорее покинула город, потому что двое мерзавцев, вероятно, вас уже разыскивают.

– Пусть, я их не боюсь. Теперь, зная об их намерениях, я вполне могу за себя постоять. Однако как же вы? Вам действительно опасно здесь оставаться, эти люди наверняка захотят отомстить за помощь мне.

– Никто из них меня не видел, так что мне ничто не грозит. Вечером я опять пойду работать, и никаких подозрений не возникнет.

– Послушайте, Рори, почему вы работаете в этом «Гроте»?

– Потому что во «Дворце» в моих услугах не нуждаются.

– Да нет, я имею в виду, стоит ли продавать себя за пару баксов?

Несмотря на вполне дружелюбный тон, слова Гарта возмутили Рори. Да как он мог такое предположить?! И вообще, какое ему дело, чем она зарабатывает себе на жизнь? Сам он, должно быть, до сих пор безбедно жил в каком-нибудь роскошном особняке на своем плантаторском Юге.

– Вы очень ошибаетесь, мистер Фрейзер. Я не проститутка! Свой вопрос вам следовало бы адресовать Шейле, прежде чем принять ее предложение подняться наверх.

– Тогда что вы… чем вы… – Гарт даже начал запинаться.

– Я всего лишь способствую продажам разбавленного спиртного и выслушиваю жалобы посетителей на жизнь. А если им не жалко расстаться с двадцатью пятью центами, то еще и танцую с ними. Только на это и может рассчитывать любой мужчина – на мою готовность выслушать и посочувствовать, а еще на возможность потанцевать со мной. – С этими словами Рори вручила Гарту его шляпу и открыла дверь. – А теперь сделайте одолжение – исчезните отсюда.

Однако Гарт почему-то не торопился «исчезать»: подойдя к Рори, он взял ее за плечи.

– Извините, я не хотел вас обидеть.

– И все же, сэр, будьте добры, покиньте помещение. Надеюсь, ваша мать научила вас уважать просьбу женщины независимо от того, леди она или нет.

Некоторое время Гарт не мигая смотрел в глаза Рори, затем опустил взгляд.

– Да, вы правы, моя мать воспитала меня надлежащим образом, поэтому я покину вас, как вы того желаете. – Тут голова Гарта, словно помимо его желания, стала медленно наклоняться.

Впав в оцепенение, Рори наблюдала, как губы Гарта приближаются к ее губам. Она понимала, что должна немедленно отпрянуть, однако была не в состоянии этого сделать. Ей даже неизвестно было, в чем здесь причина: в беспомощности, любопытстве или же, что скорее всего, в обыкновенном желании. С того самого момента, когда там, в салуне, их взгляды встретились, она прямо-таки мечтала о его поцелуе.

При прикосновении губ Гарта Рори охватила сладкая истома, ее губы разомкнулись как бы сами собой…

Поцелуй был столь неторопливым и возбуждающим, что Рори совершенно неожиданно для себя ответила ему.

Гарт оторвался на мгновение, чтобы они могли сделать столь необходимый вдох, затем вновь прильнул к ее губам. Голова Рори шла кругом, волна страсти захлестнула все ее существо.

Тем не менее, Рори все еще пыталась взять свои чувства под контроль и вынырнуть из того омута, в который ее ввергали опьяняющие поцелуи Гарта, но тут он подхватил ее на руки и понес к кровати.

– Немедленно опусти меня! – потребовала Рори.

– Именно это я и собираюсь сделать. – Гарт положил ее на кровать и стал расстегивать ремень.

– Да нет же, ты не понял! – прерывисто зашептала она.

– Чего я не понял? – Гарт присел рядом, быстро стянул сапог, и тот с глухим стуком упал на пол.

– Ты не можешь этого сделать.

– Малышка, ты меня еще не знаешь. – Склонившись, он поцеловал ее в кончик носа. – Легкая головная боль не способна помешать мне в таком деле.

Второй сапог также грохнулся на пол, и Гарт начал снимать обувь с ног Рори.

– А теперь давай разденемся.

Он потянулся к пуговицам ее платья, и тут Рори ударила его по руке.

– Не трогай меня! – прошипела она. – Уходи немедленно, не то я закричу!

– Малышка, не поздно ли после прошедшей ночи строить из себя недотрогу?

– Ночью ничего не было!

– А почему ты шепчешь, моя сладкая?

– Я не хочу, чтобы проснулся отец. Он в соседней комнате.